Ермак. Противостояние. Книга одиннадцатая (СИ)

— Вас не удивляет, Тимофей Васильевич, почему император Австро-Венгрии Франц-Иосиф до сих пор не объявил войну Антанте?
— Признаюсь, Князь, не удивляюсь, так как ему участвовать в этом противостоянии нет никакого смысла. Он от этой войны ничего не выиграет. Куда больше его интересуют балканские страны, за счёт которых он смог бы увеличить территорию своей империи, — я посмотрел в лицо руководителя Русского Ордена, каким он мне представился.
  
А кем он является на самом деле — это большой вопрос. Но то, что незнакомец обладает паранормальными или какими-то другими способностями я уже ощутил на себе и продолжаю ощущать.
— Вы правы. Тевтоны и Драконы основной задачей своих орденов считали завоевание западных славян. Одни в Прибалтике, другие на Балканах. Лозунг «Дранг нах Остен» — их основная цель. И она не изменилась и по настоящее время. Вильгельм, заключив с Российской империей договор, сломал планы многим политикам Европы, Туманного Альбиона и Соединенных Штатов за океаном. И не только номинальных, публичных политиков, но и реальных, тайных, которые, дергая за ниточки, осуществляют никому не заметную глобальную политику, тасуя государствами и народами, как колодой карт. Наш орден противостоит и явной, и тайной экспансии, направленной на завоевание «русских земель» и его этноса, поддерживая в этом правителей Российской империи. Сейчас основные враги нашей земли в тайной войне — это братья Ордена тамплиеров и Немецкого ордена…
— А эти ордена входят в союз девяти орденов, которые заключили договор о сокрытии магических знаний? — не удержался я и задал интересующий меня вопрос.
— Входят, как и иезуиты, госпитальеры, братья самого первого рыцарского ордена — Ордена Святого Гроба Господня и ещё три суфийских ордена с Ближнего Востока. Кроме иезуитов, госпитальеров и каноников Гроба Господня, которые продолжают свою деятельность под патронажем Папы Римского, остальные ордена находятся в тени. Наш орден совсем не публичен. И его как бы не существует. Но мы есть.
Незнакомец вновь замолчал. Я тоже молчал, переваривая сказанное им. Информация была неожиданной, но почему бы России не иметь свой тайный рыцарский орден, который бы с древних времён хранил её существование. Было бы обидно, если бы его не было. Только вот мне что делать⁈ Принимать предложение этого Князя Севера или нет? В принципе, я для себя давно решил, что буду поддерживать царствующий дом Романовых и охранять его от поползновений внешних и внутренних врагов. И многое уже сделал, причём не на одну расстрельную статью. Стал «царским псом», как меня зовут многие и в России, и за рубежом…
— Тимофей Васильевич, — прервал мои размышления князь, — скажу честно, если бы Евгений Никифорович не погиб во время обстрела дворца, мы бы с вами не увиделись. Он, как охранник и страж правящей династии, находящийся возле трона, нас полностью устраивал…
— Он был членом вашего ордена? — от удивления я не выдержал и вновь перебил незнакомца.
— Понимаете, Тимофей Васильевич, у нас нет какой-то официально организованной структуры, утвержденных уставов, красивых клятв и прописанных обязанностей. Как я уже говорил, каждый из членов нашего ордена сам решает, что делать, чтобы грань между добром и злом находилась в равновесии, и это служило процветанию Руси. Возможно, позже вы бы сами пришли к нам, найдя нужный путь. Но ситуация складывается так, что в ближайшее время грядут большие перемены, и не имея необходимой информации, вы можете совершить ошибку, которая приведет к гибели Государства Российского, — князь или кто он там, грустно улыбнулся, и продолжил. — Я не имею в виду революцию, которая случилась в вашем мире. Это не катастрофа, а эволюционный путь мирового развития, пусть и через чур кровавый. Каждому социально-экономическому и политическому строю отводится своё время, и Советский Союз, который образовался, по словам Марии Петровны с ваших слов, был той же, если не мощнее Российской империей, которая диктовала условия половине мира. А вот ошибка в ближайшее время может привести к потере Руси своей государственности.
Я напрягся и вновь не удержался и перебил собеседника:
— Что вы имеете в виду, Князь?
— То, что в противодействие союзу Германии и России вступили тевтоны. Вступили таким активным образом, что можно уже уверенно говорить о переходе оппозиции Вильгельма II к решительным действиям. Я не исключаю, что в ближайшее время произойдёт покушение на кайзера, и в Германской империи сменится правитель, который развернёт политику этого государства на сто восемьдесят градусов. В результате этого Российская империя может оказаться перед союзом Антанты, к которому подключится Германия, Австро-Венгрия, Италия и прочие европейские страны. Обширные земли Российской империи с её природными богатствами давно не дают спать спокойно Европе, — князь замолк, и в комнате наступила вязкая тишина.
Не сказать, что я был сильно удивлён возможности развития событий таким образом. Мы об этом разговаривали и с Михаилом, и с Еленой. И приходили к выводу, что при таком раскладе Российской империи придётся вести тотальную войну против всех, используя все свои ресурсы, а также любые методы и приемы ведения боевых действий. И регент, и императрица были готовы к этому. Другой вопрос будут ли к этому готовы подданные Российской империи, и не приведёт ли это к социальному взрыву, который расколет государство.
— Смотрю, Вы задумались, Тимофей Васильевич. Тогда ещё информация для размышления.
Я усмехнулся про себя. Чем-то родным повеяло от последней фразы. Спасибо кинофильму «Семнадцать мгновений весны».
— По имеющейся в ордене информации, в ближайшее время на Балтику придёт усиленная англо-французская эскадра с экспедиционным корпусом. В это же время планируется мятеж в Москве, под лозунгом возведения на трон Дмитрия Павловича. Но основная цель мятежа — отвлечь военные силы от защиты Санкт-Петербурга, — Князь посмотрел на меня и хмыкнул.
— Судя по всему, вас эта информация не удивила, — произнёс он.
— Вариант прихода на Балтику эскадры и экспедиционных сил рассматривался в Главном управлении Генерального штаба в случае неудачной атаки англо-французского флота на рейде Дюнкерка. О том, что в Москве начались брожения после обстрела Гатчинского дворца, и распространяются слухи о гибели императора, императрицы-матери, регента, а также о том, что Великий князь Николай Николаевич отравил малолетних братьев и сестру императора и пытается захватить престол, моей службе известно. О том, что это всё это организовано британскими спецслужбами у меня не вызывает никаких сомнений. То, что этими спецслужбами тайно руководят братья из Древней ложи Англии, преемницы Ордена тамплиеров для меня также не секрет. Теперь добавились тевтоны, которые недовольны политикой кайзера. Примем это к сведению. Спасибо за информацию.
Князь внимательно смотрел на меня, а когда я закончил свой монолог, задумчиво произнёс:
— Всё-таки информация из наших летописей правдива. Пришельца из будущего мало, чем можно удивить, так как он видел в своей прошлой жизни то, что в нашем мире сочли бы чудесами. И мыслит он совершенно по-другому.
— Вы правы, Князь, в моем мире, благодаря развитию технических средств массовой информации таких, как радио, телевидение, Интернет каждый житель имел возможность получать огромный массив информации. Поэтому сложившаяся сейчас военно-политическая обстановка может пойти разными путями в любой момент, предугадать её сложно, но возможно. Нужно только больше информации. К тому же, как говорил или писал Екклесиаст: «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем», — я усмехнулся. — Ещё раз спасибо за информацию. Будем готовиться к тотальной войне против всех.
  
Лицо незнакомца после моих слов затвердело. Это стало видно даже в полумраке. Он закрыл глаза и, не открывая их, произнёс:
— Ты прав, Хранитель престола, грядёт тотальная война. Как гласит вещание Вёльвы: «Братья будут ратиться и станут друг другу убийцами, родичи нарушат родственный союз. Тяжко на свете, грядёт великий блуд: век топора и ножа, щиты раcщеплены; век ветра и волка — прежде, чем разрушится мир. Человек не будет щадить другого». Но ты об этом и сам знаешь, Хранитель престола.