Порочные цели (ЛП)

— С нетерпением жду, профессор, — прорычал он.— Черт, ты даже не представляешь, какая ты сексуальная, красавица.
Я издала глубокий стон, несколько раз провела рукой по всей его длине, а затем медленно опустилась на колени, глядя на Маркуса снизу вверх. Его внимание было приковано к моему лицу.
— Надень маску... мне нравится, — тихо призналась я.
Черт, это было неловко, да? Непрошеные слова сами вырвались. Сначала я нарушаю правила, занимаясь сексом с одним из своих студентов, а теперь раскрываю самые темные фантазии, которых у меня даже не было до встречи с Маркусом. Но затем он ухмыльнулся, и мое смущение рассеялось, как дым, перед его явным одобрением.
  
— Да, профессор. Как скажете, — сказал он, в его глазах плясало удовольствие от моей просьбы.
Маркус Бэйли любил играть в игры, и черт возьми, как же это было приятно быть той, с кем он хотел играть.
Он поправил маску. Я поцеловала кончик его члена. Он дернулся под моими губами, одновременно бархатисто-мягкий и твердый, как камень. Я открыла рот и обвела языком головку. На вкус он был слегка солоноватым. Мне это совсем не мешало. В этом мужчине не было ничего, что могло бы оттолкнуть меня.
Маркус застонал, когда я обвила языком его кончик, дразня щель, и снова – когда опустила рот ниже.
Он был большим. Я не смогла заглотить его слишком глубоко и была вынуждена остановиться. Отстранившись, я подняла взгляд и увидела, что темные прорези для глаз были устремлены на меня, а его рука лежала на моей голове.
Я снова скользнула ртом вниз, на этот раз не отводя глаз от маски так долго, как только могла, пока не наклонила голову ниже, пытаясь принять его глубже.
Я двигалась на нем, неумело сосала и ласкала, используя руки, когда могла. Я не была мастером минета и всегда чувствовала себя неуверенно на коленях.
— Ты понимаешь, как ты меня разрушаешь? Ты хоть представляешь?
Голос Маркуса звучал приглушенно через маску, но оставался таким же глубоким и сексуальным, как всегда. Он крепче сжал мою голову и шагнул ближе, чтобы глубже скользнуть членом в мое горло. На секунду я запаниковала, но потом поняла, что могу расслабиться и принять его. Он тихо выругался, трахая мой рот; моя голова оставалась неподвижной в его нежной, но твердой хватке.
Слюна стекала по подбородку, и, хотя это должно было казаться унизительным, на самом деле, я лишь сильнее завелась. То, как он использовал мое лицо и раздвигал мои границы, чертовски возбуждало. Я доверяла ему. Он ускорил темп, вгоняя член в мой податливый рот глубже, а его рука скользнула к затылку и сжала мои волосы. Я знала, что Маркус не причинит мне боли.
Он отстранился, мои губы оставались широко раскрытыми и мокрыми, а дыхание срывалось учащенными вздохами. Затем он поднял меня, будто я была невесомой, сдвинул свою маску и грубо поцеловал, переплетая язык с моим.
— Я хочу кончить в тебя, именинница, чтобы моя сперма вытекала из тебя несколько дней. Чтобы ты, черт возьми, не смогла забыть меня, пока я буду вести себя прилично и сохранять дистанцию.
Мы оказались на диване быстрее, чем я успела перевести дыхание и ответить что-то. Маркус сел, а я осталась стоять между его ног. Он стянул с меня леггинсы и нетерпеливо сдернул их с одной ноги, оставив болтаться на другой.
Усадив меня верхом на себя, он взял влажный член в руку, отодвинул мои трусики и провел им по моей щели, когда я устроилась у него на коленях. А затем начал входить, направляя меня вниз. Я опускалась медленно, насаживаясь на твердую длину, и когда наконец приняла его полностью, он прижал меня к своей груди и крепко обнял. Я была наполнена и окружена им, и… довольна. Это было удовлетворение, которого я никогда прежде не знала.
Я пошевелилась, и он дернулся внутри меня. Это было божественно.
— Ты такая мокрая, — прошептал Маркус мне в ухо.
— Я… я хочу кончить, — тихо призналась я, откинувшись назад, чтобы посмотреть ему в лицо.
Он кивнул и двинул бедрами.
— Что хочет моя девочка, то она получает. — Он неглубоко вошел в меня.
Я вскрикнула, не в силах сдержать удовольствие.
— Тебе нравится? — спросил Маркус, опустив одну руку вниз и сжав мою ягодицу.
Я кивнула.
— Тогда бери, что хочешь, детка, скачи на мне, пока не кончишь... используй меня для своего удовольствия. — Он пристально смотрел мне в глаза. — Я твой.
Я застонала от его слов и ощущения его члена глубоко внутри меня, приподнялась на коленях, а потом опустилась. И снова, и снова. Он схватил меня за бедро и стал поднимать, помогая, когда мышцы моих ног стали ватными.
Другая его рука опустилась на клитор, грубо потирая твердый бугорок и подталкивая меня к разрядке. Я не могла сдержать ее или остановить. Это была волна, от которой невозможно было спастись, и она обрушилась на меня, разбиваясь о несокрушимую силу мужчины, который отказывался отпускать меня.
Первого и единственного, которого я впустила в свое сердце.
Маркус вошел глубже, продолжая трахать меня сквозь оргазм, пока я не смогла больше держаться прямо и не обмякла на его груди. Мне нужна была секунда. Всего секунда, чтобы снова собрать воедино сердце и нервы.
Он обнял меня и накрыл пледом, лежавший рядом.
— Ты хочешь спать? Спи здесь, красавица, я буду рядом.
— Но ты еще не кончил, — возразила я.
Я попыталась приподняться, но его руки удержали меня. Было так приятно растаять на его груди.
— И не планирую кончать в ближайшее время, так что отдыхай, пока можешь, — сказал он.
Я прислонилась к его груди и подняла голову, чтобы посмотреть на него.
— Ты хочешь трахнуть меня, пока я сплю? — спросила я, сама мысль об этом согрела меня с головы до пят. Извращенные игры Маркуса явно сломали что-то во мне, или, по крайней мере, открыли какие-то очень грязные кинки, о которых я и не подозревала до встречи с ним. На самом деле, даже не имела до него. Никому другому я бы не доверилась.
Его губы изогнулись в улыбке, от которой мое сердце дрогнуло.
— Несомненно, но я и тогда не кончу. — Маркус наклонил голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Понимаешь, я не хочу. Я не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась… и чтобы завтра пришлось снова сохранять дистанцию. Поэтому я буду оставаться прямо здесь, сколько смогу.
— А если кто-то придет? — спросила я, чувствуя, как сон затягивает меня.
— Не придет.
— Нас могут увидеть. Меня могут увидеть, — пробормотала я, уже засыпая.
— Тебя никто не увидит. Я не позволю.
И я поверила ему. Закрыла глаза и погрузилась в сон.
Я проснулась от звуков голосов вокруг. Медленно открыла глаза и сразу же закрыла их. У меня что-то на лице? Я попыталась стряхнуть это, но мягкий цокающий звук остановил меня.
— Это просто маска, красавица.
Ах, да, маска, которую я надела раньше. Воспоминания о том, как я отправилась в общежитие «Геллионов» с импровизированной маскировкой, вернулись ко мне, как и то, как Маркус нашел меня в подвале.
Я сидела, прислонившись к чему-то теплому и твердому, мои ноги были согнуты и раздвинуты так широко, как только возможно.
Я все еще в подвале?
Мы заснули, быстро дошло до меня. Снова донеслись голоса и я открыла глаза. Группа людей играла в бильярд за столом позади нас. Руки Маркуса сжались вокруг меня, и я посмотрела на него.
Черт возьми. Он все еще был во мне, такой же твердый, и теперь... тихо трахал меня. Я сидела на нем верхом. Плед был накинут на мою спину и свешивался через его ноги, скрывая нас от посторонних глаз.
— Никто не видит, — пробормотал Маркус, словно читая мои панические мысли. — Никто не знает, кого я трахаю, никто не видит ни сантиметра твоей кожи... Я держу тебя, красавица... я держу тебя, и я наконец готов кончить.
  
— Маркус, — прошептала я, маска почти полностью заглушала звук. — Это безумие.
— Но я веду себя примерно. Я никого не выгнал отсюда и не ударил за то, что смотрели в твою сторону. Думал, ты будешь довольна, — сказал он. — Я знаю, тебе нравится, когда я хороший мальчик.