Смута 2 (СИ)
Для меня это самая лучшая рекомендация, означающая, что соглашение о сотрудничестве не будет использовано во вред поверившей вам стороне.
- Если мы договоримся об условиях сотрудничества, и каждая из сторон будет неукоснительно выполнять взятые на себя обязательства, - добавил я своё мнение к этому высказыванию.
- Да, да, очень важное уточнение, - согласился генерал-капитан.
В общем, мы договорились. Не знаю, как долго будет действовать наше соглашение, и чем руководствовался генерал-капитан, отдавая под наш контроль такие территории, но от устья реки Рио-Гранде до её истоков в предгорьях Кордильер всё побережье Мексиканского залива до тридцатого градуса северной широты попадало в зону нашей ответственности. Это только одна граница, так сказать, южная, доверенной нашему попечению территории. Остальные её участки ещё предстояло уточнить.
Но мне всё равно было непонятно, почему испанцы, а точнее прямой представитель короля - генерал-капитан, управляющий территорий Санто-Доминго, согласился на мои предложения. В моём представлении его поведение должно быть совсем другим. И не верю я, что на отношение ко мне как-то повлияло спасение его жизни. Тут что-то другое, а вот что, понять не могу. Буду надеяться, что со временем эта тайна прояснится. А пока надо принимать заключённое соглашение к исполнению и руководствоваться достигнутыми договорённостями.
Территории, которые отдавали нам для охраны и контроля испанцы, располагались вдоль левого берега реки Рио-Браво-дель-Норте, как называли её испанцы, или по-другому, Рио-Гранде. На севере граница подведомственных нам земель проходила по реке Миссури, Теннеси, южным склонам Аппалачей и реке Саванна. На юге границей служила широта тридцать градусов. Флориду испанцы оставили за собой, как-никак рядом находилась жемчужина в их короне - остров Куба.
Понятно, что эти земли уже были обследованы, и установлено, что они не представляют никакого интереса для испанской короны. Разве только как источник рабов для рудников, но затраты на их поимку и доставку гораздо выше, чем цена на покупку уже предлагаемых на рынках. Тем более, уже установлено, что из индейцев получаются плохие рабы, предпочитающие умереть, но не подчиняться своим хозяевам. И тем не менее, я постоянно возвращался к вопросу - почему генерал-капитан согласился на предложенный мною план?
Правда, совсем не безвозмездно, кроме того, что мы брались охранять эту территорию, за нужное нам решение генерал-капитан хотел ежегодно получать от нас десять тысяч реалов. Вот только где их найти? Не хотелось бы думать, что именно в этом была причина такого доброжелательного отношения, но ничего другого в голову не приходило.
На выделенных нам территориях мы могли строить свои поселения, вести торговлю, как с местными жителями, так и с городами на континенте, но не с метрополией. Нам разрешалось свободное плавание в подконтрольных Испании водах, прохождение наших торговых караванов при получении разрешения от генерал-капитана, и целый ряд других вольностей, недоступных иностранцам.
За это мы охраняли внутренние районы и побережье от вторжения представителей других национальностей, а также могли самостоятельно вести боевые действия против любого противника. При этом земли оставались испанскими, они у нас находились как бы в аренде. Об этом напрямую не сказано в письменной версии договора, данная трактовка о передаче земель под охрану осталась за кадром.
А генерал-капитаны назначаются короной на срок от трёх до шести лет, после чего они возвращаются в Испанию. Так что скоро об этом все забудут, а земли будут просто считаться нашими. В общем, здесь подразумевалось много тонкостей, но самое главное было сделано - мы на вполне законных основаниях получили в своё распоряжение огромную территорию, богатую самыми различными полезными ископаемыми, а также дружественно настроенное, пусть и временно, к нам государство, признавшее наше, ещё не существующее. Можно сказать, что вхождение в число европейских государств состоялось.
На следующий день мы распрощались с генерал-капитаном. В знак благодарности за своё спасение он подарил нам четыре коровы и бычка, десяток овец, три свиньи и хряка, и пять лошадей. Загрузившись скотиной и приобретя необходимые корма, мы отправились в дорогу.
- Фернандо, почему ты помог этому чужаку? И не говори, что в благодарность за спасение твоей жизни, всё равно не поверю, - спросил Игнасио, наблюдая, как корабль под трёхцветным флагом разворачивается и направляется в открытое море.
- Ты долгие годы был моим наставником, Игнасио, и знаешь о тех преданиях, что хранятся в нашей семье. Так вот, неоднократно в жизни предков происходили какие-то необычные события. Некоторые из них выглядели довольно странно и непривычно.
На память в первую очередь приходит история со времён Реконкисты. Тогда отряд моего пра-пра-прадеда Филиппа де Агилар двигался в сторону пункта сбора наших рыцарей и наткнулся на караван, атакованный неверными. Это были наши союзники, и их судьба была уже почти решена, их добивали, и только в нескольких местах продолжались схватки. В одной из них какой-то воин, по-видимому простой наёмник, пытался защитить поверженного рыцаря.
Не надо, наверное, говорить, что наши рыцари разогнали неверных, правда спастись удалось немногим, в том числе и тому наёмнику. И хоть он был весь изранен, но выжил, и потом был принят моим предком в отряд, прослужил там долгие годы, стал его доверенным лицом и телохранителем, и потом несколько раз закрывал того от вражеских ударов в бою. Так, сам того не ведая, Филипп обрёл верного слугу, даже скорее помощника, несколько раз спасавшего ему жизнь
Другой случай произошёл уже здесь. Мой дед принимал участие в одной из первых экспедиций в этих краях. Они пытались найти золото и в ходе поисков попали в какую-то никому не ведомую деревушку местных. Там, на удивление, они нашли одного выжившего испанца из состава пропавшей ранее экспедиции. Не знаю почему, но дед взял его с собой.
Сама экспедиция, как и большинство других, завершилась трагически. Болезни, недостаток продовольствия, дикие звери - и вскоре от некогда большого и сильного отряда осталось лишь несколько человек. Да и дед мой оказался больным и мог передвигаться с большим трудом, и то при поддержке других. Надо ли говорить, что эту поддержку почему-то чаще других оказывал тот спасённый испанец.
В конце концов, из всего отряда только им двоим удалось добраться до какого-то селения на берегу моря, в котором иногда бывали испанские корабли. Они, терпя жестокие муки, сумели дождаться его прихода и в конце концов вернулись домой. И тот спасённый испанец так до конца своих дней всегда находился рядом с моим дедом.
К чему я это говорю? Просто у меня не было готового решения, я долго молился, пытаясь понять, как мне поступить с человеком, спасшим мне жизнь, и не раз вспоминал о давно прошедших событиях. Возможно, русский также сможет оказать мне в будущем помощь или сохранит мою жизнь. Пути господни неисповедимы, вот я и согласился с его предложением, причём сам не понимаю, зачем мне это надо.
Я понимаю, что всё произошедшее - случайные совпадения, но вместе взятое и вызвало мой непонятный поступок. И ничего другого я сказать тебе не могу. Может быть, я ещё пожалею о сделанном, может быть наоборот, содеянное спасёт меня. Не знаю. Да и кроме того, надеюсь, что схватившись с пиратами, они сумеют их ослабить, что облегчит нам плавание в этих водах.
Глава 7
Историческая ремарка 4
Пять цивилизованных племён
Так называли пять индейских племён, занимавших земли на юго- и юго-востоке США, и которые к концу XIX века приняли соседство белых людей, их образ жизни, традиции и обычаи. К числу этих племён относились чероки, чикасо, чокто, крики (маскоги) и семинолы. Первоначально при поддержке Джорджа Вашингтона за индейцами признавались равные права с белым населением. Считалось, что для того, чтобы признать их цивилизованными людьми, надо дать им христианскую религию, образование, частную собственность и все прочие атрибуты, являющиеся неотъемлемой частью жизни белых.