Никогда не слушайте призрака! (СИ)
Когда часть корня оказалась в руках, даже обрадовалась, что тельце не такое уж и тщедушное. Оторвала листья, и вопросительно уставилась на призрака.
— Его хотя бы помыть надо, да и пить сильно хочется. — на что мне снова кивнули.
Как оказалась, сошли мы не туда, пришлось вновь переходить дорогу и крайне осторожно передвигаться, чтобы не споткнуться об какую-нибудь ветку. Так же по пути Генри получил роль проводника, ведь луна не могла пробиться своим слабым светом сквозь кроны деревьев. По-хорошему надо бы прилечь где-нибудь, да проспать до рассвета, но, несмотря на усталость тела, разум требовал движений.
Первая подлянка была, когда Генри заставил сорвать листочки какой-то травы, и сказал, что нужно проглотить хотя бы один. В общем, слишком рано доверилась паразиту, трава оказалась безумно горькой, и первый лист выплюнула сразу же.
— Издеваешься?
Генри хохотнул.
— Я же не говорил прямо сейчас, могла бы и до речки дотянуть. — самого призрака не видела, только его силуэт, но это не помешало потрясти кулаком в его сторону.
— Эй, навигатор, долго еще?
— Нет, почти пришли, не слышишь, что ли? И что значит «вигатор»? Это оскорбление какое-то?
— Фильмы с Бондом знаешь, а что такое навигатор — нет?
Судя по сопению, кто-то обиделся.
— У меня привязка к медальону. В вашем мире максимальный радиус пять километров, а тут — десять. Только и мог, что вместе с жителями Невьютино кино смотреть, а там ни про какие «гаторы» ничего не было. Осторожно!
Предупредил он поздно, я запнулась об ветку и врезалась лицом в дерево. Когда ожидаешь падения на землю, то руки шире ставишь, а тут встреча с жесткой поверхностью состоялась раньше времени.
Сижу, зажимаю нос руками и ловлю звездочки. Как-то разом перехотелось и есть, и идти куда-то, даже жажда на второй план отошла.
— Диан, ты как?
Моего лба коснулось что-то холодное и глаза сами закрылись от небольшого облегчения. Видимо, призрак решил немного остудить будущую шишку.
— Гаг после тесного знагомства с дегевом, не видно? — прогундосила обиженно.
Нос болел просто зверски, чувствую чужое тело заработало перелом.
— Ты же вгоде лечить умеешь? Почему сейчас не поможешь?
— Я израсходовал все запасы, которые копил больше двадцати лет. Теперь могу использовать свои силы полноценно не раньше, чем через год, сейчас их хватит только на безобидную мелочь. Извини.
Хотела тяжело вздохнуть, но нос запульсировал болью еще сильнее. Как-то разом навалилась усталость, к тому же сказывалось головокружение после удара. Плюнула на элементарные удобства, расположилась как могла на траве, и закрыла глаза.
— Не очень умно спать на голой земле. — осторожно заметил Генри.
— Ты где-то тут видел кровать? — спросила зло.
— Нет, но…
— Вот и не нокой.
Когда человек сильно вымотан, то его уже мало заботят жесткость ложа и мягкость подушки, он просто закроет глаза и уснет. Так получилось со мной. Стоило только подумать, что будет завтра, как Морфей забрал в свои владения, решительно вырывая из реальности.
Утром меня разбудило наглое чириканье. Какая-то особо упертая птичка голосила на весь лес, словно пыталась пробудить каждого зверька в округе. Подъем мне не понравился — в голове моментально застучали молоточки, а нос напомнил о вчерашней нелепой травме. Кое-как встала, и взгляд тут же подметил солнечные блики на воде. Вернулась вчерашняя жажда и желание помыться, но после ночевки на жесткой и неудобной земле ныло все тело, словно накануне меня хорошенько так отметелили.
Заставила себя собрать конечности в кучу и идти к воде, чтобы по итогу увидеть в отражении опухший нос и расползающийся под глаза синяк. Красавица, ничего не скажешь. В комплекте к синяку с переломом шла фиолетовая расцарапанная шишка на лбу и рассечённая губа.
Пока оценить «молодое красивое тело» не было возможности, да и от него больше проблем, чем пользы. Кто знает, может быть потом, когда все заживет, картинка будет красивой, сейчас же лучше найти паранджу от греха подальше.
Глава 3
— Все не так уж и плохо. — оптимистично заметил Генри.
— Это скоро станет моим девизом к выживанию. — ответила ехидно и повернулась к причине нынешних проблем. — Отвернись.
Мужчина недоуменно вскинул брови, а потом до него дошло, что дама изволит принимать водные процедуры и посторонним особям противоположного пола наблюдать за этим действием запрещается.
Долго мыться не представлялось возможным, течение мелкой речки хоть и не было быстрым, но вода все равно ледяная. Наскоро стянула импровизированное нижнее белье, и отправилась смывать засохшую кровь.
Когда дело сделано всегда хочется кушать. Вчерашний голод вернулся с удвоенной силой, скрутив желудок болезненным спазмом. Такое чувство, словно тело до моего заселения несколько дней не кормили, и стоило отмыть корень лопуха, да сковырять кожуру, как он отправился в рот. Лакомство не из самых вкусных, но на безрыбье и рак рыба.
— Ну, лучше? — заботливо поинтересовался призрак.
— Вот вернусь в свой мир, и будет лучше.
Генри активно закивал головой.
— План такой. Сейчас мы проверим, что у тебя за магия, а потом двинемся дальше, в ближайшую деревню, хорошо?
Глаз нервно дернулся.
— Магия? — уточнила на всякий случай.
— А что еще? — задал вопрос нынешний будущий труп. Ветка полетела красиво, прошла сквозь призрачное тело, и с треском упала на мышь. Как поняла, что на нее? После падения раздался возмущенный писк.
— Иди сюда, убивать буду.
Инстинкт самосохранения не умер вместе с Г енри, ибо призрак поднялся на недосягаемую высоту и уже оттуда опасливо косился.
— Формально я уже мертв, но все-таки задам вопрос. Как ты собралась меня убить? Мне интересен сам процесс.
Нет, его все-таки за вредность прикончили.
— Ты что за лапшу тут на уши пытаешься повесить, орк немытый? Какая к бесам магия? Мужчина быстро оказался передо мной.
— Какой я тебе орк? Да если бы я узнал, что кто-то из моих предков решился на подобное кровосмешение, то покончил жизнь самоубийством!
— Поздно пить боржоми, ты уже мертв.
Генри возмущенно открыл рот, и тут же его захлопнул. Обиженное сопение стало мне ответом.
— Говори давай, где твои кости похоронены, я назад хочу.
Пыхтеть словно закипающий чайник перестал, но зато начал строить из себя оскорбленную невинность.
— Чтоб ты знала, я аристократ, а мой старший брат — наследник престола!
Не проняло, мне от его аристократизма не горячо и не холодно. Генри заметил отсутствие пиетета и состряпал скорбное лицо.
— Рассказывай, иначе сама начну изучать твой мир. Как думаешь, долго он проживет, если я доберусь до какой-нибудь агрессивно настроенной страны и поделюсь с ними идеями всевозможного оружия?
— А с чего ты взяла, что его тут нет? — призрак скрестил руки на груди и пытался просверлить во мне дырку.
— Ага, и при этом местные управленцы путешествуют в кибитке.
Генри тут же насторожился.
— И где ты тут таких видела?
Ткнула пальцем в сторону, откуда пришла, и призрак от чего-то начал улыбаться во все тридцать два.
— Значит так, красота ты моя неписаная, если не хочешь идти пешком до нужного нам места, то делай все, что я тебе говорю. Предупреждаю, топать придется недели три.
От подобной перспективы перекосило. Ну, нет, на подвиги я пока не настроена. Кивнула шантажисту головой.
— Если в вашем мире правят технологии, то тут — магия, управлять которой учатся годами. Об устройстве потом расскажу, сейчас главное — успеть. Смотри, примерно вот тут магический резерв, — призрак ткнул себе в место, где находится диафрагма, и вид при этом имел потешный, словно профессор на лекции перед студентами. — а теперь закрой глаза и постарайся его почувствовать.
Такой дичью я не занималась никогда, но все же послушно закрыла глаза и стала пытаться смотреть внутрь себя. Минута, другая, и ничего, кроме полупустого желудка, не почувствовала.