"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Уолт показал на поднявшегося к потолку адзе. Кружась возле сферы Единства, Дикий капал вниз слизью, которая снова полностью покрывала его тело. Было видно, что он готовится к нападению. Внезапно он закричал и начал извиваться. В его теле, возле груди, появилась дыра, которая постепенно увеличивалась. Затем хрустнуло, отрываясь, левое крыло и, кувыркаясь, полетело вниз. В Диком появлялись все новые дырки, и новые части тела продолжали отваливаться и падать.
  
Фетис присмотрелся. На миг ему показалось, что брызнувшая из адзе кровь попала на какую-то фигуру, кружившуюся вокруг Дикого. Невидимая креатура? Хорошо придумано, адзе просто не заметил подбирающегося к нему врага и не встретил его слизью и теперь погибает, не имея возможности воспользоваться своим умением.
Адзе кричал до тех пор, пока вместо его лица не образовалась дыра. После этого он вспыхнул огнем, обращаясь в безвредный пепел.
Фетис ощутил, как рядом что-то приземлилось и метнулось к ногам мага. Усмехнувшись, он посмотрел на Блуждающую Кровь.
— Ты остался один! — издевательски крикнул Вадлар. — Твои зверьки теперь тебе не помогут!
Блуждающая Кровь покачал головой.
— Глупцы, — усмехнулся он. — Неужели вы и правда думаете, будто я рассчитывал, что мои игрушки вас убьют? Нет, их предназначение совсем в другом.
Лицо Уолта вытянулось, будто он осознал что-то неприятное для себя. Так и было: маг корил себя за грубую ошибку. Он быстро отдал приказ креатуре напасть на упыря-рыцаря, а сам начал готовиться к Четырехфазке. Что-то он слишком часто допускает простые ошибки. Он явно отвык работать вне команды.
Невидимое для простых и магических глаз создание метнулось к носферату. Тот, будто почувствовав это, шагнул навстречу, вскинув левую руку. Латная рукавица вдруг засветилась, пространство перед упырем заполнили разноцветные нити, что свивались в единый клубок. Рыцарь бросил его точно в креатуру, будто видел, откуда она приближается. Темное облако окутало магическое создание, как только клубок врезался в него.
Уолт перестал ощущать связь с созданным им существом. У него будто перехватили вожжи, и другой кучер бесцеремонно отпихнул его в сторону. Эфирный поток, соединявший Локусы Души с креатурой, оборвался резко и бесповоротно.
«Рыцарь» пошевелил пальцами левой руки, и Уолт почувствовал приближающуюся опасность. Он быстро оттолкнул Вадлара в сторону. По плитам, где они только что стояли, словно чиркнули острые клинки, выбив из камня искры.
— Ублюдок! — разозлился Уолт, поставив энергетические щиты вокруг себя и Вадлара. Это был лучший способ защиты. — Он отобрал у меня контроль над моей же креатурой!
Вадлар изменился в лице и с ужасом глянул на рыцаря.
— Не может быть, — севшим голосом сказал он. — Тиары, Черный клан. Сила Крови — Безусловное Повиновение. Я думал, это выдумки.
— Выдумки? — У рыцаря оказался острый слух. Он расхохотался. — Мы — выдумка? Совет Идущих Следом за Одиннадцатью — молодцы! Превратить нас из страшилки на ночь в выдумку — здорово придумано! Что ж, скоро выдумка покажет Лангарэю, как ошибался Совет и Незримые!
Он пошевелил пальцами, и энергетические щиты содрогнулись от града ударов. Креатура выкладывалась на полную, Уолту приходилось постоянно обновлять Силу в защите. Он бросил взгляд на рыцаря. Тысячелетний носферату опасен и для боевого мага, Уолт хорошо знал это. А такой носферату, что сумел подчинить себе магическое создание боевого мага, опасен вдвойне. Не стоит сомневаться, как только Магистр направит в него Четверицу, он прикроется креатурой и успеет ускользнуть из зоны действия Заклинания. И нанесет ответный удар, на который Уолт может не среагировать.
— Впрочем, у меня есть к тебе предложение, мальчик. — Тиар задумчиво постукивал пальцами по стене, рядом с дырами, что остались от Заклинания из Свитка Магистра. — Если ты убьешь человека, что рядом с тобой, и разделишь его кровь со мной, я подумаю о том, чтобы ты мог присоединиться к нам.
Вадлар довольно цветисто описал, как Тиар присоединяется к обществу мужеложцев в качестве их ежедневной пассивной игрушки и в итоге начинает получать от этого удовольствие. Уолт покосился на Фетиса. У него, конечно, фантазия та еще…
— Очень жаль, — вздохнул Блуждающая Кровь. — Ты кажешься довольно перспективным. Неужели надеешься, что сможешь защитить человека?
— Я вообще-то и сам себя могу защитить! — рявкнул Уолт, которому надоело, что упырь подчеркнуто игнорирует его. Он хотел еще кое-что добавить, но посмотрел на Вадлара и осекся.
Глаза Фетиса светились красным, его лицо стало жестким и даже жестоким.
— Надеюсь? Защитить? Его? — Кипящая ярость брызгами слов вырывалась из молодого носферату. — Надеюсь?! Нет! Не надеюсь! Я защищу его, тварь! — И он резко вышел за пределы энергетических щитов.
Уолт ничего не успел ни сказать, ни сделать.
— Я хотел приберечь это на самый крайний случай. Намина Ракура мог видеть только спину Живущего в
 
Ночи, но и она излучала такую уверенность и решимость, что Магистр вдруг поверил, что все будет хорошо и этот Тиар прямо сейчас исчезнет.
— Интересно, мальчик, чем же ты хочешь меня удивить? Рыцарь шевельнул пальцами. Удары перестали сыпаться
 
на защитное поле. Креатура отскочила в сторону и замерла, не нападая. Впрочем, Уолт не спешил убирать Заклинание. Не зря упырь вышел из-под магической Защиты, не зря решил не применять свое 
это 
под покровом волшебства, так что лучше Магистр подождет, пока 
это 
это не закончит свое действие…
Челюсть Вадлара опустилась до пола. Яркая вспышка красного света озарила зал, со всех сторон подул ветер, такой плотный, что его движение можно было разглядеть даже не магическим зрением. Под ногами Вадлара треснул пол, его ступни провалились под плиту сантиметров на двадцать. Штаны и куртка развевались на нем, как флаг на корабле, попавшем в бурю. Создавалось ощущение, что их сорвет с него порывами ветра. Изо рта упыря повалили густые клубы черного дыма, в очертаниях которого мелькали странные фигуры, и дерзкие выпады по нему закрутившихся в смерчи ветров не были для дыма помехой. Он сгущался перед Фетисом, превращаясь в подобие громадного существа, и вскоре в нем можно было разглядеть ноги, руки, голову.
Рыцарь нахмурился. Кажется, ему не понравилось то, что он увидел.
Уолт никак не мог понять, что выпускал из своих внутренних субпространств Вадлар. Возникшее существо не было знакомо магу ни по одному трактату о живых и магических созданиях Равалона.
Рыцарь вдруг резко вскинул левую руку. Уолт понял, что это приказ креатуре напасть, и начал создавать Жест, пытаясь перекинуть часть Защиты на Вадлара, но не успел. Дымное создание выбросило руку в сторону, из черных клубов ударили волны темноты. Этот темный шлейф быстро отыскал креатуру и опутал ее густыми кольцами. Стало даже возможно увидеть в окутавшей креатуру дымке ее очертания, напоминавшие ворона с десятком когтистых рук. Креатура издала звук, который раздается, когда в воду кидают камень, и, задрожав, обратилась в серый пучок тумана, впитавшийся в темные кольца дыма.
У Уолта закружилась голова, закололо в висках. Локусы Души будто пытались сжаться в точки. Магия, что на миг захлестнула зал, была невероятно могущественной, чистой и совершенно непонятной. Структуры ноэм плясали в безумном танце, гиле распадалось до тех частичек реальности, дальше которых только неизвестные поля взаимодействий и такие сферы бытия, которые способна постичь только Мысль Тварца или его непосредственные Слуги, что сотканы из его Мыслей, ноэзис… Ноэзиса вообще не было, словно магия колдовала сама по себе, волшебство творилось волшебством. Чувствовалось Изначалье Порядка, оседлавшее Изначалье Хаоса, и Изначалье Хаоса, ковыряющееся в изнанке Изначалья Порядка. Это были только отблески, метафоры, в которые происшедшее облекло сознание Магистра. Истинную природу Силы, что породило выпущенное на волю Вадларом существо, понять никак не удавалось…