Из-под палочки (СИ)
Блин, с живыми же так нельзя, он же что-нибудь подумает — или про неё, или про себя, и ещё вопрос, что хуже. Ну нет бы вот он так и стоял неподвижно, максимум, разговаривал с Томиславом, а Алиса бы попускала слюни. Ну почему нельзя?
Тут Алиса вспомнила, сколько стоят линейки Риц Нуво и сколько она сама зарабатывает, и прикинула, что живой-то подороже выйдет, наверное. В очередной раз пожалела, что на Земле запрещена работорговля, а даже была бы разрешена — денег-то где столько взять? Ладно, придётся любоваться исподтишка.
— Алиса-хон, что-то не так? — приятный мужской голос с уже привычным лёгким акцентом выхватил её внимание из пучины грёз.
Алиса подняла взгляд и поняла, что разговаривает с ней всё тот же Риц Нуво. Ну нет, это уже было слишком. Ей и так с людьми приходилось общаться почти каждый день, а тут шарнирка ещё хочет чего-то⁈ Алиса не любила собак за то, что их нельзя просто игнорировать, но уж кукол-то всегда можно убрать в коробку, если не готова сейчас с ними общаться! А Алиса в данном случае вот вообще не готова!
Поэтому она решила сделать вид, что это её не касается, и уставилась прямо перед собой в ожидании, когда странное явление от неё отстанет. От случайных прохожих это работало, пусть и не сразу, особенно если пьяные, но в конечном итоге всегда.
— Алиса-хон? — снова позвало явление. — Вы же Алиса Романова?
Проблема была в том, что там, куда прямо перед собой уставилась Алиса, как раз располагалась широкая грудь явления, облачённая в расписную дублёнку. По коже весёлым принтом бежали узоры вроде тех, что Алиса недавно находила для куклы, по краю изделие было оторочено пучками синего и оранжевого меха, а в глубине, между крашеными ворсинками, блестело какое-то украшение, и Алиса никак не могла его разглядеть…
— Не трогайте её, — вклинилась в разговор первая скрипка, Александра. — Она с незнакомыми не разговаривает.
Повисла небольшая пауза. Возможно, кто-то с кем-то обменивался мимическими знаками, Алиса не смотрела, потому что зачем? Общение переоценено. Что же у него там висит? Блестит так симпатично. Алиса обожала мужские украшения.
— Кхм, ну что же, тогда давайте я вас посажу на фуникулёр? — прозвучал голос Риц Нуво.
Хотя в том, что это всё-таки живой человек, пришлось убедиться очень скоро и в прямом смысле на своей шкуре. Кабинки фуникулёра плыли, не останавливаясь, и вскочить в них самостоятельно было не то чтобы непросто, но стремновато. Риц Нуво вызвался подсаживать. Делал он это профессионально, небось не первый оркестр тут встречал. Алиса немного подтормаживала — и от него взгляд не могла отвести, и кабинки эти, экзотика, — и не сообразила быстренько проскочить у кого-нибудь за спиной, а спохватилась только когда уверенная мужская рука ухватила её ладонь и потянула вверх. Кожа у Риц Нуво была сухая и горячая, несмотря на три градуса по Цельсию, и запястье Алисы уколол уголок не очень аккуратно подстриженного ногтя. От мужчины пахнуло выделанной кожей, дымом и парфюмом, и иллюзия развеялась. Алиса невольно подняла взгляд и рассмотрела совершенно живые глаза с розоватыми, будто с недосыпа, белками, непрозрачными шоколадного цвета радужками и приставшей под нижним веком выпавшей ресницей. Точно живой. Ну блин.
И только сев на лавочку в кабинке, Алиса поняла, что этот блин был не про то, как жаль, что это не кукла для наряжания и фотосессий, а человек, который будет хотеть общаться и высказывать своё какое-нибудь тупое мнение. Этот блин был про то, как жаль, что он не кукла, которую можно за определённую сумму получить в своё распоряжение и посадить на полку, а живой человек, внимание которого ещё надо как-то заслужить.
У подножия горы их рассадили в несколько широких открытых автомобилей на очень больших колёсах и, как на блюдечках, доставили в гостиницу. Хотя это скорее можно было назвать базой отдыха, потому что вместо единого здания или группы жилых корпусов им предлагалось поселиться по двое-трое в симпатичных скруглённых домиках. Алиса, впрочем, оказалась в своём вообще одна. Её это вовсе не удивило — коллеги не очень-то любили проводить свой досуг в её компании, а матрасы, на которых тут предлагалось спать прямо на полу, перетащить было несложно.
Алиса положила футляр в ближайшее кресло и снова вышла на улицу, подставив лицо под мелкие кружащие снежинки. Паром прибыл очень рано утром, и до осмотра сцены ещё было два часа свободного времени, а если всё будет хорошо, то и потом до концерта можно будет пройтись по городу.
— Алис! — окликнул её женский голос. Она поспешно перестала ловить ртом снежинки и обернулась.
По тропинке от ворот спешила женщина в бирюзовом лыжном костюме с капюшоном, из-под которого выбивались длинные и светлые кудрявые пряди. Наверное, это и была Лиза. Алиса уже плоховато помнила, как та выглядит, но волосы какие-то такие и были вроде.
— Привет! — немного запыхавшись, выпалила подозреваемая в лизости, добежав до крыльца. — Ты как?
— Нормально, — ответила Алиса. — Привет.
Кажется, люди что-то ещё говорят в таких ситуациях. Ах да.
— Спасибо за приглашение, — добавила она после паузы и приготовилась уворачиваться, если женщина полезет обниматься.
— Тебе спасибо, что приехала, — улыбнулась та и не полезла. Окей, плюсик в карму. — Пошли позавтракаем, город посмотришь немного, пока время есть.
От такого предложения Алиса не смогла отказаться.
Даже за короткую пешую прогулку город успел её впечатлить. Она никогда раньше не бывала в саманных поселениях, а уж тем более в домах в форме черепах и крылатых котов. Единственным строением, выбивавшимся из пейзажа, был огромный стеклянный дворец, похожий на какие-то земные офисные центры, но Лиза — а это таки была она, — только рукой махнула, что, мол, архитектору модная шлея под хвост попала.
Завтракать они расположились в том самом коте. Сапоги тут можно было снять и взгромоздиться с ногами на подушку за низким столиком под целой люстрой из маленьких резных фонариков с цветными стёклышками. Пока Алиса таращилась вверх, Лиза пообщалась с богатырского сложения хозяином на местном каркающем и харкающем языке, и вскоре им принесли чай с ягодами, кофе по-турецки, омлет с помидорами и лепёшки с овечьим сыром. Алиса потихоньку выдохнула. При всей её тоске по путешествиям кулинарные авантюры были вовсе не про неё. Она даже захватила с собой несколько пачек рисовых хлебцев на случай, если тут ничего съедобного не найдётся, но, похоже, муданжская кухня оказалась в зоне комфорта.
В зоне дискомфорта был только тот, с посадочной площадки. Алиса то и дело оглядывалась, то ли опасаясь, то ли надеясь, что он сейчас войдёт и сядет за соседний столик.
— Слушай, — не вытерпела она, перебив Лизу, которая болтала о чём-то светском. — А что за Риц Нуво нас встречал?
— Э-э, — осеклась Лиза. — Риц Нуво — это же какая-то фирма, делающая шарнирки, так? Ты рассказывала в прошлый раз, но я не очень хорошо помню.
Она рассказывала? Алиса не помнила вообще.
— Ну да, то есть не Риц Нуво… Риц Нуво я себе позволить не могу, это я так к слову, — забормотала она, сообразив, что похож-то тот экземпляр был вовсе не на Риц Нуво, а на купленного ею Сакура-сана, и тут же полезла в телефон за фоткой.
— А! — лицо Лиза осветилось узнаванием. — Это ж Э… То есть он же тебе не представился сам, так? Тогда, хммм, как же его… Ясень! Точно, Ясень. Он у нас типа министра иностранных дел.
— Министр, и сам оркестры встречает? — удивилась Алиса.
— Ну, ты понимаешь, министр на Муданге понятие такое… Я сама министр, а насморки лечу. В ЗС потребовали, чтобы были министерства, а у них главы, мы и сделали. А что именно там в должностную инструкцию входит, мы им отчитываться не обязаны. Нам пока сильно прокачанного министра неоткуда взять, глядишь, в следующем поколении вырастим кого-нибудь, да и задач на настоящее министерство иностранных дел пока нет. А ты всё так же по куклам?
Алиса машинально ощетинилась, ожидая очередную проповедь о том, что, мол, взрослой бабе не пристало и вообще что за чушью ты занимаешься.