Город женихов

— Ты хотел о чем-то поговорить? — спросил Люк.
Серые глаза брата смотрели на Клейта тревожно, а карие Вайета — с любопытством. Неужели он и впрямь собирается обсуждать с ними происшедшее? Ну, уж нет, такого желания Клейт определенно не испытывал. Поцеловать Мэл его заставило мгновенное помрачение рассудка. Мэл Мак-Калли — женщина не для него. И он был глуп, когда обдумывал возможность женитьбы на ней. И сама идея, и вчерашний эпизод теперь казались ошибкой.
— Между тобой и моей сестрой что-то произошло?
— В общем ничего нового. — Клейт поморщился, поскольку тот поцелуй был все-таки определенно чем-то новым. Но чтобы увести разговор в сторону, Клейт решил развить ответ: — Если хотите знать, я помню ее с того самого дня, когда она пошла в детский сад. Волосы у нее были заплетены в какие-то нелепые косицы. Мне стало ее жаль, и я спросил: не боится ли она? Она велела мне заткнуться.
Вайет довольно хмыкнул:
— Очень похоже на Хейли.
Решив, что не стоит ссориться с лучшим другом в первый же день его возвращения домой после медового месяца, Клейт сделал вид, что не расслышал сказанного.
— Я тогда был в четвертом классе. А она всю неделю, встречаясь со мной, показывала мне язык.
— Незадолго перед этим утонули наши родители, Клейт. Мэл тогда была сама не своя.
— Ах, вот что? — проворчал Клейт. — Значит, и спустя три года она находилась в том же состоянии — когда пнула меня в голень?
— Хорошая у тебя память… А ты помнишь что-либо подобное про других девчонок? — спросил Вайет, вглядываясь в мелкий шрифт лежавшего перед ним бланка.
Услышав вопрос, Клейт поперхнулся кофе, покраснел и закашлялся. Клейту не нравилось направление, которое принимал разговор.
— Слушайте, — он зловеще понизил голос, — я понимаю, к чему вы клоните. Так вот — забудьте об этом. Я попытался проявить к Мэл внимание, но ей, наверное, снова пора в детсад. Нет уж, с меня довольно Мэлоди Мак-Калли. Хейли нужна мать, но мне не нужно таких радостей. Так что придется продолжить поиски.
Позади них вдруг отворилась дверь, и грудной женский голос, на который трое мужчин мгновенно обернулись, произнес:
— Извините! — Высокая пышная брюнетка в узких брюках и красном, туго обтягивавшем грудь свитере, сладко улыбалась с порога. — Я, кажется, немного заблудилась. Вы не подскажете, как мне пройти на Пайк-стрит?
Клейт быстро собрался с мыслями, послал незнакомке пламенную улыбку, поднялся и решительно шагнул к двери.
— Меня зовут Клейт Карсон, — представился он, протягивая руку! — А это шериф Вайет Мак-Калли и мой брат Люк. Вы ищете Пайк-стрит? Я как раз направляюсь в ту же сторону.
— О, спасибо. Огромное вам спасибо. Я — Памела-Сью Стенвей. Отныне ваша вечная должница. — Женщина улыбнулась и качнула бедрами.
Клейт предпочитал женщин несколько менее бойких, но, взглянув на красный свитер, натянувшийся на груди Памелы-Сью, решил, что пора стать более терпимым.
— Пожалуйста, сюда, мисс Стенвей, — сказал он, распахивая дверь.
Памела-Сью Стенвей взмахнула ресницами:
— В вашем объявлении говорилось, что мужчины тут скромные, но общительные. Однако не было сказано, что они еще и джентльмены.
Клейт предложил Памеле руку, а Вайет и Люк обменялись тревожными взглядами.
— Ты придешь завтра на обед, который устраивают Лайза и Джилиан? — спросил Люк.
— Лайза на тебя рассчитывает, — добавил Вайет.
— Я приду, — ответил Клейт. — И кто знает, возможно, даже не один.
— Честное слово, Джилиан, еда просто великолепная.
Бросив виноватый взгляд на Мэлоди, Джилиан Карсон улыбнулась Памеле-Сью Стенвей.
— Боюсь, тут нет моей заслуги. Лайза готовила, Мэлоди принесла десерт, а я даже воды не вскипятила.
— Джилиан — специалист в другой области, — сказал Люк, погладив руку жены.
Мэлоди сидела, уткнувшись глазами в тарелку. Каждый раз, когда говорила, с сочным южным акцентом, Памела-Сью, к горлу Мэл подкатывала тошнота.
Со вчерашнего дня жители Джаспер-Галча выдвигали самые невероятные предположения по поводу Клейта и Памелы-Сью. Чопорная Изабель Прюит первая начала разговор на волнующую тему. Незамужняя леди посетила ресторан Мэл, якобы желая утолить жажду. Но заказанный Изабель чай со льдом был только предлогом, прикрывавшим подлинную цель ее появления — пустить сплетню.
  
Ударив сухой ладошкой по столу, Изабель заявила во всеуслышание:
— Я уже говорила неоднократно: это ваше объявление привлечет в наш тихий городок в первую очередь женщин с дурной репутацией.
— Кто такие женщины с дурной репутацией? — спросила Хейли, вытиравшая столы.
Бедная Изабель явно затруднялась с ответом:
— Они… гм… э… ну, словом, нам, в Джаспер-Галче, такие особы не нужны, вот что я могу сказать.
Мэл подняла поднос с посудой, которую собрала Хейли.
— Ты ведь слышала в воскресной школе о Марии Магдалине?
Изабель одобрительно закивала.
— А Мария Магдалина была женщиной с дурной репутацией? — уточнила Хейли. С желто-фиолетовым синяком под правым глазом девочка выглядела настоящей беспризорницей. — Но мисс Опал говорит, что мы не должны осуждать других. Мы все должны быть друзьями.
Мэл подавила улыбку при виде растерянного выражения на лице Изабель.
— Вот это правильно, Хейли. — Мэл слегка подмигнула девочке. — Давай отнесем тарелки на кухню, чтобы ты могла быстрее начать их мыть.
Спустя четыре часа Мэлоди получила возможность увидеть мисс Памелу-Сью Стенвей собственными глазами. И теперь Мэл чувствовала себя менее расположенной к снисхождению. Нелегко быть снисходительной, когда тебя сжигает ревность.
— Вы говорите, что объявление, которое ваши мужчины поместили в газету, привело сразу к двум свадьбам? Это самая романтическая история, которую мне приходилось слышать!
Все взгляды обратились на Памелу-Сью, обворожительно улыбавшуюся. Джилиан, должно быть, заметила, что Хейли слишком уж пристально рассматривает Памелу-Сью, и негромко окликнула девочку:
— Хейли, не поможешь принести десерт?
Но Хейли помотала головой, не сводя глаз с брюнетки, которая при каждой возможности старалась дотронуться до Клейта. Мэлоди тоже попыталась отвлечь внимание Хейли, но девочка уже открыла рот:
— А вы и правда женщина с дурной репутацией, как Мария Магдалина?
Все, кто сидел за большим столом в гостиной Люка и Джилиан, одновременно задержали дыхание. Клейт явно пришел в замешательство. Памела-Сью хихикнула:
— Бог мой, конечно, нет. Я просто Золушка с Юга, которая ищет доброго принца.
Лайза быстро внесла испеченный Мэлоди яблочный пирог. Совсем недавно у Мэлоди слюнки текли от сладкого аромата яблок и корицы, но сейчас она начисто лишилась аппетита. Прижав одну ладонь к животу, а другой закрыв рот, она почувствовала, что сейчас ей придется выйти на воздух.
Прошло два дня, но желудок у Мэлоди все никак не мог успокоиться. Она разболелась всерьез. Но не вирус гриппа был причиной ее болезни, а любовная тоска.
— Вот, — сказала Дорали, ставя перед ней на стойку небольшой стаканчик и бутылку виски. — Выпей. Может быть, тогда твои щечки хоть немного порозовеют.
Старательно избегая смотреть в висевшее за стойкой большое зеркало, Мэлоди взяла стакан и залпом выпила содержимое. Хватая воздух ртом, она со стуком опустила стакан на стойку. И выговорила:
— Налей мне еще, Дорали.
До ушей Мэлоди донесся хрипловатый смех, который перекрывал звучавшую из автомата в углу популярную песенку и шумные реплики игроков в покер. Глаза Мэлоди сами собой метнулись туда, где, в глубине комнаты, Памела-Сью Стенвей, как раз прижималась бедром к Клейту.
Вторая порция виски тоже не заглушила тупую ноющую боль.
— Дорали, — горячо зашептала Мэлоди, — скажи мне скорее что-нибудь хорошее, что-нибудь радостное.
Дорали погладила ее по завитым светлым волосам и, придвинувшись ближе, прошептала в ответ:
— Бумер и я пока собирались держать это в тайне, так что я буду тебе благодарна, если и ты никому ничего не скажешь. Вчера вечером Бумер сделал мне предложение, и я согласилась.