Изгой

Меня до сих пор преследует это ощущение мимолетного облегчения и последовавшей за ним ледяной паники, растекшейся по моим венам.
– Там было написано, что случилась авария и искать надо у лодочной станции. – Воспоминания пытаются накрыть меня с головой, но я отгоняю их. Запираю в самом дальнем уголке своего сознания. – Что тут сказать, картина была не из приятных. Полицейские решили, что машина ехала к заброшенному лодочному сараю, но почему-то резко свернула и въехала в озеро. Мы месяцами умоляли их продолжать расследование, но без свидетелей или записи с камер они просто сдались и закрыли дело.
Эр Джей накрывает меня одеялом и прижимает к себе, и только тогда я понимаю, что вся дрожу. Силы внезапно меня покидают, и мне становится сложно держать глаза открытыми. Даже вспоминать о том вечере для меня тяжело. Уже несколько месяцев я словно стою на том берегу, держась за веревку и пытаясь вытянуть машину из воды. Я задыхаюсь и кричу, тяну что есть силы, но как бы я ни упиралась ногами в грязь, автомобиль все равно тонет и утягивает меня за собой.
– Ничто из этого не звучит как твоя вина, – успокаивающе говорит он. Не он первый. Я благодарна за попытку, но знаю правду.
– Меня это убивает. Столько вопросов без ответов, и как вообще могло не быть ни единого свидетеля? Как тут не думать, что среди людей, с которыми я говорила, которых считала своими друзьями, были те, кто видел, что произошло, и просто промолчал.
– Слушай, только не злись…
Я переворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.
– Что такое?
– Ну, возможно, в этом я тоже немного покопался. В деле твоей сестры. Мне было интересно. – Его голос слегка колеблется, словно он боится напоминать мне о своих хакерских навыках. – Но в материалах следствия я не нашел ничего полезного.
Ну, по крайней мере, он использует свои умения на благое дело.
– В этом случае я не против, – ехидно говорю я, но тут же становлюсь серьезной. – Если хочешь полюбопытствовать, то мне пригодится помощь. Иначе мы в полном тупике. И я не знаю, сколько еще смогу сходить по этому поводу с ума или смотреть, как Кейси ненавидит себя за то, что ничего не помнит. Нам нужно знать.
– Если что-то где-то есть, то я обязательно найду, – обещает Эр Джей.
Он наклоняется, чтобы заглянуть мне в глаза. В последнее время я начала понимать, что он гораздо более искренний, чем пытается казаться. Даже под его сарказмом скрывается слой правды. Поэтому я знаю, что он абсолютно честен, когда говорит мне, что обязательно докопается до правды.
– Кстати говоря… – Я переворачиваюсь на бок и подпираю голову рукой. – Папа с Кейси завтра уедут смотреть колледжи. Выезжают рано с утра и не вернутся допоздна. Заходи в гости, если хочешь. Проведем вместе день.
Эр Джей неуверенно поджимает губы.
– Мне нравится, как это звучит. Но я не уверен, что нам стоит так рисковать.
– С каких пор ты стал таким осторожным?
– Сама сказала, что у него камеры по всему дому. Если он хотя бы вполовину так одержим, как ты описываешь, то он еще и следит за записью с телефона. А еще у него могут стоять оповещения на случай, если кто-то активирует датчики движения снаружи.
Он так-то прав. Хотя я не могу побороть разочарования от того, что он так быстро отмел в сторону возможность провести несколько часов вместе совершенно без присмотра.
– Слоан. – Почувствовав мое расстройство, он проводит руками по моим ребрам и сжимает мою талию. – Я хочу. Конечно же хочу. Я бы отлизал тебе на кухонном столе, если бы ты попросила. Но мне хочется видеться с тобой и дальше. Если нас поймают, твой отец вышвырнет меня из школы и меня переправят на какую-нибудь ферму для пропащей молодежи в Монтане.
– Ну, не знаю. Дай посмотреть на тебя в ковбойских чапах, тогда решу, нравится ли мне такая перспектива.
– Мечтай, крошка.
У меня вырывается внезапный и широкий зевок. Знак, что пора домой. Лежать с ним в кровати так уютно, что если закрою глаза хоть на секунду, то вырублюсь, и потом черта с два мы с утра вытащим меня отсюда незаметно.
 
Эр Джей проверяет коридор, и мы выбираемся из его комнаты. Ему я этого говорить, конечно, не буду, но я уже один раз вылезала отсюда через окно, и повторять этот полет мне совершенно не хочется. Так что я крадусь за ним на цыпочках по направлению к пожарному ходу, сжав кроссовки в руке и держась стены. Осталось всего немного – мы уже достигли первого этажа. Задний вход расположен в дальнем конце здания, и сначала надо пройти мимо прачечной и грузовой площадки. Вот только, когда мы проходим мимо коридора, ведущего к главному входу, на полу мелькает тень.
– Черт, – шипит Эр Джей.
– Что?
– У Роджера дверь открыта.
– У кого?
– Мистер Свинни. Наш комендант. Он обычно спит уже. Телик выключен.
– Ничего не поняла.
Эр Джей пятится, заводя нас в маленькую нишу в стене, где стоит пьедестал с бюстом основателя Сендовера.
– И что нам делать? – шепчу я.
Эр Джей корчит рожу, стискивая зубы. Потом смотрит за угол.
– Придется бежать напролом. Надеюсь, он вырубился и просто забыл закрыть дверь.
– Хорошо.
Я сосредотачиваюсь на табличке «Выход» в конце коридора и готовлюсь нестись так, словно прохожу отборочные в сборную штата. Но, как только мы высовываемся из-за угла, скрипит половица, и мы сталкиваемся нос к носу с мистером Свинни, стоящим в пижаме и халате с чашкой чая в руках.
– Мисс Тресскотт. – Пухлый, неопрятный мужчина смеряет меня осуждающим взглядом. – Нас, кажется, официально не представляли друг другу. Я Роджер Свинни. А вы далековато от дома в такой поздний час.
Я панически ищу подходящую отмазку.
– Я, э, просто…
– Ходила во сне, – подсказывает Эр Джей.
Я едва сдерживаю смешок и подтверждаю:
– Да. Я, кажется, просто ходила во сне.
Мистер Свинни поднимает свободную руку, приказывая нам умолкнуть, а потом вежливо, но подробно выносит нам мозг. Краткая суть монолога сводится к тому, что он ждет не дождется возможности рассказать об этом нарушении моему отцу. У меня все внутри обрывается от этой угрозы – хотя это, скорее, обещание – да и Эр Джей особо не в восторге.
– Выход вы, я надеюсь, найдете, – заканчивает мистер Свинни и поднимает одну густую бровь. – Можете воспользоваться входной дверью на этот раз.
Мы с Эр Джеем позорно выходим наружу, где я обуваюсь, пытаясь придумать, как объяснить все это отцу. Какими бы ни были причины, по которым он отгоняет от нас с Кейси пацанов из Сендовера, папа свое слово держит.
– Итак, будем с собой честны, – говорит мне Эр Джей. – Мы попали.
– Знаю. – Я прикусываю губу. – Меня только один раз ловили с учеником из Сендовера, и папа исключил парня на месте. В случае с Дюком мне пришлось заранее просить у него разрешения.
Эр Джей прикидывает что-то в голове.
– Есть шансы, что он разрешит мне с тобой встречаться?
– До случая с Кейси? Да, вероятно. Теперь? Почти нулевые. – Я вздыхаю. – Может, я могу что-то сказать. Добраться до него первой и как-то сгладить ситуацию. Скажу ему, что приходила к Сайласу, а с тобой просто столкнулась в коридоре.
– Он на это не купится. Уж поверь. Ко мне он прикопается в первую очередь.
– Ты забываешь, что в здании есть как минимум один мой бывший. Ты не единственный хулиган в общаге.
– Без комментариев, – говорит он, явно перенасытившись Дюком за последнее время. – Нет, нам надо сделать так, чтобы Роджер ничего ему не сказал. А значит, нужно разобраться, что он делает каждое воскресенье ночью. Будет эта информация, будет чем на него надавить.
Через плечо Эр Джея я вижу в окне здания мистера Свинни, попивающего чаек и наблюдающего за нами.
Вздохнув, я мрачно киваю.
– Ну, папы завтра не будет. Поэтому, что бы ты ни собрался делать, времени у тебя до утра понедельника.
Глава 34. Эр Джей 
Я посмотрел три минуты трансляции какого-то боксерского матча и чуть не сдох от скуки. Нет, ну серьезно, если человек называет себя чем-то вроде Добермана Сатаны, то я ожидаю увидеть нечто большее, нежели агрессивные потные объятия. Теперь, правда, я жалею, что так быстро сдался. Этим воскресным утром чувствую себя полным дураком, прыгая на мате в спортзале, пока Лоусон за моей спиной кричит «удар, отход!», а Фенн пытается научить меня, куда ставить ноги и как выбрать правильную траекторию, что бы это, мать его, ни значило.