Падение клана Шэ. Том 1

– Получивший такую награду будет всю жизнь чувствовать себя обязанным клану Шэ, – задумчиво произнёс он. – Золотой бутон в обмен на убийство какого-то паука… нет, награда слишком велика. Значит, этот прохвост Шэ Цзюэ попросит потом о другом одолжении. Давай-ка не будем спешить.
– О каком одолжении? – Цзиньюань не в настроении был пить. Его тело рвалось за боевыми барабанами, кровь стучала в висках.
  
– Вернуть и другое своё наследие. Думается мне, баоцзы, они позвали столько народу, чтобы поквитаться, наконец, с Агатовым владыкой.
* * *
Цзиньюаню недосуг было раздумывать, прав Фэнбао или снова уверен, что весь мир крутится вокруг него. В Западной Шу он редко сталкивался с осквернёнными зверями, а уж демонов не видел вовсе, но знал, что где одни, там и другие. Правда, никто так и не смог объяснить ему, отчего так выходит, но он, впрочем, и не доискивался ответа. Голодный тигр сожрёт тебя, и не важно, знаешь ли ты, отчего он голоден.
Цзиньюань присматривался к деревьям и растениям, пытаясь угадать, как далеко разошлась скверна, но бамбук зеленел всë так же нежно.
Первая демоническая тварь, встретившаяся им, – волк с горящими нечеловеческим огнём глазами, – обошла их стороной. – Почуял меня, – прошептал Фэнбао. – Ну, это будет легко!
Однако он просчитался. Волк не сбежал – он вернулся, ведя за собой стаю.
Стая, впрочем, не спешила нападать. Волки остановились на почтительном расстоянии, рыча и капая слюной. Цзиньюань готов был поверить, что запах сильного демона их смущает.
– Совсем обезумели, раз решили напасть! – Фэнбао достал кнут. – Сейчас отведают огоньку!
– Нет, стой! – Цзиньюань удержал его руку. – Лес может загореться!
– И что? Одним махом уничтожим всех тварей!
– А невинные, которые могут пострадать? Это земли, священные для клана Шэ, в конце концов!
Фэнбао выругался сквозь зубы.
– Ладно, добродетельный принц. Тогда я просто пугну их!
Он хрустнул шеей, разминаясь, сбросил с плеч одежду, и на глазах Цзиньюаня снова принял обличье огромного чëрного демона с огненной гривой непослушных волос и золотыми глазами. Теперь Цзиньюань ясно видел, что его рога – бычьи, ни с чем не перепутать. Но в этот раз вместо страха ему пришло на ум, что, раз есть рога, значит, где-то, наверно, скрывается и хвост…
Он помотал головой. Что за глупая идея?!
Волки тем временем в ужасе припали к земле, спрятав хвосты между ног. Видно, страх сковал их, не позволяя сбежать. И всë же скверна взяла своë: вожак стаи прижал уши и зарычал, напружинившись для прыжка.
«Конечно… – снова пронеслось в голове Цзиньюаня неуместное. – Хоть он и огненный демон, но по сути-то – корова. Где видано, чтобы волки боялись коров…»
Он порадовался, что Фэнбао не способен читать мысли.
– Безмозглые твари! – взревел Фэнбао. – Катитесь, пока я добрый!
Он наклонился, выставив вперëд рога, набрал побольше воздуху в мощную грудь и выдохнул.
Горячий ветер прокатился по лесу, трава побелела, листья пожухли, как от недельной засухи. Цзиньюань едва успел закрыться рукавом, но и его обдало жаром.
Ветер не утихал, вокруг трещал и ломался бамбук, и волки не выдержали наконец: жалобно скуля и визжа, повернули назад.
Дождавшись, пока скроется последний, Фэнбао выпрямился и пригладил волосы когтистой пятернëй.
– Ну, благодетель всего живого? Порадовал я тебя?
Его голос похож был на гул пламени в трубе. Но Цзиньюаня это не испугало. Он подошëл ближе, глядя снизу вверх, потому что впервые заметил странное: на мощной чëрной груди и руках демона золотились следы уколов, при каждом движении истекавшие жаркой лавой, то золотой, то белой. Там, где эти капли попадали на землю, трава начинала дымиться.
– Это… следы тех игл? – Цзиньюань протянул было руку, но тут же отдëрнул, поняв, что обожжëтся. – Тех… которыми тебя превратили в раба.
– Да. – Фэнбао стëр золотой след пальцами, задумчиво взглянул на руку. – Они никогда не заживут. Баоцзы… есть боль, которая на всю жизнь остаëтся с тобой, сколько бы ты ни…
Он вдруг резко повернулся, словно услышал что-то, втянул ноздрями воздух. Длинный чëрный язык облизал клыки.
– Какие-то маленькие перепëлки засели в кустах. Идите сюда, я вами пообедаю!
Кусты затряслись и зашуршали. Цзиньюань услышал, что там кто-то оживлëнно спорит шëпотом, сбежать или нет.
– Барышня Шэ, – позвал он, думая, что сходит с ума и голос ему почудился. – Прошу, выходите. Мой слуга вас не обидит.
Кусты зашуршали вновь, и барышня Шэ выбралась, за ухо ведя юношу, которого, как помнил Цзиньюань, называли Янь-янь.
– Раз ваш слуга демон… – настороженно начала Шэ Юэ, глядя исподлобья, – Тогда кто вы? Зачем вы проникли в наш клан?
Цзиньюань заметил, что мальчик Янь-янь крепко держится за меч, а Шэ Юэ спрятала руки в рукавах так, будто там метательные ножи. Но сильнее любого ножа его ранил взгляд.
«Я верила тебе», – говорили еë глаза.
Цзиньюань поклонился.
– Простите, что ввëл вас в заблуждение, барышня Шэ. Я – У Цзиньюань, третий принц Западной Шу. Мой слуга – действительно демон, но я имею власть над ним. Я освободил его из гробницы на Агатовой горе, только чтобы он употребил свою силу на благие поступки.
Фэнбао подошëл к Шэ Юэ, нависая над ней, но та не дрогнула, лишь закрыла собой брата.
– Я не просто демон, детишки. Я – сам Агатовый король!
– Агатовый… – прошептал Янь-янь, сжимая рукав сестры. – Агатовый владыка…
Шэ Юэ не успела его удержать – он с яростным криком вылетел вперëд, размахивая мечом.
– За отца! За клан Шэ!
Цзиньюань бросился ему наперерез, но мальчишка оказался неожиданно ловким и проскочил под его рукой…
…чтобы попасться Фэнбао. Тот одной рукой схватил его за шиворот и поднял как котëнка, а другой выбил из руки меч одним прицельным ударом.
– Я спокойно спал триста лет, пока Белый Яд порочил моë имя! – прорычал он. – Я – Хо Фэнбао, победитель степных колдунов! Думаешь, мне льстит, что меня считают теперь жалким разбойником?! А?!
От его возгласа горячий ветер, словно дыхание пустыни, вновь прокатился по лесу. Янь-янь испуганно замер.
– Я думаю, он говорит правду, – спокойно сказал Цзиньюань, пользуясь моментом тишины. – Барышня, юный господин, мы преследуем одну цель. Давайте оставим разногласия.
Шэ Юэ не отрывала от него взгляда, и наконец кивнула.
– Вы могли убить нас… но не убили. Может быть, вы не лжëте. Помогите нам уничтожить паука, и мы никому не расскажем, кто вы на самом деле. Но потом уходите!
Фэнбао поставил Янь-яня на землю и вновь принял человеческий облик. Заметив, наконец, что он полуобнажëн, Шэ Юэ поспешно отвернулась, и Цзиньюань успел заметить премилый румянец на еë щеках.
Освобождëнный Янь-янь немедленно отбежал подальше, всë так же поглядывая исподлобья.
Фэнбао подразнил его длинным демонским языком.
– Разве дети должны тут быть? Иди домой к мамочке, вояка!
– Я мужчина из клана Шэ!
Шэ Юэ тяжело вздохнула.
– Он не должен был идти, сбежал самовольно. Я собиралась отвести его домой, но тут нас окружили волки.
– Я не хочу домой! Я тоже буду сражаться! Демону наше сокровище не достанется! – крикнул Янь-янь и взмыл в воздух до самой вершины бамбука. Одно мгновение, и его уже не было.
– Вернись! Ох… – Шэ Юэ покачала головой. – Я за ним, а вы…
Она не закончила и исчезла, преследуя брата.
Фэнбао задумчиво посмотрел ей вслед.
– Храбрая, неглупая, красавица… может, у тебя есть вкус, баоцзы. Но женщины клана Шэ никого ещë до добра не довели.
– О чëм это ты? – Цзиньюань перевëл дух. Больше всего он опасался, что Шэ Юэ больше не взглянет на него.
  
– У моего императора была наложница из клана Шэ. Но это история для другого раза. Идëм, баоцзы, пока солнце высоко. Золотого облака у меня нет, придётся пешком.
Цзиньюань двинулся за ним. На человеческом теле Фэнбао не было никаких ран, но неужели он каждую секунду чувствовал боль? Как можно жить с этим?