Леща, Ваша Светлость?

– Постепенно, – пожал плечами Марк. – Перестал цепляться за прошлое. Принял то, что изменился, и пошёл дальше. Построил новую жизнь, новые отношения. – Он поднял глаза и посмотрел на меня прямо и открыто. – Мне кажется, вы делаете то же самое, Лесса. И у вас неплохо получается.
В его взгляде было столько тепла и понимания, что у меня перехватило дыхание. В тот момент я вдруг поняла, что Марк, возможно, единственный человек в этом городе, кто действительно мог понять то, через что я прохожу.
  
– Спасибо, – тихо сказала я. – За мидии, за помощь… и за то, что поделились своей историей.
– Всегда пожалуйста, – он улыбнулся, и его суровое лицо преобразилось, став почти мальчишеским. – Кстати, я хотел узнать, можно ли мне привести сестру завтра? Она очень хочет попробовать ваши новые блюда, о которых все говорят.
– Конечно! – обрадовалась я. – Буду рада познакомиться с вашей семьёй.
– У меня только сестра, – пояснил Марк. – Родители умерли давно.
– Мне жаль…
– Что ж… мне пора. Нужно подготовить лодку к вечернему выходу. Увидимся завтра?
– Обязательно, – кивнула я. – Спасибо ещё раз, Марк.
Проводив его взглядом, я вернулась к работе, но мысли мои были далеко. Странное ощущение – старые раны Лессы отзывались во мне болью, словно были моими собственными. Появление Тобиаса всколыхнуло воспоминания, о существовании которых я даже не догадывалась. Но вместе с тем, разговор с Марком принёс неожиданное утешение.
Может быть, необязательно полностью отделять себя от Лессы, думала я. Может быть, мы действительно могли каким-то образом сосуществовать в этом теле, объединив наши воспоминания, наши чувства, наши жизненные опыты. И, возможно, из этого слияния могло родиться что-то новое – личность, которая не была бы ни Валентиной, ни Лессой, а кем-то совершенно иным. Кем-то лучшим.
 
Глава 6
 
Вопреки предсказаниям конкурента, отношения с клиентами у нас складывались прекрасно. Но я не могла не заметить, как с каждым днём всё мрачнее становилось лицо Родерика, когда он проходил мимо нашей лавки, наблюдая за растущими очередями покупателей. В Мареле проживало не так много людей, и каждый новый клиент, выбиравший нас, означал потерю для его бизнеса.
В пятницу, когда я раскладывала на прилавке утренний улов, дверь лавки с грохотом распахнулась, и на пороге появились трое: сам Родерик, его помощник с портфелем и невысокий пожилой человек в форменном камзоле с нашивками городской стражи.
– Доброе утро, мисс Хенли, – холодно произнёс Родерик. – Это господин Вортис, городской инспектор по торговым заведениям. Он пришёл проверить вашу лавку на соответствие санитарным нормам.
– Доброе утро, господа. Чем могу помочь? – Я выпрямилась, вытирая руки о передник.
– Поступила жалоба, мисс. Анонимная. Утверждают, что в вашей лавке продаётся несвежая рыба и нарушаются правила хранения скоропортящихся товаров.
– Вот как? – я приподняла бровь, глядя прямо на Родерика. – И кто бы мог подать такую жалобу?
– Это неважно, – вмешался Родерик. – Важно, что инспектор обязан проверить факты. И если найдёт нарушения, лавка будет закрыта на неопределённый срок.
Его самодовольная улыбка ясно говорила о том, что он сам и был источником «анонимной» жалобы.
– Разумеется, я полностью открыта для проверки, – спокойно ответила я. – Господин инспектор может осмотреть всё помещение, ледники, кухню – всё, что пожелает.
Родерик, казалось, был разочарован моей спокойной реакцией. Он явно ожидал паники или возмущения.
Инспектор приступил к работе, методично проверяя каждый уголок лавки – от прилавка до ледника в подвале, где мы хранили свежий улов. Особое внимание он уделил кухне, где Эмма как раз готовила закуски для покупателей.
– Вы используете какие-то особые специи, мисс? – спросил инспектор, принюхиваясь к маринаду для мидий. – Аромат… необычный.
– Смесь средиземноморских трав, господин Вортис, – объяснила я. – Розмарин, тимьян, немного шафрана и морской соли. Ничего запретного или опасного.
– Хм, – протянул он, делая пометки в своём блокноте. – А эти… мешочки со льдом вокруг рыбы? Зачем они?
– Это особый метод хранения, – пояснила я. – Лёд не только сохраняет свежесть, но и предотвращает пересыхание филе. Видите, как сочно оно выглядит даже после нескольких часов на прилавке?
Инспектор кивнул, явно заинтересованный. Родерик же, наблюдавший за проверкой с порога, всё больше хмурился.
– Что ж, мисс Хенли, – подвёл итог инспектор после почти часовой проверки. – Должен признать, ваша лавка не только соответствует всем нормам, но и превосходит их по многим пунктам. Я давно не видел такой чистоты и порядка в рыбной торговле.
– Это невозможно! – вмешался Родерик. – Проверьте ещё раз. Я сам видел, как вчера вечером сюда привезли ящики с рыбой сомнительной свежести.
– Это был вчерашний вечерний улов, – спокойно пояснила я. – Рыбаки выходят в море дважды в день, и мы берём только самую свежую рыбу. Можете спросить у Марка Хольта или любого другого рыбака, поставляющего нам товар.
– Нет нужды, – отрезал инспектор. – Я вижу всё, что мне нужно. Ваша лавка получает полное одобрение, мисс Хенли. И я бы даже рекомендовал другим торговцам перенять некоторые ваши методы.
Он сделал последнюю запись, поставил печать на свой отчёт и вручил мне копию:
– Это подтверждение проверки. Храните его на случай, если возникнут ещё какие-то… вопросы.
– Благодарю вас, господин Вортис, – я приняла документ с вежливой улыбкой. – Не желаете ли попробовать наши новые закуски из мидий перед уходом? Они как раз готовы.
Инспектор заколебался, бросив косой взгляд на Родерика, но запах из кухни был слишком соблазнительным.
– Пожалуй, я бы не отказался.
Эмма внесла поднос с дымящимися мидиями в чесночном соусе, и инспектор не смог сдержать одобрительного возгласа, попробовав закуску.
– Восхитительно! – признал он. – Моя жена будет в восторге, когда я принесу ей парочку. Сколько стоит порция?
– Для вас – бесплатно, – улыбнулась я. – В знак благодарности за вашу работу.
– Это очень щедро с вашей стороны, мисс Хенли. Но я не могу принять такой подарок на службе. Я заплачу полную стоимость.
– Как пожелаете, – согласилась я, мыслено отмечая его честность. – Эмма, пожалуйста, упакуйте две порции мидий для господина инспектора.
– Это… это возмутительно! Вы подкупаете городского служащего прямо у меня на глазах! – Воскликнул Родерик, наблюдая за этой сценой с плохо скрываемой яростью.
– Господин Родерик! – возмутился инспектор. – Я плачу за товар полную стоимость. Здесь нет и речи о подкупе.
– Эта девчонка водит вас за нос, – не унимался Родерик. – Она каким-то образом подготовилась к проверке. Наверняка была предупреждена.
– Вами? – невинно поинтересовалась я. – Ведь это вы подали жалобу, не так ли?
Родерик покраснел до корней волос, но быстро взял себя в руки.
– У вас нет доказательств этого утверждения, мисс Хенли. И я бы советовал вам следить за своими словами, если не хотите получить иск о клевете.
– Достаточно, господа, – вмешался инспектор. – Проверка завершена, нарушений не выявлено. Инцидент исчерпан.
Родерик ещё раз окинул лавку ненавидящим взглядом и вышел, хлопнув дверью так сильно, что маленький колокольчик над входом едва не сорвался.
– Прошу прощения за этот спектакль, мисс Хенли, – вздохнул инспектор, принимая упакованные мидии от Эммы и расплачиваясь. – Родерик – племянник олдермена, и иногда это… придаёт ему излишнюю уверенность.
– Я понимаю, – кивнула я. – Родерик просто защищает свой бизнес. Но я надеюсь, что в Мареле есть место для здоровой конкуренции.
  
– Безусловно, – согласился инспектор. – И, честно говоря, такая конкуренция может пойти только на пользу нашим горожанам. Ваши методы действительно заслуживают внимания.
– Думаете, Родерик просто так это оставит, госпожа? – спросила Эмаа, стоило инспектору уйти.