Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ)

— Голуби-то не простые! Я им хлеб крошу, а они на меня смотрят. И глаза у них… странные! Как у наркоманов ваших!
Сержант вздохнул, не отрываясь от сканворда.
— Бабуля, я же тебе уже сто раз сказал — голуби не бывают наркоманами.
— Брешешь! — бабка стукнула клюкой по полу. — Они шпионы! Вчера один сел на карниз и говорит мне человеческим голосом: «Курлык, старая, скоро мы вас всех поработим». Я в него тапком кинула, а он увернулся! В воздухе завис, как вертолёт, и нагадил мне прямо на пол!
  
— Мы вышлем наряд, — монотонно пробубнил сержант. — Группу захвата по борьбе с голубями.
— И танк! — потребовала Никитична. — Без танка их не взять.
Сержант уже открыл рот, чтобы отправить бабулю домой, но тут дверь отделения распахнулась.
В дежурку влетел мужик. Выглядел он так, будто за ним гнался сам дьявол, причём с твёрдым намерением совершить с ним что-то непристойное. Глаза безумные, волосы дыбом, одежда порвана, а руки судорожно ощупывают собственную голову.
— ПОМОГИТЕ! — заорал он, подлетая к стойке и хватая сержанта за грудки. — ОН СИДИТ ВО МНЕ! ВЫТАЩИТЕ ЕГО!
Сержант, видавший и не такое, привычными движениями скрутил буйного посетителя и усадил его на скамью, пристегнув одну руку наручником к трубе отопления.
— Так, гражданин, успокойтесь. Кто вас преследует? Кредиторы? Тёща? Белая горячка?
— Червь! — выл мужик, царапая себе висок. — У меня в голове червь! Мозгоед!
На шум из кабинета вышел капитан.
— Что тут у нас?
— Да вот, господин капитан, потерпевший. Говорит, в голове чужие.
Мужик закивал так, что чуть шею не свернул.
— Это всё он! Злой химеролог! Он меня похитил! Пытал! Вживил в меня эту тварь! Я чувствую, как он шевелится! Он жрёт мой мозг!
Капитан нахмурился.
— Химеролог, говоришь? Ну-ка, поподробнее…
И мужика прорвало. Он начал рассказывать такие ужасы, что даже у бывалого капитана волосы на затылке зашевелились. Подвал, полный крови… Клетки с людьми, которых скрещивали с животными… Пытки раскалённым железом… Говорящие монстры, которые смеялись над его страданиями…
Он, конечно, приукрасил. Добавил от себя и про циркулярные пилы, и про бассейны с кислотой.
— Я петлял по городу! — захлебываясь слюной, орал он. — Следы путал! Чтобы он меня не нашёл! Но червь… он внутри! Сделайте что-нибудь!
— Ладно, ладно, — капитан кивнул сержанту. — Тащи сканер. И менталиста дёрните, пусть глянет.
Через десять минут вокруг «потерпевшего» уже суетились несколько человек. Сержант тыкал в мужика артефактным жезлом-детектором. Дежурный врач, которого тоже успели выдернуть, светил фонариком в глаза.
Затем в дежурку ввалился взлохмаченный парень в мятой толстовке. В одной руке он держал недоеденную шаверму, в другой стаканчик с кофе. Это был стажёр-менталист, которого выдернули прямо из постели.
— Ну что за жизнь? — прошамкал он, жуя на ходу. — Только, понимаешь, с девочкой уединились, самый экшен, а тут вы со своим: «Срочно, у нас ЧП!».
Он с тоской посмотрел на шаурму, положил её на стол (капитан брезгливо отодвинулся) и подошёл к трясущемуся мужику.
— Так, дядя. Смотри мне в переносицу. Не моргай. О боги, как громко ты думаешь…
Менталист поморщился и положил ладонь на лоб задержанного. Мужик дёрнулся, как от удара током.
— А-а-а! Он горячий!
— Не ной, — буркнул менталист. — Это у тебя мозги кипят, а не рука горячая. Так… Глубже… Ещё глубже… Фу, ну и гадость.
— Что там? — напрягся капитан. — Монстр?
— Хуже. Песня «Алкоголичка» на повторе играет. И образы… какие-то зелёные перья, кровь и… анекдот про Поручика? Серьёзно?
Менталист убрал руку и вытер её о штаны.
— У него в башке каша, но ничего сверхъестественного я там не вижу. Биополе истеричное, рваное, но своё, родное.
— Точно?
— Зуб даю. Если там и есть червь, то он мастер маскировки 80-го уровня. Но скорее всего, у мужика просто белочка. Очень качественная, жирная белочка.
— Врёте! — взвизгнул мужик. — Вы просто не видите! Червь хитрый! Он прячется!
— А следы пыток? — уточнил капитан.
— Ни царапины, — констатировал врач. — Пульс зашкаливает, адреналин в крови, зрачки расширены. Но физически он здоров, как бык.
Капитан подозрительно прищурился. История начинала попахивать бредом сумасшедшего.
— Так, гражданин. Допустим, мы вам верим. Химеролог-маньяк, подвал, все дела… Где это место? Говорите адрес. Мы вышлем наряд для проверки.
Мужик открыл рот, чтобы назвать улицу и дом. Он точно помнил, где это было. Он же сам туда пришёл и только что оттуда сбежал!
Но вместо слов из горла вырвалось только мычание.
Он нахмурился. Попытался представить карту города. Но в том месте, где должна была быть клиника, в его памяти зияла огромная чёрная дыра.
— Я… — он растерянно моргнул. — Я не помню.
— В смысле, не помните? — удивился капитан. — Вы же сказали, что только что оттуда. Петляли по городу.
— Да! Я петлял! Я бежал! Я помню подвал, помню клетку… помню этого урода с его попугаем…
— С кем?
— С попугаем! Зелёным! Он надо мной издевался! Анекдоты рассказывал! — мужик схватился за голову. — Но адрес… Я не помню! Ни улицы, ни района… Даже как дом выглядел снаружи — как отрезало!
Он начал раскачиваться из стороны в сторону, его глаза наполнились паникой.
— Это червь! Это всё он! Он стирает мне память! Он съел этот кусок мозга! А-а-а!
Истерика началась по новой. Он бился в наручниках, орал, плевался… Пришлось вколоть ему двойную дозу успокоительного.
Только когда он обмяк на лавке, тупо глядя в стену и пуская слюни, в дежурке воцарилась тишина.
— Псих какой-то, — резюмировал капитан, закуривая. — В дурку его надо.
В этот момент сержант, который молча лазил в телефоне, вдруг поднял голову.
— Господин капитан… А вы на лицо его посмотрите.
— Ну? Рожа как рожа. Бандитская.
— Нет, я не про это. Помните, полтора года назад громкое дело было? Похищение дочери богатого купца. И ещё серия разбоев с особой жестокостью. Мы тогда ещё фоторобот составляли, и даже снимки с камер были, но качество паршивое.
Сержант подбежал к столу капитана и положил перед ним телефон.
— Вот. Сравните.
Капитан посмотрел на экран, потом на пускающего слюни «потерпевшего». Ещё раз на экран.
— Твою ж маму… — выдохнул он. — Мы его целый год искали!
— Точно он, — подтвердил сержант. — Шрам на шее, татуировка на пальце… Всё сходится.
Капитан потёр руки.
— Вот это удача! Сам пришёл!
— Господин капитан, только есть одна проблемка, — охладил его пыл сержант. — Дело-то мы в архив сдали. Доказательств прямых не было. Свидетели запуганы, улики косвенные. Срок давности, конечно, не истёк, но… Чтобы его закрыть сейчас, нужно железобетонное основание. Чистосердечное признание, например. А он, — опер кивнул на овоща на лавке, — сейчас двух слов связать не может. А как проспится, в отказ пойдёт. Адвоката потребует. И мы его выпустим через сорок восемь часов.
Капитан выругался. Ситуация была паршивая. Рыба сама запрыгнула в лодку, но была такой скользкой, что удержать её было почти невозможно.
— И что делать? — рыкнул он.
Сержант хитро прищурился.
— А у меня есть идея, господин капитан. Он же верит, что у него червь в башке? Верит. И боится до усрачки. Давайте подыграем.
Он быстро изложил свой план.
Капитан слушал, и его лицо медленно расплывалось в широкой улыбке.
— А ты, лейтенант, далеко пойдёшь. Действуй. Только быстро, пока он не очухался окончательно.
Сержант метнулся в подсобку. Через десять минут он вышел оттуда преображённым. Белый халат, какие-то дурацкие очки с толстыми линзами, которые он, видимо, конфисковал у кого-то из задержанных «ботаников», и стетоскоп на шее. Вид у него был придурковатый, но внушительный.
  
— Готов принять пациента, — хохотнул он.
Подозреваемого привели в допросную. Он сидел, затравленно озираясь. Действие успокоительного начинало проходить, и паника возвращалась.