Изгой

В то же время желание доказать чью-то неправоту это тоже хорошая мотивация.
Вызов принят.
Глава 24. Слоан 
– Господи Иисусе, когда мне вообще в жизни пригодится знание того, как вычислить уровень карбоната кальция в панцире краба? – Элиза сидит рядом со мной за нашим столиком в лаборатории и увядает от скуки, пока сестра у доски монотонно зачитывает инструкцию.
Я смеюсь.
– Давай я покажу тебе старый добрый баллардский лайфхак.
Достав телефон, я гуглю лабораторную по карбонату кальция. В результатах всплывают несколько PDF-файлов. Пробежав их глазами, я понимаю, что значения в них всех похожие, а это само по себе свидетельствует о том, что они, вероятно, верные. Так что я начинаю быстро шуршать карандашом, заполняя нашу табличку значениями для крабовых панцирей, яичной скорлупы и прочих объектов.
Элиза хватает мой телефон.
– Почему кто-то по имени Эр Джей шлет тебе фотки своего нижнего белья?
– Чего? – Я отбираю мобильник обратно и таращусь на экран. – О боже мой. Это спортивные плавки, – восторженно говорю я.
Эр Джей: Уверен, я об этом пожалею.
Я хихикаю.
– Знакомый в Сендовере только что сломался под общественным давлением и вступил в команду по плаванию.
Это просто великолепно. Поверить не могу, что он решился. Фенн никогда по этому поводу не заткнется. Я быстро печатаю ответ.
Я: Готов к своему первому сеансу бритья? Могу одолжить бритву.
Эр Джей: Да ну на хрен, ничего я брить не буду.
Я: Зато как мускулы сразу проступают. Ты видел пресс Сайласа??
Эр Джей: Так и скажи, что хочешь увидеть меня без футболки.
Я: Поверь на слово, нет ничего лучше, чем чистая простынь, когда только побрил ноги.
Эр Джей: К слову о твоих ногах на моей простыне…
Я: Хорошая попытка.
Эр Джей: Давай встретимся сегодня.
Я: Аккуратнее. Звучишь немного жалобно.
Эр Джей: Слоан. Детка. Твой неприступный образ уже не кажется таким убедительным, когда ты целый вечер не доставала язык из моего рта.
Я чувствую, как краснеют щеки. Черт. Он в чем-то прав. Но поражение я признавать не собираюсь, это не в моем характере.
Я: Будешь так себя вести, тот вечер будет последним…
Эр Джей: Смерти моей хочешь.
– Осторожно. – Элиза пихает меня локтем. – Палево.
Сестра Маргарет проходит по рядам между столами и укоризненно смотрит на меня. Я прячу телефон между коленями.
– Смотрим на доску, девушки. Никаких телефонов в классе.
– Небось это ее ненормальная сестра там психанула на обеде и рыдает над картофельным пюре. – Друзья Никки смеются, и она гаденько мне ухмыляется.
– Тишина, мисс Тайсом.
Я копирую усмешку Никки и передразнивающим тоном спрашиваю:
– Христа ради, когда ты уже наймешь психотерапевта для своей биполярочки и оставишь всех в покое?
Сестра вздыхает и, перекрестившись, переводит возмущенный взгляд на меня.
– Останетесь после уроков, мисс Тресскотт. И чтобы больше ни слова.
Да плевать. Ненавижу эту девчонку. Согласна оставаться после уроков хоть всю неделю, если последнее слово в спорах с Никки всегда будет за мной.
Когда сестра Маргарет возвращается к доске, я решаю, что все может гореть синим пламенем, и пишу сообщение Эр Джею:
Я: Встретимся ночью на нашем месте.
* * *
Отсидев наказание, я выхожу на парковку. Там меня ждет Кейси, чтобы вместе поехать домой. Я спрашиваю ее, как прошел день, но сказать ей особо нечего. А это, как я понимаю, значит, что с прошлой недели ситуация не сильно изменилась.
 
– Кстати, – говорю я, не сводя взгляда с дороги. – Прикроешь меня сегодня?
– М-м-м? – Она разворачивается в кресле с заговорщической улыбкой.
– Я встречаюсь с Эр Джеем на тропинке.
– То есть сбегаешь после отбоя.
– Без разницы. Просто на случай, если папа…
– Да, я поняла. Начинаем операцию «Рандеву».
– Ну ты и задрот.
Она откидывается на спинку кресла, явно наслаждаясь ситуацией.
– У этого твоего правила «без мальчиков» не было шансов, да?
Я тяжело вздыхаю.
– Да. Ладно. Возможно, он мне немного нравится.
– Ежу понятно.
Свалился мне на голову, как тяжелый случай гриппа, который парализует тебя на месяц. Или как мононуклеоз. Первые симптомы такие слабые, что ты их толком и не замечаешь. Потом в носу начинает свербеть. В горле немного першит. Не успеваешь опомниться – как ты уже лежишь в кровати под горой платочков и конкретно так больна. Не могу перестать думать об этом чертовом парне. Прошлой ночью я целый час провела, фантазируя о том, как снова его поцелую. Что постепенно перешло во всякие другие фантазии, включающие в себя его губы на разных частях моего тела и мои – на одной очень конкретной его части. Я довела себя до оргазма одними только мыслями о том, как я ему отсасываю, а его пальцы путаются в моих волосах, пока он дрожит от разрядки.
Мне внезапно становится жарко, и я открываю окно.
Тем временем Кейси, сидящая на пассажирском сиденье, роется в рюкзаке у своих ног и с широкой улыбкой выуживает оттуда телефон.
Меня сразу охватывает подозрение.
– Это кто? – требовательно спрашиваю я.
– Фенн. Просто спрашивает, как день прошел.
Вот с ним, значит, она разговаривает.
Я продолжаю смотреть прямо перед собой, поскольку не хочу, чтобы она увидела мое недоверчивое выражение лица и подумала, будто я ее отчитываю, а потом спрашиваю:
– Что происходит-то?
Краем глаза я вижу, как Кейси делает невинное лицо.
– А что происходит?
– Ты много с ним болтаешь.
– Мы друзья.
– Друзья, – осторожно повторяю я.
– Да, Слоан. Друзья. Тебя это должно бы порадовать. У меня их сейчас дефицит.
Я знаю, что она это не со зла, но ее слова глубоко меня ранят. Напоминают, что если бы я была с ней, как обещала, ничего этого не произошло бы.
– И все-таки: Фенн?
– Он милый. – Она не смотрит на меня, но я вижу, как она улыбается сама себе, глядя в окно. Как будто в тесном салоне машины можно скрыть такую очарованную улыбку. – И он меня смешит.
Вот он, поцелуй смерти.
– Так он тебе нравится, – надавливаю я.
– Я этого не говорила.
А это и необязательно. Пусть Кейси и разговаривает со мной так, словно я чужая, я все-таки не настолько тупая, чтобы пропустить новую влюбленность, прорастающую в садике сестры.
– Да и вообще, у него наверняка кто-то есть, так? – говорит она.
Ненавижу свою жизнь.
– Фенн не заводит отношений, – с напором напоминаю я ей. – Он меняет девчонок с такой скоростью, словно хочет поставить мировой рекорд, а потом больше никогда им не звонит. Это не тот тип отношений, в который тебе стоит ввязываться, Кейс.
– А когда я сказала, что собираюсь? – резко парирует она с таким жаром, которого от нее не видели уже несколько месяцев. Я бы гордилась, если бы речь не шла о перспективе стать еще одной засечкой на ремне Фенна.
– Отлично. Вот и не надо.
После моей грубой точки над i она сползает вниз по спинке сиденья, преисполненная неприязни и праведного гнева. Я тут главный злодей, который не дает ей развлекаться. Как будто я никогда не была на ее месте.
– Поверь мне, – говорю я, пытаясь звучать как старшая сестра, а не как ее мать, – такие парни, как Фенн, этого не стоят. Чувства для них важны в последнюю очередь. В этом возрасте они не способны на настоящие отношения. Это все лишь пролог к тому, чтобы переспать с тобой и тут же забыть твое имя. Для них все это никогда не будет так важно, как для тебя.