Будни феодала (СИ)

— Очень здравый подход, — широко улыбнулся воевода. — Значит, не ошибся я… Именно такой человек мне и нужен.
Я скромно промолчал, мол, хватит комплементов, пора к делу переходить. Раньше сядем — раньше выйдем.
Королькович паузу истолковал верно.
— Согласен, не пристало шляхтичам вокруг да около ходить. Ты, пан Антоний, на меня не гляди, я только из-за стола, а ты — с дороги. Трапезничай. А я говорить стану.
  
Тоже вариант. Сложится беседа или нет еще неизвестно, а так хоть какая-то польза будет.
— Так вот, вашмосць, какое у меня к тебе дело… — продолжил воевода. — Есть в казацком краю одно селение. Маслов брод именуемое. Если не знаешь дороги, я тебе карту тех мест дам. И нужно его с дымом по ветру пустить. А чтоб ты важность понял, уточню: это не моя прихоть, а королевская воля.
— В казацких землях много деревень. Чем эта от других отличается, что о ее существовании даже королю Речи Посполитой известно? — удивился я.
— Смекаешь… — кивнул Королькович. — А тем, что в этой деревне разбойник Хмельницкий свою семью прячет.
Ого, вот это расклад. Интересно — предательство или лазутчики разнюхали?
— Погоди, воевода, я не совсем понял. Ты деревню мне разорить поручаешь, или родню гетмана извести?
Готового ответа в Корольковича не нашлось. Видимо, в письме задание четко прописано не было, — король Владислав опасался доверить бумаге такой текст. Мало ли в чьи руки попадет послание… А сам воевода ответственность на себя брать не хотел. Поэтому, немного подумав, выдал Соломоново решение.
— Это как тебе будет угодно, пан Антоний. Главное — село сжечь. А что с жителями делать, решай сам. Хоть в полон бери, хоть в пень выруби… Уйдут целыми — слова поперек не скажу. А погибнут невзначай — получишь сверх обычной награды, еще пятьсот талеров.
— Ого, — я запил кусок буженины глотком отличного рейнского. — Мы уже и к дополнительной награде добрались. А о обычной еще даже не вспоминали.
— Верно… — согласился воевода. — Потому как обычную ты сам себе выберешь. На то имеется дарственная грамота от короля нашего. Тебе надо будет лишь вписать в нее название любого поселения, которое ты себе в кормление взять захочешь.
— Э… Что-то здесь не так… Погоди, воевода. Как понимать — любого?
— Так и понимай… — еще шире усмехнулся тот. — Ну, которое в землях Речи Посполитой, разумеется. И не Краков или Варшава… — последние слова Королькович произнес уже со смехом. Мол, ты же не полный идиот?
— Но это значит, я ее у какого-то вельможи отберу.
— О том не волнуйся. Казне приказано выплатить стоимость поместья тому, кого ты с земли сгонишь. В двойном размере. Думаю, за такой гешефт на тебя никто не обидится. По нынешним временам, золото надежнее. Так что когда выбирать станешь, не торопись. У меня тоже пара-тройка деревень и сел имеется. Может, сговоримся? По свойски…
— Сам говоришь — деньги надежнее. Так почему бы и мне монетой не взять?
— Потому, вашмосць, что ты пока просто пан Антоний… — воевода умышленно понизил голос, мол, не обижайся, я тихонечко — никто не слышит. — А когда на имение сядешь, никто в твоих благородных корнях больше не посмеет усомниться.
— Разумно… — я тоже понизил голос. — Полесье, вашмосць, отдашь?
Королькович ухмыльнулся с таким довольным видом, что я ощутил себя лохом, согласившимся сделать ставку наперсточнику. Неужто, просчитал меня воевода заранее. Хотя, если соглядатаи не дремлют, исправно донося о том, сколько времени я в селе провел. Плюс заступничество по уменьшению податей… Да и вообще.
— Забирай… Сделай дело и забирай. По рукам?
Королькович встал и торжественно протянул мне ладонь для пожатия.
В какой-нибудь романтической книге или кино герой в это момент должен был встать и дать ляху по морде. А потом, долго бегать по замку, крышам домов и городским стенам, фехтуя и отстреливаясь от всего гарнизона. Чтобы в самый пиковый момент, когда его зажмут со всех сторон, красиво погибнуть, обещая, что смерть его не напрасна, и на пролитой крови взрастут тысячи мстителей. Или… эффектно спрыгнуть прямо в седло коня и ускакать, само собой, обещая вернуться... В зависимости от цели автора и степени допустимого отклонения от реализма.
Увы, у меня игра без сохранения, а начинать все с начала лень. Даже если такой вариант вообще предусмотрен. Так что руку жмем. А мысли оставим себе. Мстить и карать лучше без предварительной пиаркомпании. Более того, для пущей убедительности в моей неразборчивости по отношению к средствам обогащения, надо еще и развить тему. Чтоб никаких сомнений даже случайно не возникло. А так же — желания нанять кого-то другого.
«Вы приняли задание «Сжечь деревню Маслов брод»
— Раз уж мы так все славно обсудили, вашмосць… — произнес я вкрадчиво, бесцеремонно не выпуская руку Корольковича. — Может, грамоту вперед выдашь? Она мне душу согреет, когда я в само логово запорожских разбойников полезу. Золотишко за головы — это потом. После доклада, поскольку судьба их мне пока неведома. А халупы запылают в самом скором времени, о том можешь больше не вспоминать. Хоть нынче же шли гонца в Краков с победоносной реляцией.
— Мне нравится, как ты ведешь дела… — еще больше развеселился воевода, окончательно уверовав, что имеет дело в закоренелым подлецом, готовым родную сестру в бордель продать, лишь бы деньги хорошие предложили. — Думаю, это можно сделать. Даже, больше… Раз уж мы так доверяем друг другу, то я сразу впишу в нее Полесье. Надеюсь, жалеть от этом никому не придется?
— Чтоб мне в рай не попасть, если ты не прав.
Перебросившись еще с десятком фраз, примерно в таком же духе, мы с Корольковичем расстались довольные результатом. Он — уселся писать послание королю, я — сперва на рынок отправился, а потом в кабак. Поглядеть, нет ли там интересных попутчиков.
Был у меня план, как все провернуть, чтоб и волки не узнали про обман, и овцы остались целыми. Но, подстраховаться не мешало в любом случае. Грамота грамотой — но, если нагрянет кто чужой, она куда надежнее, если написанное подтверждает хорошо вооруженный отряд.
Сдав на рынке оптом всю добычу, я стал богаче на полторы тысячи талеров. Что в совокупности с остатками былой роскоши, составило две тысячи восемьсот монет. Восемьсот определил в неприкосновенный запас, поскольку недалек день выплаты жалования моим бойцам. А это такое событие, которое лучше не омрачать отсутствием средств. Мои люди должны быть уверены как в закате и восходе, что причитающееся им довольствие они получат всегда, сполна и без задержек. От этого зависит мораль отряда и моя харизма… А так же, завязанные на них, скорость передвижения по карте мира и количество бойцов, которых я могу принять под свое командование. Последнее, в свете моих замыслов, сейчас даже самое важное из всего остального.
 Глава 9 
Глава девятая
Расторговавшись по мелочам, я долго стоял перед барышником и думал, как поступить с лошадьми, захваченным у лисовчиков. Хорошие кони. Скаковая и породистая. Одна беда — для скаковой необходимо минимальный навык верховой езды «6», а для породистой — «8». И продавать жалко. При моем нынешнем навыке торговли «1» означало отдать товар со скидкой 90 процентов. Что полная чушь и глупость. Так что, пораскинув мозгами, решил лошадей оставить до того времени, пока не научусь на них ездить, или пока в отряде не появится маркитантка с соответствующим умением торговаться.
Теперь, в кабак.
Мои чинно трапезничают, никого не трогают. А из нужных мне кто есть?
Завсегдатай… Не, не хочу драться. Двадцать пять монет уже не те деньги, ради которых корячиться можно. Да и очко опыта тоже бесполезно.
Путешественник… Говорили уже. Претендент на чужой трон мне пока без надобности.
Посредник… Та же история. Не везет мне с пленниками. Все как-то мимо кассы. Может, я чистоплюй и мараться не хочу? Ладно, игра сегодня не заканчивается. Да и умение по содержанию пленников у меня всего «1». То есть — пять человек. Возиться с ними. Пру монет выручишь, а скорость передвижения отряда падает. Не на коней же их сажать.