Ермак. Противостояние. Книга одиннадцатая (СИ)

— Генерал, как вы здесь оказались? — спросил Ник Ник, с удивлением глядя на меня.
  
Глава 14
 
Последствия — 1
 
«Стреляли», хотел я ответить известной фразой из известного фильма моего прошлого-будущего, но боюсь, великий князь меня бы не понял. Поэтому в ответ произнёс:
— Ваше высочество, «синие кирасиры» ближе всех к дворцу. Им сейчас после окончания артобстрела и начинать оказывать помощь: тушить пожары во дворце, разбирать завалы, спасать раненых. Вот я и примчался сюда, чтобы помочь организовать спасательные работы. Ротмистр Румянцев уже получил необходимые распоряжения. И кстати, Ваше высочество, хочу отметить его грамотные и своевременные действия. Он отправил десять минут назад дежурный полуэскадрон на станцию Мариенбург, откуда предположительно ведётся артиллерийский огонь по Гатчинскому дворцу. С учётом того, что последние две минуты артобстрела нет, террористы уничтожены или захвачены в плен…
  
Великий князь встрепенулся, как боевой конь, услышав звук трубы.
— Это просто замечательно, генерал. Молодец, ротмистр! — произнёс он, а потом посмотрел на Анастасию:
— Как ты, дорогая?
Великая княгиня, стояла, закутавшись в мою бекешу, и дрожала мелкой дрожью.
— Хорошо, — стуча зубами, ответила она, а потом продолжила, не переставая дрожать и отбивая зубами чечётку:
— Так страшно… Они исчезли во взрыве. Представляете, от них ничего не осталось!
Взгляд Анастасии Черногорской застыл, она даже перестала моргать.
«Судя по всему, у неё психологический шок. В ступор впала. Сейчас или по щекам бить, или алкоголя ударную дозу влить. По щекам принцессу Черногорскую, бывшую герцогиню Лейхтенбергскую, а теперь великую княгиню Романову бить, как-то стрёмно. Не поймут окружающие, а вот с алкоголем можно попробовать», — подумал я про себя, а вслух произнёс:
— Ваше высочество, давайте пройдём в здание полкового собрания. Вы там сможете привести себя в порядок.
Только сейчас я рассмотрел на лице великой княгини чёрные разводы и запёкшуюся кровь, судя по всему не её.
— Да-да-да, дорогая, давай пройдём туда, — подхватил моё предложение великий князь и, обняв жену за плечи, направил её к элегантному двухэтажному особняку с большими зеркальными окнами, стоявшему напротив казарм.
Я и ротмистр направились за ними. Сделав несколько шагов, великий князь обернулся и произнёс:
— Ротмистр, если ещё кто-то из гостей императора прибудет сюда, отправляйте всех в полковое собрание. Там места всем хватит.
— Слушаюсь, Ваше высокопревосходительство. Разрешите идти дальше выполнять свои обязанности? Необходимо организовать спасательные мероприятия.
— Идите, ротмистр. И знайте, если ваши кирасиры уничтожили террористов, то Владимира 4-й степени с мечами вы уже заслужили. Лично за этим прослежу. Огонь из орудий действительно прекратился, и это просто замечательно, — Николай Николаевич отвернувшись от Румянцева, обнимая жену, медленно пошёл с ней дальше.
Штаб-ротмистр, расплывшись в улыбке, козырнул в спину великого князя и уже начал разворачиваться, чтобы бежать, исполнять полученные задачи, как я его ухватил за рукав шинели.
— Румянцев, прикажите ещё, чтобы в полковое собрание принесли одеяла, сами видели, что гости императора выбрались из дворца без верхней одежды, а на улице мороз. И сразу же отправьте несколько кирасир, чтобы они направляли покидающих дворец сюда. Тут разберёмся кого в здание собрания, кого в казармы. Там только слуг и придворных чуть ли не двести человек было. И ещё, обязательно найдите шинель самого большого роста. Великий князь здесь точно не останется, а возьмёт командование спасательными работами на себя. Надо его хоть как-то одеть, — я закончил и выпустил рукав штабс-ротмистра из пальцев.
— Слушаюсь, Ваше превосходительство. Всё организую. Разрешите исполнять.
— Исполняйте, ротмистр. И поторопите своих кирасир. Надо спасать императора с императрицей и их гостей.
Отпустив Румянцева, я в несколько быстрых шагов догнал Ник Ника со Станой. Не успели мы подойти к входной двери здания полкового собрания, как она распахнулась, и мы прошли в роскошную переднюю с ливрейным швейцаром. Всё-таки швейцар — это даже не профессия, а призвание или состояние души. Время три утра или чуть больше, только что закончился артиллерийский обстрел Гатчинского дворца. Вокруг паника и суета, а швейцар полкового собрания «синих гусар» одет строго по форме, чисто выбрит, и я даже почувствовал запах одеколона от него.
Прошли через просторный холл с парадной лестницей в зимнюю столовую, с красовавшимися на стенах кабаньими и лосиными головами, а главное здесь стоял массивный резной буфет с запасом спиртного на любой вкус и цвет, а также был накрыт стол для разговения, видимо, для дежурных офицеров.
Я, положив портупею, шашку и папаху на полку буфета в стиле Модерн, раскрыл его верхние дверцы и достал с полки бутылку «Камю», после чего налил в один из бокалов, которые стояли на серебряном подносе, на столе рядом с буфетом, грамм сто пятьдесят, а во второй до краёв — грамм двести пятьдесят. Поставив бутылку на стол, развернувшись, протянул бокалы их высочествам, стараясь не перепутать объёмы.
Ник Ник хлобыстнул свою дозу по-кавалерийски чуть ли не в один глоток. Стана, взяв в ладони бокал, застыла, смотря пустым взглядом перед собой. Я глазами показал на неё великому князю, и тот, обняв жену и поправив бекешу, которая начала сползать с её плеч, начал ей тихонько нашёптывать:
— Давай, моя хорошенькая, сделай глоточек, а лучше два.
Великая княгиня сделала один глоток, затем второй, всё также глядя пустым взором перед собой.
— От них ничего не осталось… Ничего… Было и не стало, — Стана, повернув голову, посмотрела в лицо великого князя, — Коля, их не стало. Пети и Милицы не стало. А странник Григорий говорил, что не надо нам ехать в Гатчину. Беда великая будет.
Мать твою… Сказать, что я ох… сильно удивился, значит, ничего не сказать. Это что? Великий князь Пётр Николаевич и Великая княгиня Милица Николаевна погибли? А странник Григорий — это Григорий Распутин? Как-то я про этого «божьего человека» забыл, подумав, что раз нет «гессенской мухи» и гемофилии у наследника престола, то и Распутин рядом с царской семьёй не появится.
Оказывается, появился рядом с черногорками. Надо этого деятеля брать на карандаш и срочно, чтобы он своими пророчествами Стану и Ник Ника не сбил с панталыку. Да и разобраться с этим деятелем надо, кто же он на самом деле — шарлатан или всё-таки наделён какими-то сверхъестественными способностями, а может тоже попаданец.
— Станочка, дорогая, допей коньяк, тебе лучше будет. А души Петра и Милы сейчас с нами. И детей их мы к себе заберём. И дворец большой на набережной построим. И будем все вместе там жить. Пей. Давай глоточек ещё, — Ник Ник, как заботливый отец, заставил жену допить коньяк, после чего поставил пустые бокалы на стол, а Анастасию отвёл к дивану и усадил её на него.
— Ваше высочество, а Великий князь Пётр… — начал я, но Ник Ник меня тут же перебил.
— Да, Пётр и Мила погибли у нас на глазах. Они попали под разрыв фугасной гранаты. От них практически ничего не осталось, — черты лица великого князя заострились, а желваки заходили ходуном. — Хорошо хоть детей не взяли с собой.
Ник Ник замолчал, Стана начала всхлипывать, отходя от шока, а я воспользовался паузой, чтобы задать главный вопрос:
— Ваше высочество, а где могут находиться император, императрица с детьми и регент?
— Елену Филипповну вместе с Александром и Алексеем, а также Ксению Александровну с Ириной и Андреем Михаил Николаевич повёл в подземный ход. С ними же ушли Елизавета Маврикиевна с Иоанном, Гавриилом, Татьяной, Константином, Олегом, Игорем и Мария Федоровна со своим корейским дедом. Михаил Александрович с Сергеем Михайловичем через второй этаж побежал в Арсенальное каре, чтобы забрать Ольгу и Коленьку младшего. За ним Сандро вместе с Дмитрием Константиновичем и полковником Мордвиновым побежали за Федором, Никитой, Дмитрием и Ростиславом. Константин Константинович отправился за своим младшеньким Георгием в их покои в Кухонном каре, туда же побежали Георгий Михайлович с Марией Георгиевной за Ниной и Ксенией, — великий князь, будучи в некотором шоке, всё рассказывал подробно. — Мы же с Петром хотели добраться до «синих кирасир», чтобы привести их на помощь. Стана и Милица пошли с нами, хотя мы настаивали, чтобы они также спрятались в подземном ходе. В результате сюда дошли только я и Стана. А здесь уже ты, Тимофей Васильевич распоряжаешься.