Несильно беременна (СИ)
— Ты чего молчишь? — сзади послышались тяжелые шаги.
Будь у меня на затылке глаза, могла отследить что делает Розанов. А так оставалось только догадываться о его намерениях. Хотя не особо-то и хотелось видеть его неприятную рожу.
— Решила на меня забить, курва крашеная? — голос Розанова пронизали нотки злобы.
Я буквально чувствовала флюиды, исходившие от мужчины. И в них не наблюдалось доброты и радушия. Волна ненависти и чернейшего негатива пропитывала воздух в комнате. Который и без того не мог похвастаться свежими запахами. Единственная форточка была тщательно закрыта вдобавок еще заколочена ржавыми гвоздями. Это на случай, если я надумаю сбежать, просочившись через маленькое окошко. Я бы и просочилась, имей такую возможность.
— А ну, вставай, кому сказал! — прорычали где-то рядом.
«Ага, щас. Бегу аж тапки падают».
Сделала вид, что не слышу, усиленно представляя вокруг себя зеленую траву. Так было проще не испытывать страх. Розанов и его подручные меня пугали. Сильно. Их отношение ко мне с каждым днем ухудшалось.
— А-а-а-а-а! — закричала, чувствуя как меня схватили за волосы и потянули вверх.
Волей-неволей пришлось податься за волосами. Усиленно работая руками и пятками поднялась с кровати.
— Что? Голос появился? — перекошенная рожа Розанова оказалась перед моим лицом.
Она немного расплывалась от наворачивающихся на глазах слез. Когда дергают за волосинку больно, а если поднимают за волосы в десять раз больнее. Переживала, что останусь без скальпа, как те индейцы после захвата деревни врагом. Розанова я именно так и воспринимала — идейным врагом.
Однако упорно молчала, не желая разговаривать с бандитом. Чтобы ни одно слово ненароком не вырвалось из моего рта, крепко сцепила зубы. Лишь с ненавистью посмотрела в глаза мужчине. Могла бы убивать взглядом, то непременно убила бы.
— Молчишь, стерва! — зарычал Розанов и попытался наотмашь ударить меня по лицу.
В другой ситуации голова от удара откинулась бы в сторону, но удерживаемая за волосы, осталась на месте. Из глаз посыпались искры. Внутри черепной коробки зашумело. Предполагаемые картинки реальности пронеслись перед глазами за доли секунды. Я приготовилась к очередной порции боли. Но делать по его не собиралась.
— Батя, что ты делаешь? Ты же ее убьешь. Она нужна нам беременная, а не мертвая, — на руку, занесенную для удара, кинулся Заяц, одновременно пытаясь оттеснить меня своим телом.
— Убью, сучку! — заревел бешеным медведем Розанов.
Сразу и не понять к кому из нас с Зайцем относился нечеловеческий рев.
— Батя, успокойся! Отпусти ее. Она спросонья не может говорить. Я сколько раз замечал за ней такое, — принялся лепетать мужчина, оттесняя Розанова от меня или меня от Розанова.
— Да я ее…, - последующий мат, заставил уши свернуться в трубочку.
— Она нам еще пригодится. Осталось немного.
«Всего-то много-много месяцев», — мстительно подумала я, падая назад на кровать.
Мои волосы отпустили. И теперь ничего не мешало отползти в сторону, подальше от разъяренного мужчины.
«Убью», — пообещала себе. Не знаю как. Но выполню задуманное.
Слезы катились из глаз, только я не замечала их, молча размазывая по лицу.
— Батя, пойдем отсюда. Пойдем, — подручный Розанова медленно уводил его в сторону. Тот пыхтел, ругался на все лады, склоняя дурных женщин.
Подобрав под себя ноги сидела в уголке. Предупредительно закрыв лицо руками. Чтобы уходящий Розанов не видел все, что я думаю о нем.
«Жирный урод. Мы еще с тобой сочтемся».
Глава 66
Берг
— Андрей Павлович, к вам посетитель, — услышал голос секретаря на ресепшене. — Пускать?
Поднял голову от бумаг. За время моего отсутствия их накопилось порядком. И все требовали внимания.
— У посетителя имя есть? — спросил, удивившись скудности информации.
— Он говорит, что по личному вопросу. Себя не называет, но настаивает на встрече, — отрапортовала девушка.
Я еще больше удивился. Кто еще такой таинственный?
— Он? Это мужчина? — уточнил. — Так что нужно этому неизвестному? Передай ему, что если он не скажет что-то такого, что меня заинтересует, то может идти на все четыре стороны. Я в шарады не играю.
— Он говорит, что это по поводу Марины.
Внимание тут же полностью переключилось на разговор.
— Пропусти.
Время, требующееся для подъема на самую вершину бизнес-центра требовалось немного, но оно тянулось со скоростью улитки.
Я в голове прокручивал возможные варианты того, кто может быть моим посетителем и о той ли Марине идет речь.
Расследование Игната зашло в тупик. Он выяснил только то, что Марина вернулась в страну, хоть и не совсем привычным способом. А вот куда дальше спрятал ее Розанов — неизвестно. Он сам залег на дно. От встреч со мной отказывался. Ссылаясь на занятость.
Пока мне нечего было ему предъявить. А затевать бессмысленную бойню не в моих правилах. Да время настало не то, что раньше. Сейчас следовало хорошенько подумать прежде чем хвататься за оружие.
Кроме того, меня не покидало чувство большой подставы, появившееся давно и не дающее спокойно спать.
Что-то я упускал. И это мне не нравилось. Потому и действовал осторожно, не желая наломать дров.
Со дня похищения Марины в душе поселилась тревога, съедающая изнутри. Я постоянно думал о том, как обстоят дела у Марины. Был уверен, что она жива. Ведь похитителям нужна не она, а ее ребенок. А до его появления еще достаточно времени. И именно это знание давало мне урывками спать.
Игнат носом рыл, выясняя кто же крот.
Вначале я грешил на Сычева, однако он не был в курсе того, куда мы с Мариной направлялись. Да и не вхож он в мой дом после случившегося обмана. О нападении и последующем отлете знал только мой ближний круг. И сейчас Игнат отрабатывал каждого. Проверял телефонные звонки. Отслеживал счета. Выяснял кто мог меня отследить и как. Проверка шла тихо, чтобы не спугнуть крота. А еще я не желал обижать своих ребят, кто на протяжении долгого времени находились со мной рядом. Хуже нет недоверия, высказанного человеком в которого веришь. А братва в меня верила. И служила не только ради денег. Они мне были, как братья.
Звонок селектора отвлек от раздумий.
— Слушаю.
— Андрей Павлович, в приемной посетитель, говорит, что вы его ждете, — Ирочка, моя бессменная секретарша как всегда была на высоте. Мимо нее муха не пролетит, не говоря о живом человеке.
— Пропускай, — отвернулся от окна, ожидая кто же появится на пороге.
Можно было вызвать картинку с камер видеонаблюдения, чтобы заранее узнать посетителя, но я желал составить свое впечатление.
Дверь открылась и в нее вошел… Руслан. Бывший парень Марины. Его я меньше всего ожидал увидеть.
— Добрый день, — поздоровался парень, помявшись на пороге, когда дверь за ним закрылась заботливой рукой Ирочки.
— Проходи, Руслан. Присаживайся. Что тебя ко мне привело? — я остался стоять на месте. К парню не подошел, за руку не поздоровался. Не заслужил.
Однако кое-каких правил я все же придерживался.
Руслан помялся, и только потом двинулся к одному из стульев вдоль приставного стола. С шумом отодвинул стул, зацепив ножками один за другой. Наконец, уселся, сложив руки в замок.
— Я по поводу Марины.
— Мне об этом уже сказали, — напомнил. — Что конкретно ты хочешь сказать?
Совершенно не удивился, что Руслан узнал где меня искать. Своего имени никогда не скрывал. Мой бизнес был достаточно открыт для прессы. Информацию о наличии офиса у компании можно отыскать в интернете, не особо заморачиваясь. Телефоны и адрес указаны в соответствующих разделах.
— Марина у вас? — спросил он, пытливо смотря мне в глаза.
— Ты же принес мне информацию, а не пришел за ней.