Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ)

Это был настоящий кроссворд. Сложный, запутанный, состоящий из сотен переплетённых линий.
— Четыреста семьдесят неизвестных блоков! — восхищённо выдохнул я, записывая данные. — Невероятно! Соединения на основе эфирной плазмы… А это что? Углеродная решётка с магическим армированием? Гениально!
Вдруг мой взгляд зацепился за крохотный пузырёк, набухающий на колене твари. Там плескалась чистая эссенция регенерации. Грамм двести, не меньше. На чёрном рынке такую с руками оторвут!
  
Жадность победила инстинкт самосохранения.
Я рванул наперерез, проскальзывая под замахом костяной дубины, выхватывая пустую склянку.
— Моё!
Я полоснул ножом по пузырю, подставляя пустую склянку, надеясь зачерпнуть хоть каплю.
Тварь дёрнула коленом. Склянка вылетела из рук и разлетелась вдребезги о камень, а меня обдало вонючим паром.
— Да вы издеваетесь! — заорал я, отпрыгивая назад. — Пять тысяч имперских рублей в грязь! Теперь я тебя точно разберу на сувениры, урод!
Я уворачивался, прыгал, перекатывался, не переставая ругаться и писать.
— Вот это вообще супер! — прокомментировал я, когда тварь вдруг отрастила дополнительное щупальце и попыталось ухватить Рядовую. — Но… чёрт!
Я нахмурился. Сканирование показывало удручающую картину. Атрибуты были мощными, спору нет. Но они были намертво впаяны в структуру существа.
— Не вытяну, — констатировал я с досадой. — Слишком плотная связка. Оно просто не в той форме, чтобы его забирать. Если начну тянуть, разрушу саму суть атрибута.
Я увидел в глубине её структуры что-то сияющее. Альфа-блок. Редчайшая вещь, основа стабильности любой высшей химеры.
— Да чтоб тебя! — выругался я, отскакивая от очередного удара. — Что ж так не прёт-то! И хочется, и колется… Но никак.
Тем временем бой становился всё жарче. Вокруг нас уже не было леса — была просека. Деревья летали по воздуху, как спички.
Рядовая, поняв, что кулаками эту тушу не взять, вдруг метнулась в кусты. Я краем глаза заметил, как она нырнула в сторону, где недавно проезжал кортеж Агнессы.
Через секунду она вернулась. В каждой лапе она сжимала по штурмовой винтовке. Видимо, успела спереть их у гвардейцев из багажника, пока мы там ехали, и припрятала в кустах. Запасливая девочка.
Она с диким уханьем взлетела в воздух, оттолкнувшись от поваленного ствола.
Рядовая не спешила стрелять. О нет. Она приземлилась монстру прямо на голову, встала в полный рост, удерживая тяжеленные винтовки. На её морде застыло выражение абсолютного превосходства. Если бы у неё была сигара, она бы её закурила. Если бы у неё была красная повязка, она бы её повязала.
— Позерша! — восхитился я. — Стреляй давай!
ТРА-ТА-ТА-ТА-ТА!
Два ствола загрохотали одновременно. Рядовая в упор расстреливала затылок твари. Пули были непростые — разрывные, с зажигательной смесью. От башки монстра летели куски кости и плоти.
Тварь заревела, мотая черепом, пытаясь сбросить назойливую макаку. Раны были серьёзные. Половина черепа была снесена.
Но не успел я порадоваться, как плоть начала бурлить. Кости срастались, кожа натягивалась. Регенерация у этой штуки была просто бешеная.
Клац-клац.
Винтовки замолчали. Патроны кончились.
Рядовая, не растерявшись, перехватила стволы за дула и начала с остервенением лупить монстра прикладами.
БАМ! БАМ! БАМ! БАМ!
Это было похоже на работу отбойного молотка. Но тварь только злилась.
— Так мы её до пришествия Неназываемого ковырять будем, — пробормотал я. — Нужно искать источник.
Я снова врубил своё зрение на полную. И увидел восемь сердец.
Они светились внутри туши, как раскалённые угли. Но это были не просто органы. Они кристаллизовались, превратившись в энергетические ядра.
— Спящий… — догадался я. — Значит, сердца…
Я понял, что физически до них не добраться. Слишком глубоко, слишком сильная защита. Придётся работать магией.
Я начал плести заклинание. Сложное, многоуровневое. Мне нужно было «заглушить» эти ядра. Отключить их от общей «системы питания».
Тварь почувствовала моё вмешательство. Она резко развернулась, игнорируя Психа, который всё-таки дожевал щупальце, и Рядовую, и прыгнула на меня.
Я не успел закончить формулу.
Огромная когтистая лапа сгребла меня в охапку. Я почувствовал, как меня отрывают от земли. Костяные пальцы сомкнулись на моём торсе, и я услышал, как затрещали мои рёбра.
Она хотела меня сломать. Просто раздавить, как жука.
— Ну уж нет! — прохрипел я.
Я активировал атрибут «Адамантитовая кожа», который держал про запас.
Моё тело стало твёрдым, как алмаз. Лапа твари сжалась, но вместо хруста костей раздался противный скрежет, как будто металлом возили по стеклу.
— Не получится! — выдавил я, глядя в её морду, которая оказалась прямо перед моим лицом.
Тварь, видимо, удивилась. Она приоткрыла защитные костяные забрала на глазах, чтобы рассмотреть, что за крепкий орешек ей попался.
Это была ошибка.
Мои руки оставались свободными, так что я выхватил из рукава свой трофейный клинок.
— Ку-ку! Улыбочку!
Клинок вошёл ей прямо в глаз.
Тварь завыла. Её хватка разжалась, и она рефлекторно швырнула меня в сторону.
Я летел метров десять. В воздухе сгруппировался, готовясь к приземлению. Ноги коснулись ствола дерева. Я спружинил, отталкиваясь, и сделал красивое сальто, чтобы приземлиться на землю.
Приземлился. И тут же схватился за поясницу.
— Твою мать! — простонал я. — Вот же срань!
Меня только что пыталась раздавить многотонная тварь — и хоть бы хны. А долбаное сальто в момент отключения атрибута…
— Кажется, спину потянул… — я попробовал разогнуться и ойкнул. — Надо было вкладываться в Ловкость, а не в Интеллект.
И тут воздух зашумел.
Я поднял глаза. Огромное дерево, вырванное с корнем, летело прямо в меня. Тварь в агонии метала всё, что попадалось под руку.
Я отклонился назад, прогибаясь в больном позвоночнике под немыслимым углом. Ствол пронёсся в сантиметре от моего носа, обдав меня ветром.
— Фух… Это было близко. Надо будет включить йогу в тренировки.
Я выпрямился, игнорируя ноющую боль.
— Псих! Рядовая! Добивайте!
Мои питомцы бросились на ослеплённого и дезориентированного врага. Я подключился к процессу, точечно ударяя магией по оставшимся активным сердцам.
Одно за другим, они гасли. Тварь слабела. Её регенерация замедлилась, а потом и вовсе остановилась.
Финальный удар нанесла Рядовая. Она с разбегу вонзила ствол винтовки прямо в открытую рану на шее монстра.
Земля вздрогнула в последний раз, когда тварь упала.
— Готов, — констатировал я, подходя к туше.
Времени было мало. Как только ядра погасли, процесс распада пошёл с невероятной скоростью. Тварь начала гнить прямо на глазах.
Я сунул два пальца в рот и издал пронзительный свист, вложив в него магический импульс эхолокации, чтобы вызвать аистов.
Мои крылатые курьеры услышали зов и спикировали на поляну. Они принесли специальные контейнеры с заморозкой — я подготовился к вылазкам.
Я бросился к туше с ножом.
— Так, сердца… чёрт, рассыпаются! — я выругался, глядя, как кристаллы превращаются в пыль. — Не взять. Ладно, хрен с ними!
Я полоснул ножом по боку твари.
— Печень! Печень целая! Берём!
Я вырезал огромный орган и швырнул его в контейнер.
— Кровь! — я подставил специальный бутылёк под струю чёрной жижи. — Давай, давай… Ещё немного…
Тварь таяла, как мороженое на солнцепеке. Плоть стекала с костей зловонной жижей.
— Кожу! Хоть кусок! — я успел срезать лоскут с лапы, прежде чем она превратилась в слизь. — Эх, как мало времени! — с досадой воскликнул я, захлопывая крышку последнего контейнера. — Столько добра пропадает!
  
Через пять минут от величественного монстра остался только скелет. Огромный, белый, идеально чистый скелет, лежащий в луже жижи.
Я постучал ножом по ребру. Звонкий, металлический звук.