Город женихов
Мэлоди соскочила с табурета и обежала стойку, чтобы заключить подругу в объятия и прошептать ей на ухо поздравления.
— О, Дорали, это новость! Из всех, кого я знаю, ты больше всех заслуживаешь счастья.
— И ты тоже, дорогая, — чуть грустно улыбнулась Дорали.
Мэлоди моргнула и сжала губы, чтобы не расплакаться. Она напомнила себе, что у нее остается ее ресторан. И еще гордость. Не велико утешение для разбитого сердца. Сознание, что она сама во всем виновата, мало помогало. И не было никакого смысла обзывать себя идиоткой за несбыточные мечты о неземной любви.
Мэлоди проскользнула в заднюю комнату. Стоя за дверью, она увидела, как Памела-Сью запечатлела сочный поцелуй на щеке Клейта. Дедушка, очевидно, прав — это действительно производит сильное впечатление на мужчин. У Клейта был такой вид, словно перед ним взорвалась ракета.
Мэлоди прерывисто вздохнула. И вышла через заднюю дверь на темную осеннюю улицу, потом взбежала по лестнице к себе домой. Не включая свет, она опустилась на ковер в гостиной и крепко зажмурилась, но продолжала видеть перед собой Клейта с Памелой-Сью. Десять лет назад она вот так же со стороны наблюдала, как развивался роман между Клейтом и Викторией. Еще раз ей такого не вынести.
Глава пятая
В три часа следующего дня Мэлоди так и не решила, что же ей делать. За весь день у нее не выдалось ни одной свободной минуты. Но вот картофель с ветчиной, который подавался по четвергам, был, наконец выложен на противень. Поставив противень в старинную печь, Мэлоди отрегулировала температуру и закрыла дверцу.
Мэлоди любила стряпать и знала, что у нее это получается неплохо. Каждый день она готовила разное: в понедельник мясо по-мексикански, во вторник жаркое в горшочке, в среду рубец с молодым картофелем, в четверг картофель, запеченный с ветчиной, в пятницу чили. Желающие могли получить гамбургер или жареного цыпленка в любой день недели. И печень с луком в первый вторник каждого месяца. Мертил Джентри каждое утро просила порцию овсянки, Клетус предпочитал бифштекс с яйцами. Ресторанчик славился своими домашними пирогами. Но самым главным блюдом здесь и утром, и днем, и вечером были сплетни.
Сегодняшний день не стал исключением. Молва упорно утверждала, что в Джаспер-Галче скоро будет сыграна еще одна свадьба. Слухи эти явно не относились к Бумеру и Дорали. Сердце у Мэлоди разрывалось на части, но что она могла поделать? У нее был шанс, и она его упустила.
Она тяжело вздохнула и тут услышала звон колокольчика. Кажется, ее юная помощница боится опоздать…
— Я здесь, Хейли, — крикнула из кухни Мэлоди.
Дверь отворилась, и на пороге показалась Лоэтта Грехэм. Лоэтта была почти ровесницей Мэлоди, но из-за гладко зачесанных и собранных в пучок волос, а также из-за болезненной застенчивости казалась старше своих лет.
— Лотти, здравствуй, — дружески приветствовала ее Мэлоди. — Что случилось? Ведь вы с мамой обычно обедаете здесь по вторникам.
У Лоэтты покраснели щеки. Девушка вообще постоянно краснела — по любому поводу. Заправляя в пучок прядку волос мышиного цвета, она сказала:
— Вообще-то я пришла по объявлению, которое ты вывесила в витрине.
— Ты хочешь работать официанткой? — недоверчиво спросила Мэлоди.
— Да. По крайней мере, я хотела бы попытаться. Теперь, когда мама с Изабель не разговаривают, я чувствую себя ужасно неловко в библиотеке, где столько лет проработала. Впрочем, если тебе нужен кто-то более опытный, я пойму…
— Если ты умеешь разливать кофе, это место твое.
— Ты хочешь сказать, что согласна вот так просто взять меня?
Мэлоди впервые за день улыбнулась.
— Мне нужна официантка, а тебе — работа. Когда ты можешь приступить?
Лоэтта снова покраснела, и Мэл подумала: что, интересно, скажут мужчины Джаспер-Галча о новой официантке? Тут колокольчик над входной дверью звякнул во второй раз.
— Это пришла судомойка, — объяснила Мэл. — Заходи! — окликнула она Хейли.
— Мэл, можно тебя на два слова?
Мэлоди сразу узнала голос Клейта. С сильно забившимся сердцем она обернулась. На Клейте была темно-коричневая шляпа, низко надвинутая на лоб. Клейт дня два не брился, но синяя хлопчатобумажная рубашка выглядела вполне свежей. Ботинки тоже были начищены.
— Ты куда-то собрался? — спросила она.
Клейт улыбнулся.
— Да, разговор как раз пойдет об этом. Я с Хейли хотел пройтись по магазинам.
Непреодолимая сила заставила ее сделать к нему несколько шагов.
— Ты идешь по магазинам?
— С нами собирается Памела-Сью.
Ноги Мэлоди приросли к полу. Она надеялась, что Клейт не заметил, как дрогнул ее голос, когда она произнесла:
— Я сейчас несколько занята. О чем ты хотел поговорить?
Лоэтта задвигалась за ее спиной, и Клейт словно бы очнулся. Дотронувшись до полей шляпы, он кивнул Лоэтте и снова обратился к Мэлоди:
— Я хотел предупредить, что Хейли сегодня не сможет работать.
— Хорошо, Клейт.
Он как-то странно посмотрел на нее. А потом сказал:
— Хейли проголодалась, и Памела-Сью предложила зайти сюда перекусить, прежде чем мы отправимся по магазинам.
Мысль о том, что придется обслуживать их троих, по-семейному сидящих за столиком, заставила сердце Мэл болезненно сжаться.
— В это время дня выбор блюд очень ограничен, — сказала она.
Клейт мотнул головой.
— Не страшно. Мы с Хейли удовольствуемся бутербродами, а Памела-Сью вообще клюет как птичка.
Он снова улыбнулся, сдвинул шляпу еще ниже на лоб и неторопливо вышел из кухни. Лоэтта подошла к Мэлоди, и они обе смотрели в приоткрытую дверь, как Клейт направляется к столику, где его ждали Хейли и Памела-Сью.
— Что бы ни говорил Клейт, — прошептала Лоэтта, — но женщина с такими формами вряд ли обходится птичьими порциями.
Мэлоди удивилась, услышав от Лоэтты подобные слова, и молча воззрилась на нее. Щеки Лоэтты немедленно порозовели. Она быстро повязала поверх твидовой юбки фартук и взяла карандаш и блокнот, в который Мэлоди записывала заказы.
— Я готова начать работать прямо сейчас.
Провожая взглядом Лоэтту, которая двинулась в зал церемонной походкой, Мэлоди с трудом верила своим глазам.
Внимание Мэлоди привлек заливистый смех Памелы-Сью. Не требовалось особенной проницательности, чтобы понять, что именно нашел Клейт в этой красотке. Впрочем, в ней не было ничего неприятного. Если не принимать во внимание факт, что Памела-Сью явно предпочитала одежду на два размера меньше требуемого, она была довольно симпатичной. Мэлоди тоже, когда хотела, могла быть такой. Но Памела-Сью обладала сногсшибательной фигурой, и тут Мэлоди, как ни хотела, не могла с ней соперничать. Если не надеяться на чудо, ситуация выглядела безнадежной…
В следующее воскресенье Мэлоди сидела в церкви на скамье, которую обычно занимали Мак-Калли. Здесь было самое подходящее место, чтобы молить о чуде. Просить для себя пышную грудь казалось Мэлоди неподобающим. Решив, что правильнее будет попросить стойкости и мудрости, она сложила ладони и целиком ушла в свою молитву. Она едва обращала внимание на других прихожан, рассаживавшихся по своим местам. И не заметила, как Клейт и Хейли опустились на скамью в ряду напротив, где Карсоны сидели с незапамятных времен. Закрыв глаза, Мэлоди молилась все усерднее…
По церкви пробежал легкий ропот, но, только произнеся последнее «аминь», Мэлоди поняла, чем он был вызван.
Рядом с Клейтом восседала маленькая принцесса, ранее известная как Хейли Карсон. О Господи, что они с ней сделали? Бедняжка была с головы до ног одета во все розовое. В волосах были ленты, на рукавах оборки, на носочках кружева. Хейли сидела низко опустив голову и, казалось, была готова провалиться сквозь землю. Она быстро взглянула на Мэл, и выражение ее глаз, обычно таких веселых и дерзких, заставило сердце Мэлоди сжаться.
Возвращаясь домой, Мэлоди продолжала размышлять о Хейли. Девочка нуждается в женщине, способной ее понять. А она, Мэлоди, жаждет любви отца этой девчушки. Но все пошло вкривь и вкось. И выхода Мэл для себя не видела.