Трафт 4 (СИ)

Она довернула голову, молча посмотрев на меня.
— Твои родители живы и живут в «Золотом городе».
Её плечи дрогнули, а глаза расширились, но, видимо, она об этом уже знала, списки у Перегудовых наверняка ей показали, просто убедилась, что это именно они.
Зачем, зачем им так всё обострять, не понимаю, но расскажу всё до конца.
— Они тебя любят и ждут. Меня они в числе твоих женихов не видят и очень рекомендуют оставить тебя в покое. К тому же, как я понял, конечный их план — забрать тебя и вернуться на Землю, как-то так.
  
Она молчала, просто молча смотрела на меня с выступившими на глазах слезами.
А может, это всё сестра Перегудова? Да нет, эти девушки уже имели задумку до моего прилёта. Господи, как тяжело-то. И почему оно так? Мысли роились, как червяки, разъедая голову.
Сказать было больше нечего.
Я встал из-за стола и молча вышел в коридор. Какая комната моя, я так и не знал, просто не было её ещё. Ни о чём не думая, забрался на крышу и улёгся прямо на настил.
В голове образовался какой-то вакуум. Звёзды смотрели на меня, а я смотрел на них. Почему-то вспомнился древний мем про бездну.
Кораблики Альфов яркими точками, словно трудяги без остановки, подплывали к своей матке. Именно ночью она проплывала над нашим городом. Далёкий лес выл, стонал, пищал и умирал, жизнь на Пандоре текла своим чередом.
Уйдя в астрал, полностью потерял счёт времени. Вроде слышал какие-то крики, может, поэтому не сразу заметил сидящего рядом Олега. Меня всегда удивляло, откуда он берёт вот эти соломинки, что вечно гоняет по рту. Нет, так-то понятно, но мы вроде на крыше.
Вот за что я ему благодарен, так это за тишину, он хоть и простой, но довольно тактичный человек, подумал я. Повезло мне с ним.
— А ты чего здесь развалился-то, у тебя что, своей комнаты нет? — донеслось сверху.
Бля, нет, ну почему так всегда, вот только я о нём, а он?
— Нет, это, конечно, твоё дело, но как по мне, мы и так редко в кроватях бываем, поэтому не понимаю: чё ты сюда забрался?
Мне захотелось его убить, просто взять и убить. Это каким же болваном надо быть, чтобы в такой момент лезть под руку с какой-то ерундой?
— Не, братан, что ни скажи, а ты такой, конечно, четкашный клавиш. Вот этот вот твой ей пассаж — «Они тебя любят и ждут», и ещё так прям проникновенно, аж завидно, чес слово.
Во мне начало что-то подниматься, такое глубинное, но я сдерживался. Хотя очень хотелось размозжить его голову об настил, но я сказал просто:
— Свали по-хорошему, а.
По-моему, я даже сквозь закрытые глаза видел его удивлённо лицо, а потом… Потом он отбежал в сторону и начал ржать, да так задористо, как только он умеет.
Несмотря на кирпич в груди, ком в горле и вообще, я не выдержал. Уж не знаю, психологам видней, но сдерживаться не было больше сил, и я заржал, громко и весело, на всю столицу, по-моему.
Катаясь по крыше, мы ухали, ахали и опять заходились в припадке ржания, безудержного ржания. Успокоиться удалось далеко не сразу, но удалось, и знаете, стало легче, вот чесслово легче. Но этот клоун продолжал мотать головой, крутить у виска и сам с собой шёпотом разговаривал. А потом он сел напротив меня и начал свой рассказ.
— Конечно, я не такой балабол-рассказчик, как ты, но пересказать сумею.
Пока мы с тобой там цветочки нюхали, здесь тоже разворачивались события, что «где твой Шекспир», целая сатирически-драматическая драма, понимаешь, — услышав знакомое слово, я напрягся.
— Ты знаешь, что наши красавицы тут национальными героинями по случаю стали. Да не лупись ты на меня так, точно говорю. Они кучу народа спасли и чуть ли не весь город обезопасили.
Ну а когда всё это произошло, на них свалилась мирская слава, заслуженная, между прочим. Ну и, соответственно, им посыпались предложения.
Крики до небес, награды, почёт и слава. Соответственно, кто-то оказался понастойчивей и поупрямей. В результате эти две наши дамы решили стать профессорами со своей кафедрой. И, конечно, никто из них нас покидать даже рядом не собирался.
— Как не собирался, — не выдержал я. — А это вот всё что, по-твоему, было?
— Да слушай дальше.
— Вот только не их одних на руках носили, Амиту обхаживали ещё покруче, она там вообще что-то за гранью для местных совершила. Всё те же кафедры предлагали, институты, деньги, понятно, даже замуж звали, раз сто, как она сказала.
Но она сразу чётко и ясно заявила, что она всех любит, но «идите до ветру». И тогда к ней и вышли с деловым предложением продать рецепт наших разных эликсиров и настоек. Притом готовы скупить все доступные травки, ливер и кости за долю малую в артель и такую же ей в карман. Вот такое незатейливое предложение.
И знаешь, что характерно? Это были всё те же люди от местной медицины, что и лепили про кафедры и институты. Самое интересное, что они действительно сидели на важных постах в местном правительстве, возглавляли клинику, институт. То есть реальная власть с медицинским уклоном. Так вот.
Она отказала им в рецептуре и выставила конский ценник на все наши изделия. Конечно, она сначала хотела их всех убить, но это же Амита, она добрая.
А вот сейчас он бы лучше не улыбался, а то на командира стал похож, а там реально страшно становится.
— К тому же, — сказал Олег. — Это всё же власть, а нам здесь жить, а ей без имиджа никуда.
Вот тогда эти ребята основательно насели на наших девчонок, ну а эти две решили сделать сюрприз любимому мужчине и согласились.
— Не хрена себе сюрприз, это ты, конечно, в точку с сюрпризом попал, — пробубнил я.
Тем временем им сказали, что надо срочно внедрять их передовые наработки в медицину города, а по-простому, они ожидают, что на работу наши девушки выйдут не с пустыми руками. И, конечно, всё будет оплачено по справедливейшей и высокой цене.
А вчера у них была ресторация, официальная, с речами и всё такое.
Сегодня будущие светила должны были заехать в институт, чисто познакомиться с коллективом, посмотреть рабочие места и… привезти что-нибудь уникальное на пробу.
Они съездили к Перегудовым, заехали на новую работу и приехали домой. Вот так вот.
Минуту я слушал тишину, когда пошла вторая, я не выдержал.
— Ну?
— А, ну да, там как вышло-то… — очнулся мой друг.
— Почему-то ко мне пришло понимание, что меня опять протроллили только что.
— Естественно, никто из девчонок никаких препаратов с собой не брал, — продолжил Олег. — Вот только сегодня на их новой работе всем резко стало не до наших новоявленных светил науки, поэтому они такие заведённые и приехали. Просто у них там важные медицинские люди пропали, и девчонкам не досталось должного внимания.
Они собирались тебе торжественно всё сегодня сказать. Однако пребывали в сомнениях. А тут ещё Авдотья Семёновна кричит. Ну и как ты сам понимаешь: гормоны, всё такое, вот они не туда и зарулили.
— Это чё, бля, это вот всё их хреновое настроение было, что ли? — не выдержал я.
— Типа того. Ты когда сегодня ушёл, моя им всё и рассказала. Объяснила конечную цель местных бенефициаров, так сказать.
Ну и, конечно, сопли, слюни. Серёга им там выдал по первое число, да они и сами там друг в дружку вцепились в какой-то момент.
— Как это?
Ну как у баб бывает? Начали выяснять, кто из них дурнее, и чуть всю жизнь подружке не испохабил, вот и таскали себя за космы, чисто по-бабьи.
— Это вот сейчас что ли прям? — Не удержавшись от такого повествования, я вскочил на ноги.
— А ты не слышал, что ль? Да это уже и не важно, они потом сразу помирились, даже снова расплакались. Вон, до сих пор у себя в домике воют.
  
— И правда, — услышал я.
— Так что так. — Закончил мой друг.
Последний песочек из кирпичика осыпался из моей груди. Дышалось легко и свободно. Заглядывая в себя, находил только покой и… Радость, чистую незамутнённую радость.
— Эд, слушай, а скажи, на фига голову местного животного в постель к спящему человеку кладут? Такую, прямо свеженькую, — ожил мой друг.