Ave, Rey!

– Я любил ее, – проглотив подступивший к горлу ком, сказал Руфф.
– Почему расстались?
– Мать, – сухо ответил Александр Сергеевич, – Моя мать повлияла. Ева забеременела, договорились сделать аборт, и накануне похода в медмодуль она бросает все и летит на Землю, а потом пишет короткое: «Больше нас ничего не связывает, живи как жил». – Каждое слово отражалось болью в груди, но старик говорил правду, словно это последний шанс высказаться: – Надо было ехать за ней, а я струсил, послушал маму.
  
– Вижу зарегистрированную беременность, данных о родах нет, вероятность гибели плода с учетом запрета на медвмешательство 95 %.
– Сто процентов! – поправил его Руфф. – Мы познакомились в институте, у обоих минусы в социальных картах, оба верили в силу человека, бредили идеями, что машины – это зло и люди должны вернуться к истокам, жить и умирать, как заложено им природой. Аборт был сродни пыткам, но и рожать не хотела, наверное, поэтому и выбрала космос. Столько миль пролететь – конечно, ребенок умрет, – со слезами на глазах говорил Руфф. – Давай закроем эту тему.
Взглянув на часы, Александр Сергеевич загрустил. Уже не хотелось решать насущные проблемы, они стали такими крохотными, не важными. Призраки прошлого тарабанили в дверь, и не было сил открыть замки.
И все же старик вновь сунул руку в карман, вознамерившись получить ответ.
– Что думаешь о новичках? Розовом и черном роботах? – тут же отреагировал Рей.
– Розовый явно с Земли, – недовольно заметил Руфф.
– Верно.
Играя желваками, Александр Сергеевич вытащил руку из кармана, посмотрел на пустые стулья, расставленные по кругу, и наотмашь кинул фразу:
– Да и черный тоже.
Грациозный исполин подошел к столу и достал электронный лист, затем, разгораясь визорами, загрузил информацию на носитель. Результат обезоруживал своей точностью, на белом фоне была одна-единственная строчка.
  67. RU(S). 1056.89.+ Имя Ребекка Ким. 
– Ого, 1056 финансовых обязательств, – почесал затылок Руфф. – Богатая землянка. Кто она?
– Продавец роботов, осваивает марсианский рынок сбыта, – ответил Рей.
– И кем из новичков она управляет?
– Розовым роботом, – ответил Рей.
– Не удивлен, – улыбнулся Руфф и тут же добавил: – А что по черному, за ним тоже землянин стоит?
– Черным управляет марсианин. Метки синхронизатора скрыты, но дальше Марса ответ на запросы не уходит.
– Если скрыты, то это зажравшийся мажор, – рявкнул Руфф. – Лежит в наркотическом угаре и троллит присутствующих, сколько раз такое было.
– Нет, это не подросток, – возразил Рей.
– Уверен?
– Меня больше интересует то, что ими параллельно управляют умные роботы. Идет сбор данных.
– Гео? – улыбнулся Руфф.
– И он тоже. – Рей вывел на лицевую панель улыбку красного цвета. Затем умный робот опустил взгляд визоров на карман человека и перекрасил улыбку на речевой панели в желтый цвет, словно намекая на очередную попытку высказаться – вручить юридический отказ от клуба.
Руфф верно считал намек, даже усмехнулся расчетливости главного робота. – Ладно, – еще раз посмотрел на часы биофона, добавил он. – Двенадцатый час ночи, пора домой.
– Уже уходишь?
– Да, подожду лучшего случая, – с прищуром ответил старик, похлопав себя по карману. – Подготовлюсь.
– Ты что-то задумал, но не сделал?
– Скорей не дали сделать. – Он подошел к двери и встал на биф. – Но шанс осуществиться есть у всего, – рассмеялся Руфф.
– Верное замечание, – подтвердил Рей.
– Спасибо за головную боль.
– Не понял?
– За информацию, буду всю ночь думать, кто же меня ищет.
– А, ты про это, – улыбнулся Рей. – Если пойму кто, дам знать.
– Ага, – буркнул Руфф, затемняя биф.
Все пошло не так, радовало только одно: Рей, пусть и не напрямую, но понял о нежелании Александра Сергеевича работать в клубе. Будут ли выводы, или искусственный разум сработает на опережение – по сути не важно. Вопрос ухода – вопрос времени. Сейчас старика занимали другие думки, разворошенный клубок проблем из прошлого, как назойливый писк уборщика с переполненным мусорным баком, требовал внимания. Но ни желания, ни ресурсов погружаться в ошибки молодости не было.
– Доброй ночи, человек, – попрощался УэР. – Напоминаю, что завтра ты получишь значок гражданина. – Робот вывел на речевую панель улыбку. – Поздравлять заранее не принято, но ты по праву заслужил гражданство.
– Скорее дожил, – поправил его Руфф. – И да, ты прав, заранее не стоит, доброй ночи, – становясь на биф, буркнул Александр Сергеевич.
А визоры Рея потухли, став прежними. Титановый исполин закрутил головой и, словно ничего не было, принялся за уборку модуля.
 
Хозяйка ангара
 
Братья Лебовски и Форд Хью были космиками, из имущества: три робота для игры в RDA, жили где придется, спали в роботах, так что немудрено, почему однажды компашка наткнулась на жуликоватого Гарольда Фьюри – ушлый янки из Бэдлоу искал именно таких игроков. Два долговязых подростка на «ловкачах» и здоровяк на стареньком «тяже» – смотря на них, невольно задаешься вопросом: «Ну чем те могут управлять, разве что пищевым шкафом!» – и вот так на эту уловку попадались многие. Один матч, солидные призовые, пять роботов против трех, легкие деньги. Однако с первых минут клюнувшие на авантюру бедолаги понимали, что это подстава, а дальше по классике: разбитые машины, призовые, и главное, все по-честному, сами повелись на внешний вид космиков. К слову, так они и познакомились с Черри Бумстер, она размолотила робот Форда и хорошо проучила Рики, повезло только Тому, тот вовремя соскочил и сдался. Троица во главе с Фьюри не учла тот факт, что робот Рыжей Бестии уникальный – максимальная гибкость и скорость реакции в сочетании с острым умом хозяйки давали ее машине непомерное преимущество на поле боя. Она в соло могла противостоять пятерке подобных машин.
Потом была расплата и предложение Гарольда собрать команду для боев в Robots Defend and Attack. Что-что, а умение разглядеть редкий дар в самом незаурядном человечке у Гарольда не отнять. Вот так и появилась команда «Бум-Бум» которая гремела на аренах весь 2661 год.
Затемненный биф капитана подъехал к покрытой инеем двери, и рыжеволосая девушка запросила доступ к ангару.
– Есть кто на базе? – не снимая ингалятор, спросила Черри по громкой связи, но никто не ответил. – Ау, народ? – увеличивая мощность динамиков, повторила она.
– Том, выключай сонник, Мать пришла, – спросонок буркнул белокурый юноша.
– Какая я тебе мать? – заметив одного из близнецов, возмутилась Бумстер. – Где второй?
– Том, – теребил за ногу брата старший. – Проснись.
– А что? – снимая с головы браслет для сна, закричал паренек с копной красных волос на голове. – Рик, какого железа так будить, голова раскалывается. Что случилось?
– Черри тут.
– О, Мать, привет! – протирая глаза, буркнул Томас и плюхнулся обратно в экзоскелет робота.
– Не называйте меня так, – выгружая баллоны с воздушной смесью, приказала Бумстер. – Помогите лучше подключить воздух. Дышите непонятно чем.
– Ага, сейчас, – запрыгивая в «ловкачей», почти в унисон сказали близнецы и в пару ловких движений оказались напротив Черри. На выгрузку и установку баллонов потребовалось минут двадцать, и как только обогащенная смесь пошла по системе вентиляции, Черри сняла ингалятор, а близнецы жадно вдохнули обогащенную смесь.
– Еще бы тепла, – расплываясь в улыбке, промычал Том.
– Ага, и сублимата, – добавил Рик.
Включив освещение, Черри окинула взглядом модуль. В глубине ангара на цепях висел титановый здоровяк Форда, внешний аккумулятор заряжался, каркас застопорен, робот был на приколе.
  
– А где Форд? – доставая из биофона пакет с сублиматом, спросила она.
– О, еда! – оживился Рик.
– Еда, – вторил ему Том.
– Так где Форд? – повторила Черри.
– Не знаю, – с набитым ртом пробубнил Том. – Слушай, а этот сублимат не такой вкусный, как тот черный.