Между королями (ЛП)

- Будет забавно посмотреть, что они придумают завтра, - сказала я Джин Ёну.
А пока мы могли бы потратить немного больше их времени, остановившись выпить чай с шариками по дороге домой.
  
Глава 3
 
Той ночью мне приснился Зеро. Когда я проснулась, я мало что запомнила из этого сна; только один-два отрывка разговора в темноте: Зеро, грубый, но не совсем холодный, говорит:
  
- Нет. У тебя уже есть работа.
- Я могу сделать и то, и другое, - произнёс голос, который я опознала как голос Морганы.
- Это слишком опасно.
- Я уже мертва.
- Благодаря этому ты можешь выполнять работу, которая мне от тебя нужна, - произнёс голос Зеро, знакомый в своём раздражении, и остаток сна улетучился из моей памяти, потому что вместо него заговорила Эзри.
Во мне, возможно, таилась маленькая надежда, что она тоже жива и каким-то образом находится в том же месте, что и Зеро и остальные, но её голос звучал совсем по-другому. Такой механический и компьютеризированный.
- Быть мёртвой не так плохо, как говорят люди, - сказала она. - У меня даже все пальцы на месте!
- Нет худа без добра, - послышался голос Эбигейл. - И оно, вероятно, будет незабываемым.
Я проснулась, а её голос всё ещё звучал у меня в ушах, и Джин Ён был рядом со мной. К этому моменту просыпаться в объятиях тёплого вампира уже вошло у меня в привычку, но поскольку в эти дни мы все спали в гостиной, это не выглядело таким уж скандальным - или опасным - как могло бы показаться в противном случае. В смысле, какая может быть романтика, когда вокруг вас храпят три ликантропа, а один тявкает во сне, дёргая лапами.
Я могла бы посочувствовать тем, кто тявкает во сне. Я, вероятно, и сама занималась чем-то подобным до того, как проснулась. Мои изменчивые сны вызывали у меня неуверенность и дискомфорт, и желание ещё раз прослушать запись человеческой группы, которую мы услышали через нашу частную сеть. Я предполагала, что это были последние мгновения жизни моих друзей-людей, и я изо всех старалась не слушать, что происходило в то время, но теперь, когда я задумалась об этом, я не была уверена, что это соответствовало тому, что я видела и слышала в воспоминаниях Атиласа.
Вероятно, причина заключалась в сочетании того, что я отгораживалась от всего и этого странного набора сновидений, и, хотя не было никакого реального повода снова исследовать сны, но теперь, когда эта мысль засела у меня в голове, от неё было трудно избавиться. Поскольку я зашевелилась, Джин Ён, похоже, тоже хотел встать. Я оставила его в ванной, чтобы он занял её, пока ликантропы не закончили зевать и потягиваться, и поднялась наверх, пока они не проснулись настолько, чтобы спросить, чем я занимаюсь. Я даже не стала сначала готовить себе кофе: вот это самоотверженность.
Вместо этого я пошла и нашла чип сети, который был в вещах Атиласа, и положила его достаточно близко к дивану, на котором сидела, чтобы я могла подключиться к частной сети, оставаясь при этом достаточно далеко, чтобы при необходимости быстро выйти за пределы досягаемости. Затем я набрала номер детектива.
Как я и полупредполагала, телефон прозвонил раз или два, а затем перешёл на неуместный звук интернет-гудка - такого я не слышала с тех пор, как была ребёнком.
- Блин, - пробормотала я, и вместо этого позвонила Северному.
К моему глубочайшему облегчению, тем кто ответил, был Туату.
- Чего тебе нужно?
- Теперь пользуетесь телефонами друг друга, а? Это серьёзный шаг.
Я почти видела, как его губы сжимаются и разжимаются снова.
- Что тебе нужно?
- Решила проведать тебя и узнать, как у вас вчера всё прошло с Маразулом, - ответила я, всё ещё до смешного счастливая. - И я провожу небольшой тест с помощью нашего устройства для работы в частной сети.
- О, кстати, - начал он. - Маразул попросил вернуть мой и, похоже, ему не терпелось вернуть и тот, что ещё остался у тебя. Ты не могла бы отдать его ему, когда закончишь?
- Ага, не парься, - ответила я. - Что там с именем?
- Он свяжется с нами, - сказал Туату. - Он ищет информацию в Интернете - в человеческом интернете, - но он предположил, что твоему другу-лепрекону будет лучше разобраться с книгами и записями в моём телефоне. Что-то в том, что они упорядочены в более устаревшей системе хранения, чем в обычном Интернете, он сказал, что твой лепрекон может связать их с какой-то консолью и выполнять широкий поиск, чего ты не можешь сделать, как обычный человек, который хочет что-то найти в записях. Он также сказал, что лучше разбирается в человеческих технологиях.
- Если мы сможем найти консоль для Пять, он будет на седьмом небе от счастья, - сказала я. Не похоже, что Пять мог добраться до своей обычной консоли, пока он застрял в мире людей, и ему выдали чёрную карту в За за преступление, что он не убил меня. Это означало, что теперь всё зависело от меня - ну, от нас с Джин Ёном - достать ему консоль.
Это было бы интересно, пока за нами следовала группа брауни.
- Если ты приведёшь мой телефон в рабочее состояние, когда всё это закончится, я не буду возражать против того, что мне придётся делать. Просто скажи, что тебе нужно.
- Лады, - сказала я. - Но тебе лучше перестать говорить подобные вещи - так ты в конечном итоге окажешься в долгу перед фейри.
- Мне ли этого не знать! - с жаром воскликнул он. - Мы зайдём завтра, если у нас будут какие-нибудь новости.
- Завтра, - согласилась я и подождала, пока он повесит трубку.
Я могла бы сделать это сама, но у меня было ощущение, что это лучший способ добиться желаемого результата. И действительно, после завершения вызова послышался отчётливый звук голосов - сначала отдалённый, а затем более отчётливый, когда я приблизилась к значку сети.
- Снова началось, - сказала Эзри. Её голос звучал радостно и даже немного озорно. - Интересно, что сейчас будет?
- Никто не придёт, - нетерпеливо произнёс голос Эбигейл. - Сосредоточься на том, чтобы соединить эту линию в нужном месте, и перестань совать свой нос, куда не следует, пока тебя его не оторвали.
- С таким же успехом я могла бы прилепить их туда, где им не место, - резко сказала Эзри. - Они всё равно отрастут.
- Они больше не отрастут, - сказала Эбигейл с глубоким вздохом. Это прозвучало так, словно она говорила одно и то же уже несколько раз. - И если ты...
- Погоди-ка! Это тот самый старик?
- Эзри! Свали с линии! - резко сказала Эбигейл, и статические помехи завизжали и взревели.
Не думаю, что это был просто шум помех, но, возможно, это было просто потому, что я вспомнила крики, которые звенели у меня в ушах, когда я в последний раз слышала эти голоса. Я отошла от значка, и звук помех превратился в тихое, прерывистое пощёлкивание, а затем и вовсе прекратился.
Это оставило у меня ощущение, что в мире что-то не так, и я не была уверена почему. Было что-то не совсем правильное и неподходящее в том, что я только что услышала, и я не думала, что это из-за того, что я снова услышала прелюдию к смерти моих друзей, которую я вчера избегала в памяти Атиласа. Было ли это из-за слов, которые, казалось, не совсем соответствовали моим воспоминаниям о том времени, когда я услышала их в последний раз?
Что могло это сделать? Мне стало интересно. Могли ли слова, плавающие в закрытой сети, как заставка на DVD, постепенно меняться, пока не стали не совсем такими, какими были изначально? Или же в закрытой системе произошла какая-то деградация или искажение? Я могла бы спросить об этом Маразула: изначально он был тем, кто создал систему, и он был единственным, кто мог знать ответ.
  
Или, подумала я, теперь, когда окончательно проснулась, несмотря на отсутствие кофе, возможно ли, что воспоминание в голове Атиласа было неверным? Он всё еще был в комнате родителей, погружённый в свои собственные воспоминания; внизу Джин Ён только что выключил душ и, вероятно, сначала собирался взять пакет с кровью. У меня было время ещё раз заглянуть в сознание Атиласа.