Четыре папочки на рождество (ЛП)

Я испустила тихий крик, когда наступил оргазм, моя киска сжалась вокруг его пальцев, когда он крепко поцеловал меня.
Адам вытащил свои пальцы из меня, когда я спускалась с вершины наслаждения, голод в его глазах давал мне понять, что он еще далек от того, чтобы покончить со мной.
Я обратила свое внимание на его член, наслаждаясь тем, как он торчит прямо вверх.
Быстрым поворотным маневром я расположилась над его телом, потянувшись вниз и взявшись за его ствол у основания. Я слегка погладила его, дразнила его так, как он поступил со мной.
Он одарил меня ухмылкой человека, который вот-вот получит именно то, что хотел.
Однако когда он положил руку мне на поясницу, я поняла, что он устал ждать. Такие люди, как он, брали то, что хотели, и я не была исключением. Адам опустил меня вниз, его член раздвинул мои губы и проник в мой узкий проход.
Его толщина, его тепло проникли в меня. Он все это время не сводил с меня глаз, словно желая точно запечатлеть, как я выглядела, когда он входил в меня. Я открыла рот и тихо ахнула, ощущая, как он наполняет меня чувством, которым я хотела насладиться.
— Ты выглядишь такой чертовски красивой, когда я внутри тебя, — сказал он. — Я мог бы смотреть на это весь день.
— Сегодняшний вечер должен быть хорошей мотивацией для этого, — ответила я. — После этого тебе придется принести свой сексуальный зад домой в целости и сохранности, если ты хочешь большего.
Он обхватил руками мою задницу, сжимая мои щеки.
— Это настолько хорошая мотивация, насколько это возможно.
Он протянул руку и расстегнул застежку моего лифчика, мои груди выпали в его руки. Адам отбросил мой лифчик в сторону, дразня оба моих соска одновременно.
Я сосредоточилась на том, как он прикасался ко мне, как чертовски хорошо ощущался его член, погруженный так глубоко.
Мои бедра прижались к нему, я наклонилась вперед и крепко поцеловала его. Мои сиськи прижались к его груди, руки Адама нетерпеливо прошлись по каждому дюйму моего тела, от грудей к бедрам, от задницы к бедрам.
Удовольствие нарастало по мере того, как я скакала на нем, и я чувствовала, что еще один оргазм на грани.
— Кончай для меня, — прорычал он мне на ухо. — Я знаю, что ты близко.
Я даже не могла говорить, напряженный экстаз между моих ног, все, о чем я могла думать.
С еще одним резким толчком оргазм прорвался. Я застонала, жестко двигаясь верхом, мои груди подпрыгивали перед его лицом, когда он сосал мои соски. Адам застонал, прижимаясь ко мне, когда кончил. Его член пульсировал внутри, его семя наполняло меня.
Я остановилась на пике, удовольствие пронзило меня насквозь.
Когда все закончилось, Адам обхватил меня руками и притянул к себе, мои кудри упали ему на лицо. Мы поцеловались еще раз, долго, медленно и томительно, прежде чем он повел меня на диван и крепко обнял.
Тишина прошла, пока мы обнимали друг друга, наши глаза были устремлены на звезды за окном.
— Я серьезно, — сказал он через некоторое время. — О том, чтобы остаться здесь.
— Хм?
— Быть в безопасности. Это лучшее место, хорошо? Я не хочу, чтобы тебе приходилось беспокоиться.
Я почувствовала беспокойство в его голосе.
— Спасибо. Я серьезно. И я также имею в виду это, когда говорю тебе оставаться в безопасности.
— Тогда мы все будем осторожны в течение следующих двух недель.
— Договорились.
Глава 21
Маркус
Десять дней спустя
Я выглянул в окно со своего места в грузовом самолете, на котором мы вылетели из Хорватии. Внизу простиралось Средиземное море, голубое и сверкающее.
— Йоу, крутой парень, — Тайлер опустился на сиденье рядом со мной. — Как ты держишься?
Я фыркнул.
— На этот раз не получил ни одной пули, так что хорошо.
Тайлер ухмыльнулся.
— Сейчас это выглядит неплохо, — он откинулся назад, качая головой. — Все прошло чертовски хорошо, учитывая все обстоятельства, верно?
— Если ты называешь это наведением на нас пулемета пятидесятого калибра в чертовом аэропорту, тогда да. Нам повезло, что у этой птицы не было так много дырок в теле, что она не смогла бы взлететь.
  
Он покачал головой.
— Клянусь, этот придурок Балабан даже вроде как не ожидал нас.
Он был прав. Мы спланировали миссию с точностью до секунды, потратив добрую неделю на обследование территории комплекса, отслеживая передвижение войск.
Первоначальный план состоял в том, чтобы въехать на тринадцатый день. Однако когда на десятый день половина расквартированных войск отправилась на срочную миссию, мы решили увеличить график, чтобы воспользоваться нашей удачей.
Мы ожидали адской драки, и это именно то, чего мы не получили, проскользнув в комплекс. Позади осталась небольшая команда, что сделало проникновение внутрь и поиск миссионеров гораздо более легкой задачей, чем ожидалось.
Мы нашли троицу избитую и окровавленную, но живую, и вытащили их оттуда.
Покинув территорию комплекса, мы отправились на нашу оперативную базу, чтобы собрать вещи и убедиться, что миссионеры готовы к путешествию.
Они были потрясены, но в остальном в порядке. После этого мы отправились в путь, чтобы сесть на наш рейс в местном аэропорту.
Настроение в фургоне было странным. Все это было чертовски просто, но никто из нас не хотел этого говорить, так как можно сглазить миссию. Однако когда мы добрались до аэропорта, все пошло наперекосяк. Балабан и его группа перехватили нас на взлетно-посадочной полосе, и нашей команде пришлось вести какой-то безумный огонь прикрытия, чтобы благополучно доставить миссионеров на борт, а затем и нас самих.
Это было чертово чудо, что мы не пропали даром в процессе, не говоря уже о том, что миссионеры сели на борт в целости и сохранности. Помимо небольшого инцидента, когда его чуть не разорвало на куски на взлетно-посадочной полосе, миссия имела полный успех.
Когда я открыл рот, чтобы что-то сказать Тайлеру, я заметил Адама, идущего по проходу с дерьмовой ухмылкой на лице.
— Чему ты так ухмыляешься? — я спросил.
Все еще с ухмылкой на лице, он опустился на сиденье в проходе напротив нас с Тайлером.
— Выяснил, как этот придурок Балабан смог нас выследить.
С этими словами он протянул свой перевернутый кулак. Как только наши взгляды встретились, он медленно разжал руку, показывая маленькое электронное устройство, в котором я сразу узнал трекер.
— Ты издеваешься надо мной, — сказал Тайлер. — Где, черт возьми, ты это нашел?
— Я провел последние два часа, задаваясь вопросом, как, черт возьми, Балабан мог найти нас. Он не знал, что мы приедем, но каким-то образом знал, как выследить нас в этом чертовом аэропорту. Я полагал, что миссионеры имели к этому какое-то отношение. Итак, я их обыскал и обнаружил, что у каждого из них по одному такому вшито в одежду.
— Черт побери, — сказал я. — Этот Балабан — кровожадный мудак, но он не тупица.
— Скажи мне, что ты их выключил, — сказал Тайлер.
— Конечно, я отрезал провода, как только понял, что это такое.
— Умно, — сказал я. — Балабан мог бы использовать их, чтобы отследить, где мы приземляемся. Кстати говоря, каков план посадки?
— Мы приземляемся в Риме через пару часов, — сказал Адам. Он бросил трекер на землю и раздавил его в электронную пыль носком ботинка. — Миссионеры собираются высадиться для прохождения медицинского обследования. Оттуда мы вылетаем в Лондон, а затем обратно в Штаты.
— Сколько всего времени в пути? — спросил Тайлер.
— Должны приземлиться в Балтиморе через шестнадцать часов.
Одного упоминания о доме было достаточно, чтобы у меня чуть не закружилась голова.
Я, однако, держал себя в узде. Миссия не была закончена, пока ты не вернулся на родную землю. Я отчаянно хотел снова увидеть близнецов и Обри. Это был странный опыт для меня, чувствовать себя таким чертовски эмоциональным, но мне было практически больно находиться в разлуке с ними.