Смута 2 (СИ)

В соответствии с такой идеологией в племена были направлены те, кто и привил все эти привычки и понятия индейцам. Через некоторое время у них появились дома, школы, фермы и плантации, и даже чернокожие рабы. Был составлен свой алфавит, и издавалась своя газета, появилась собственная конституция и свод законов, правительство и президент. По сути дела, на этой территории оказался один из самых высоких уровней образования в стране, а учителями и преподавателями стали сами индейцы.
  
Американское правительство обещало, что их земли останутся неприкосновенны, и первоначально какое-то время действительно придерживалось своих обещаний. Однако в начале тридцатых годов XIX века нарушило договорённости, было принято решение уничтожить самостоятельные индейские анклавы, а они сами оказались насильно депортированы в безлюдные места на западе от реки Миссисипи.
В состав этого союза входили;
- чероки, изначально проживающие на южных склонах Аппалачей, легко установили контакты с первыми белыми колонистами и восприняли их привычки и образ жизни. Чероки быстро стали фермерами, обзавелись чернокожими рабами и создали сеть бесплатных школ;
- чикасо, проживали вдоль реки Миссисипи, находились в родственных отношениях с индейцами чокто;
- чокто, населяли долину Миссисипи, также как и другие, быстро освоили культурные достижения белых и приняли их образ жизни. Именно они первыми и были выселены со своих земель;
- крики, самоназвание племени маскоги, проживали в речных долинах, за что и получили своё название - "индейцы ручья". Оказали при депортации сильное сопротивление и были доставлены к месту проживания под конвоем;
- семинолы - часть племени криков, к которой примкнули беглые рабы и прочие сторонники вольной жизни. Проживали на территории Флориды, не приняли предательства белых и оказывали им яростное сопротивление. В истории остались первая и вторая семинольская война. Семинолы не сдались белым, и до настоящего времени у них нет мирного договора с США.
Новоустюжинск, февраль 1611 г., Ксения Романова
Вот так мечты и рассыпаются в прах. Размечталась - Чили, селитра, Тихий океан и прочая, прочая, прочая. А оказывается, туда "низя"! И теперь вместо просторов Тихого океана меня ждёт гуано в пещерах Аппалачей. Ну да, всё оказалось до банального просто. После того, как выяснилось, что в ближайшее время попасть через перешеек между Южной и Северной Америками в Тихий океан затруднительно, пришлось мобилизовать внутренние ресурсы.
А тут Антонина вернулась из своей экспедиции, нашли они железо и уголь, а сейчас готовится следующий отряд, который будет определяться на месте, где и что строить. И одновременно с известием об открытии железа она сообщила об обнаружении множества пещер в этих самых Аппалачах. Ну а тут всезнайка Лёва сразу вспомнил, что американцы всегда потребляли много пороха, а источником селитры у них служила земля и гуано именно из этих пещер.
Поэтому теперь я должна хватать ноги в руки и мчаться сломя голову в Аппалачи, ковырять там гуано и выискивать селитру. Ну конечно не совсем так, но близко к действительности. Землю из этих пещер выщелачивают с использованием золы, грубо говоря, промывают водой, потом выпаривают и охлаждают, в результате выпадают кристаллы селитры. Это так называемая сырая селитра, и она ещё не пригодна для изготовления пороха.
Её опять растворяют, раствор фильтруют, опять выпаривают и собирают селитру. Вот эта, уже так называемая литрованная селитра, и идёт на изготовление пороха. Я конечно многого из сказанного не знала, но Лёва, большой знаток всего, связанного со стрелялками и взрывалками, мне подсказал тонкости процесса получения селитры. Так что теперь я собрала необходимое - горшки, бочки, котлы и собираюсь отправиться с нашей экспедицией, идущей в те места, за селитрой. По общему мнению, порох - наше всё, и теперь только от меня зависит, будет он или нет. А вы всё Чили, Чили!
Новоустюжинск, февраль 1611 г Ольга Воротынская
Жизнь не то чтобы налаживается, до этого ещё ой как далеко, особенно нам, попаданцам из двадцать первого века, но становится более упорядоченной и принимает хоть какие-то знакомые формы. О чём идёт речь? В нашем случае - о создаваемом поселении в предгорьях Аппалачей, там, где лучше всего добывать руду и уголь.
Да, мы определились с местом, где готовы начать строительство будущего центра нашей промышленности, и в благодарность за усилия Антонины по поиску этого места решили назвать его Молчановск. Правда, здесь пока не всё ясно, нужно провести переговоры с индейцами, чтобы они согласились с нашими планами, но тут у всех надежда на Фёдорыча, уж больно мастерски он ведёт любые толковища и всегда добивается желаемого, причём без всяких жёстких вариантов.
А есть у нас уже и ещё одно поселение, вернее - сторожевой пост. Это место так и называется - Сторожевой. Он расположен немного выше устья Миссисипи, там размещается десяток бойцов и стоит небольшой острожек. В их задачу пока входит исключительно наблюдение за рекой, в том числе и за уровнем воды в любое время года. Как-то не хочется повторять судьбу Нового Орлеана, так что лучше немного подождать и осмотреться.
Строить дамбы в неимоверном количестве нам не по силам, да и спешить пока некуда, поэтому будем поспешать не торопясь. А основным поселением пока выступает наш Новоустюжинск, расположенный в заливе Мобил, куда впадает река Алабама, или по-нашему, Широкая. Вот пока и вся доступная нам география, правда, как я говорила, торопиться нам некуда, а планов у нас громадьё.
Правда, с реализацией порой возникают проблемы, но в соответствии с заветами великих людей, мы решаем их по мере поступления. Кое-какие сумели предусмотреть заранее и подготовиться к возможным трудностям, так что дела на месте не стоят. Но лучше всё рассматривать по порядку, так будет быстрее и понятней.
Сейчас, не сомневаюсь, что это пока, наше поселение занимает участок сто на сто метров на небольшом возвышении. Тут стоит несколько достаточно больших, можно сказать, бараков, в каждом из которых проживает порядка сорока человек. Для семейных там выгородили отдельные каморки, остальные размещаются в общем зале.
По сути дела, эти бараки представляют собой настоящие блок-посты или острожки, стоят рядом друг с другом, на внешней стене бойницы для ведения стрельбы, окна расположены с внутренней стороны. Свободное пространство между домами загорожено брёвнами и превращено в стойла для скотины. Ну да, всё это совсем не похоже на Рублёвку, но Москва не сразу строилась, будет у нас ещё свой КРЕМЛЬ.
Само строительство потребовало от всех огромных усилий, хотя это оценка человека двадцать первого века. Мужики же ничем подобным не заморачивались, собрались толпой, нарубили деревьев, облепили их как муравьи, погрузили на специально сделанные возки и довезли общими усилиями до места. Точно так же поступали в любом случае, когда требовались усилия более чем одного человека. Может, это и дикость на первый взгляд, но тем не менее, у нас сейчас есть больница, кухня-столовая, школа для детей и взрослых.
Наш врач, Галина Мстиславская, не имея практически никаких лекарств, гоняет всех, требуя соблюдения чистоты и гигиены. И самое главное, её окриков и замечаний опасаются не только бабы и дети, но и мужики. Во всяком случае, никаких болезней или каких-то неприятностей со здоровьем, если не считать ушибов и травм, нет.
  
Ну и конечно есть церковь, пусть и небольшая, но её поставили самой первой. Есть и несколько мастерских - кузница, пильня, склады для сушки брёвен, а так же подсобные помещения, склады и погреба, обеспечивающие всё необходимое на первое время. Кроме того, уже подготовлены поля для будущего урожая, расположенные на месте вырубленного леса.
Сейчас, правда, питаться приходится в основном рыбой или добычей охотников. Взятые запасы муки и круп подходят к концу, но никто не голодает, все здоровы и не ропщут на злодейку-судьбу. Правда, из рейдов с пиратских кораблей кое-что достаётся, но это ведь и не постоянный источник пропитания. А от испанцев пока много привезти не удалось.