Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ)
Подошёл Псих.
Само собой, я подготовил его к открытию. Шерсть вычесана и блестит. На мощной шее, там, где обычно шипастый ошейник, красовалась огромная ярко-красная галстук-бабочка.
Он шёл с гордо поднятой головой, стараясь не задеть столы своими мощными боками. Мышцы перекатывались под шкурой. Челюсть была сомкнута, но даже так было видно, что она способна перекусить фонарный столб.
— Вот, — торжественно представил я. — Посмотрите, какая милая собачка. Зовут Псих… э-э-э… Для друзей — просто Пусик.
Мужчина, увидев это чудовище, перестал дышать. Его лицо побледнело ещё сильнее.
— Э-э-э… — выдавил он.
Жена посмотрела на Психа, на ярко-красную бабочку…
— Ой, какой большой! — с нервным смешком сказала она. — И правда… милый. Бабочка ему очень идёт.
Она повернулась к мужу.
— Толя, смотри! Он же улыбается!
Псих действительно попытался изобразить улыбку. Получилось жутковато — он просто слегка приподнял верхнюю губу, обнажив клыки длиной с палец.
— Мы берём его! — решительно заявила жена. — На три часа. Будем с ним играться. Дети сейчас подойдут, они в машине.
Она достала кошелёк.
— Толя, ты согласен?
Толя смотрел на Психа. Псих смотрел на Толю. В глазах собаки читалось: «Ну давай, скажи НЕТ. Я же вижу, ты хочешь».
Мужчина судорожно сглотнул.
— Ды-д-да… — просипел он. — С-с-согласен…
— Вот и умница! — жена просияла, отсчитывая деньги. — Я сейчас за детьми сбегаю, а вы пока познакомьтесь.
Она повернулась и побежала к выходу.
Толя остался один на один с монстром.
Он вжался в стену, пытаясь слиться с розовой краской.
В этот момент Псих медленно, с чувством собственного достоинства, повернул к нему голову. И подмигнул.
А потом с наслаждением оскалился во все свои зубы демонстрируя идеальный прикус убийцы.
— И-и-ик! — издал характерный звук мужчина.
Его колени подогнулись, и он снова начал медленно сползать по стене.
Жена, которая уже была у дверей, обернулась.
— Толя, ну что ты опять⁈ Да ладно тебе! Ты же уже согласился! Смотри, милая собака, что ты паришься? Он просто хочет поиграть!
— О-о-он… о-о-он… — Толя дрожащим пальцем указывал на Психа.
Псих, не теряя времени, подошёл к нему. Аккуратно, одними резцами, ухватил мужчину за штанину. И, не обращая внимания на его слабые попытки сопротивления, потащил за собой вглубь зала, к мягким подушкам.
Мужик ехал по полу, скребя ботинками по плитке, и смотрел на меня умоляющим взглядом.
Я лишь приветливо помахал ему рукой.
— Хорошего отдыха! Не забудьте оставить отзыв!
Под конец дня я чувствовал себя выжатым лимоном. Но лимоном довольным, который только что превратили в очень дорогой лимонад.
Последний клиент — девочка с бантиком, которая целый час не хотела отпускать лапу Психа, — наконец-то ушла, утаскиваемая мамой. Псих, бедолага, лежал на ковре, высунув язык, и выглядел так, будто сражался со всеми тварями из Диких Земель разом. Его бабочка съехала набок, шерсть была взъерошена, а в глазах читалось: «Убей меня, хозяин».
Я перевернул табличку на двери. «Закрыто».
Наступила благословенная тишина, нарушаемая лишь шуршанием купюр — это Валерия сводила кассу.
Фурор. Другого слова и не подберёшь.
Это был прорыв. Сарафанное радио в этом городе работало быстрее, чем экстренные новости. К обеду у нас была полная посадка. К вечеру люди стояли в очереди на улице, заглядывая в окна.
Я облокотился на барную стойку и окинул взглядом поле битвы.
Столики были завалены салфетками и пустыми чашками. На полу валялись фантики. В углу, в зоне «Хомячьего кабаре», мои пушистые артисты лежали вповалку, раскинув лапки. Они выложились на полную. Весь день танцевали, носили подносы… в общем, развлекали, как могли. Даже тот самый Толя, муж первой клиентки, ушёл отсюда живым и, кажется, даже перестал заикаться, когда Псих лизнул его в щёку на прощание.
— Вик, ты это видишь? — позвала меня Валерия.
Она сидела за кассовым аппаратом, окружённая горами наличности.
— Вижу, — кивнул я. — Бардак. Убираться придётся долго.
— Да какой бардак! — она подняла на меня довольные глаза. — Деньги! Мы сегодня заработали больше, чем в клинике! И это при том, что мы продавали только напитки, угощения и «общение»!
Я налил себе воды. Горло пересохло от бесконечных разговоров.
— Я же говорил. Людям нужно чудо. И они готовы за него платить.
Валерия сложила последнюю стопку купюр и подошла ко мне.
— Слушай, я всё понимаю. Деньги, бизнес, маркетинг… Но, Вик, зачем тебе это на самом деле?
— В смысле?
— Ну, ты сам подумай… Сегодня было столько детей. И не просто детей. Ты видел их глаза?
Я видел.
Я видел мальчика, который боялся собственной тени, а через час уже кормил с руки мою Рядовую. Я видел девочку с нервным тиком, которая успокоилась, как только ей на колени забрался «Пушистик» (слегка модифицированная крыса с повышенной пушистостью).
— Они все травмированы, Лера. Весь этот город — один сплошной комок нервов.
Я подошёл к окну. Там, вдалеке, за крышами домов, виднелась тёмная полоса Стены.
— Они живут в клетке. Постоянно слышат вой сирен. Люди знают, что там, за бетоном, бродят чудовища, готовые их сожрать. Родители пугают детей монстрами, учителя рассказывают об опасности… Они растут в страхе. У них в подкорке зашито: «Животное может быть смертельно опасным». «Клыки и когти могут причинить боль».
Я повернулся к ней.
— Это неправильно. Страх делает их слабыми. А мне не нравится жить среди слабых людей.
Я посмотрел на Психа, который уже начал похрапывать.
— Я хочу их вылечить. Не таблетками. А вот так. Показав им, что монстр может быть другом. Что химера — это не обязательно убийца. Что если ты погладишь страшного зверя, он не откусит тебе руку, а лизнёт её. Это… прививка. Вакцина от страха.
Валерия смотрела на меня с каким-то новым выражением. Смесь удивления и… уважения?
— То есть, ты это всё затеял ради… психотерапии населения?
— Ну, скажем так, это приятный побочный эффект, — улыбнулся я, возвращаясь к своему привычному цинизму. — Главное — это всё-таки ресурсы. И возможность легализовать мою армию.
— Армию? — она хихикнула, глядя на спящих хомяков. — Ну да, грозная сила.
— Не смейся. Эти парни сегодня предотвратили восемь краж печенья и три попытки дёрнуть кота за хвост. Профессионалы.
Валерия снова посмотрела на кассу.
— Знаешь, с такой прибылью мы можем спасти психику хоть всей Империи. Расходы-то минимальные! Аренда, корм, кофе… А выхлоп — космический. Это гениально, Вик. Просто гениально.
— Я знаю. Но есть одна проблема.
— Какая?
— Мы сдохнем.
Валерия поперхнулась.
— В смысле?
— В физическом. Ты видела этот поток? Мы сегодня отработали смену на чистом адреналине и моих стимуляторах. Но завтра будет то же самое. И послезавтра. Мы не можем разорваться между клиникой и кафе. Мне нужно оперировать, создавать новые виды, варить зелья… А тебе — управлять всем этим балаганом.
Я обвёл рукой зал.
— Нам нужен персонал. Срочно. Люди, которые не будут падать в обморок, если увидят, как обезьяна смотрит сериалы про бандитов, а попугай матерится на кофемашину.
Валерия задумалась.
— И где мы таких найдём? Нормальные люди в такое место работать не пойдут. Тут же… специфика.
— Значит, будем искать ненормальных, — я пожал плечами. — Нам нужны такие же отбитые, как мы. Или те, кому очень нужны деньги и плевать на странности. В этом городе таких полно.
Я посмотрел на своих питомцев, мирно спящих после трудового дня.
— А пока… Всем отбой. Завтра будет ещё веселее. Я чувствую.
Мы погасили свет и вышли, оставив кафе под охраной моих маленьких, но очень зубастых друзей.
Глава 20
Тёмный переулок рядом с кафе «Пушистый Латте»