Ave, Rey!

– Проблемы? – взяв за шкирку друга, спросил Форд. – Владелица нашего ангара может решить любую проблему! Фьютон, – он пытался вспомнить фамилию. – Гарольд Фьююто, нет, Фьююрон… ну, не суть, он из богатых космиков, ему даже работать не надо! Знаешь, какие люди за ним стоят?
– Убери за собой, космик! – приказал Александр Сергеевич, указывая на блевотину.
– А, вот так! – почесав затылок, начал Форд и, покосившись на друга спросил: – Том, твоих рук дело?
  
– Ага, – сквозь икоту промямлил Томас. – Я исполнил!
– Не проблема, сейчас уберем. – Он достал сто злат и протянул Александру Сергеевичу. – Купи себе робота-уборщика, разрешаю! А на сдачу выпей за нашу команду, мы станем чемпионами.
– Накой мне твои деньги, идиот? – стукнул его по руке пожилой ведущий клуба. – Вы вообще понимаете, куда зашли?
– Ты табличку читал? – спросил Форд у напарника и тут же сам ответил: – Я нет.
– А я читал, – икнул юноша. – Клуб амони… – Он пытался выговорить трудную фразу, – амони-ность умных робо-бо-железяк! Вот! – Паренек развел руками: – Старший Лебовский понимает, куда зашел!
В этот момент здоровяка осенило, и, разобравшись в произнесенной абракадабре, он резко закрутил головой в поисках роботов. А когда к ним, светя визорами, бесшумно подошел помощник Рея, Форд, глотая подступивший к горлу ком, выпрямился, схватил за грудки друга, на всякий случай закричав, что это была случайность. Впрочем, юноша был слишком пьян и не мог подтвердить сказанное, казалось, он даже не понимал, кто перед ним стоит, постоянно скалился и выкрикивал речевки, но зато Форд вмиг протрезвел, смекнув, чем закончится мелкое хулиганство. Проводить остаток вечера в полиции не входило в его планы. А значит, надо все исправить. Толкнув друга по направлению к рвоте, здоровяк приказал убрать сделанное.
– Да что вы делаете, болваны! – возмутился Александр Сергеевич. – Ну зачем руками, вот же мерзость.
– Мы накосячили – мы уберем, – бухтел Форд, побуждая друга убрать остатки пищи. – Собирай! Собирай, кому говорят!
– Меня сейчас опять вырвет!
– Заткнись и собирай.
Робот подошел ближе и протянул руку. Форд поначалу растерялся, но потом сообразил, что от него хотят, и, как только сто злат легли в механическую ладонь УэРа, он рывком схватил за шкирку собутыльника и поволок его к выходу. Ну как поволок, в дверь они попали со второй попытки, да и паренек все не хотел уходить, горланя воинственную речевку: «Прячься, марсик! Прячься, моб, Черри Бум тебя найдет!»
А когда они все-таки ушли, Александр Сергеевич предусмотрительно закрыл дверь.
– Надо было вызвать полицию, – раздраженно добавил он. – Хамы, еще монету сунули, что за молодежь пошла!
– Деньги пойдут за уплату штрафа, в полиции не было смысла, они простые фанаты RDA. Возможно, игроки, да, немного пьяные, полдозы адаптивной смеси – и их мозг снова будет трезвым, – ответил Рей-9.
– Придурки они, а не фанаты, с этой битвой роботов пол-Марса с ума сошла, – запустив уборщика, с ненавистью ответил ведущий.
– Сытые люди всегда хотят зрелищ, – заметил Рей-9.
– Я, конечно, не фанатик игр, но, вспоминая юность, ответственно заявляю: сейчас все по-другому. Знаешь, что меня коробит в этих битвах? То, что деньги решают исход матча, – приглаживая волосы, с укором заметил Александр Сергеевич. – Когда в последний раз чемпионом становилась команда энтузиастов, простых работяг, как эти два пьяницы?
– Двадцать лет назад.
– А почему? – спросил Александр Сергеевич и тут же сам ответил: – Богатеи используют алгоритмы умных роботов. Не удивлюсь, если половина их машин напичкана нелегальными квантонами. Каждая влиятельная семья имеет на службе умную машину, разве это справедливо?
– Мы умнее, и мы помогаем людям, – постучав себя по титановому корпусу, ответил девятый Рей.
– Уверен, что умнее?
– Полностью, во мне 1500 квантонов, – гордо ответил Рей-9. – Разрешенный лимит установки для личного пользования 1200 квантовых единиц.
– Расскажи об этом жителям из Бэдлоу, – провоцировал ведущий.
– И все же, с учетом проверок главного робота, процент нарушений минимальный.
– А процент искажения? – увидев, что визоры разгораются, старик решил действовать. – Туман будущего? Как с ним быть?
– Неопределенность будущего растет, – сухо ответил Рей-9. – Но на это есть и объективные факторы. Туман будущего – многофакторное явление, его трудно контролировать.
– Скажи своему боссу – он плохо знает людей, – в открытую провоцировал робота человек.
– Неправда, – сухо ответил УэР, и цвет его визоров стал ярче.
Вот он, шанс вернуть фокус внимания главного робота в модуль, шанс заявить о своем нежелании вести собрания клуба, решить все здесь и сейчас. Александр Сергеевич выпрямился, поправил серый комбинезон и тоном победителя продолжил:
– И все же, если отбросить классовое разделение и заглянуть глубже в суть игры, ведь ничего, кроме аккумуляции гнева, эта так называемая бойня роботов не дает. Или я не прав?
– Не прав. Игры – это утилизация.
– Хорошо, – скривил губы Александр Сергеевич. – Спроси у главного, ему морально не обидно, что его собратьев крошат в стружку ради зрелища?
– Главный говорит, что не чувствует обиды, – разгораясь визорами, ответил помощник. – В роботах, идущих на смерть, нет квантонов.
– И что с того? – усмехнулся Александр Сергеевич. – Кто-то же помнит их умными. Для кого-то они любимы, а там, на арене, их тупо убивают.
– Утилизируют, – сверкая визорами, ответил искусственный разум Марса.
Все! Дело сделано, на связь вышел главный робот. Александр Сергеевич сунул руку в карман: ладони потные, сердце колотится, но это не важно. Старик решительно подошел к УэРу и, не отводя взгляда, сделал полный вдох.
– Я хотел спросить тебя, – опередил его Рей, голос его стал объемнее, словно машина говорила в рупор.
– Я хотел сказать… – растерянно пробубнил Александр Сергеевич. – Прости, перебил, спрашивай.
– У тебя есть родственники на Земле?
– Нет, ну, может, очень дальние, а что?
– А на Спутнике?
– Нет, а что случилось? – насторожился Руфф.
Ситуация была нестандартной, получалось, что в общем информационном поле проскочил запрос по локации клуба, кто-то долго и методично изучал это место, собирая метрику и данные всех умных гаджетов. Так обычно делают УэРы, анализируя многофакторную задачу. И что самое удивительное, запрос шел с подконтрольной Земле территории. Ну, или использовались земные каналы связи.
– Это второй случай такого анонимного интереса к клубу, – закончив пояснения, добавил Рей.
– А когда был первый? – перебирая в памяти, кто бы мог его искать, спросил Руфф.
– В начале года.
– У меня девушка была землянкой, – ответил Руфф. – Но мы не виделись с 28 года, целая жизнь прошла, ей сейчас сорок пять. Ну да, правильно, – подсчитал старик. – Мне шестьдесят девять, она на шестнадцать лет младше.
– Отношения были серьезными? – спросил Рей и, протягивая механическую руку, добавил: – Есть данные социальной карты?
– Были где-то. – Руфф полез в биф и долго рылся в файлах памяти, а потом, немного растерянный, дрожащей рукой протянул электронный лист с паспортом. Рей открыл файл, и визоры замерцали красным цветом.
– В коде (20).(GB) (E).10.78. на имя Аманды Престон найдены ошибки.
– Не удивлен, столько лет прошло, – развел руками Руфф. – А что конкретно не так?
– Гражданство Земли аннулировано в 2627 году, причина – личный отказ. Данных о новом гражданстве нет. Есть постановка на учет в социальной системе Спутника. Но данных об одобрении статуса – нет. Она умерла от радиации на тридцать третьем году жизни.
  
– Не думал, что так быстро, – осипшим голосом прошептал бледный Руфф.
На глазах наворачивались слезы, и старик расстегнул комбинезон, растирая грудь. Появилась нервозность в движениях, похожая на панику, но контроль сохранялся. Руфф глубоки задышал и улыбаясь поправил комбинезон.