Морская ведьма

Он придет позже. Потому что идет дождь. Она горько улыбнулась своему отражению в зеркале. Как будто он боится, что растает под небольшим дождичком.
— Разве оно вам не нравится? — раздался голос Люси у нее за спиной.
«Оно» — это платье, которое Люси достала из шкафа, чтобы Маргред примерила его.
Маргред разгладила на бедрах синюю материю, рассматривая себя в зеркале, висевшем в спальне над комодом. Прошлой ночью она смыла песок и кровь со своих волос. Кожа у нее выглядела бледной, в глазах притаилось загнанное выражение, а громадную фиолетовую шишку на голове пересекала полоска уродливых швов.
Тем не менее, если уж она должна носить какую-то одежду, эта шла ей намного больше той бесформенной и огромной юбки, в которой она расхаживала все утро.
Маргред одарила девушку любезной улыбкой.
— Оно мне идет. А вон в той штуке — джинсах, как вы говорите, — я выгляжу словно самое настоящее пугало.
Люси подняла с пола небрежно сброшенные джинсы и аккуратно сложила их.
— Это все потому, что я высокая и худощавая, а вы… э-э… вы…
Маргред опасно прищурилась.
— Низенькая и толстая? — самым невинным голосом поинтересовалась она.
Люси смущенно рассмеялась.
— Нет! О боже, конечно, нет. Все дело в том, что у вас… понимаете, у вас есть фигура. Изгибы. Ладно, как бы то ни было, в этом платье вы выглядите просто великолепно. Намного лучше, чем я.
Очень может быть. Когда это простое платье без рукавов висело в шкафу, то походило на мешок из-под картошки. Скорее всего, на угловатых плечах Люси оно смотрелось точно так же.
Маргред окинула девушку внимательным взглядом.
— Вы привлекательны. И выглядите… сильной.
На этот раз Люси рассмеялась булькающим смехом.
— О да, именно это я всегда и хотела услышать. В колледже я занималась легкой атлетикой, — сообщила она.
— Ага, — с умным видом кивнула Маргред, не имея ни малейшего представления, о чем толкует эта девчонка.
Она снова повернулась к зеркалу. Синяя ткань струилась по плавным изгибам ее тела, как вода по валунам на мелководье. И только эластик, врезавшийся в бедра, портил общую картину. Маргред сунула руку под платье и стянула трусики.
— Вот так намного лучше, — удовлетворенно провозгласила она.
Люси смущенно захихикала.
— Да, но…
— Что?
— Разве вы не ощущаете себя… м-м…
— Удобно?
— Голой.
Маргред снова оглядела себя в зеркале. И не увидела никаких проблем. Все части тела, которые так любят прикрывать смертные, были прикрыты.
— Нет.
— Ну, в общем… — Улыбка преобразила лицо Люси. — Калеб язык проглотит, когда увидит вас.
Маргред тряхнула головой и поморщилась.
— Если он когда-нибудь вообще доберется сюда.
Она не привыкла ждать. Калеба или другого мужчину, все равно. Как не привыкла зависеть от других в одежде, еде или транспорте.
И в умении выживать тоже.
— Вряд ли вы сможете пойти на пляж прямо сейчас, — настолько разумным и увещевающим тоном добавила Люси, что Маргред мгновенно ощетинилась. — Не в такой ливень, во всяком случае.
— Ничего не имею против ливня.
Вода была ее стихией. Она могла поворачивать течение и управлять волнами. Она умела согревать поверхность моря, чтобы поднялся туман, или охлаждать ее, вызывая дождь. Она могла… Неожиданная мысль расцвела у нее в душе, подобно розовому морскому кораллу.
Она может остановить дождь.
Или не может.
Что еще она потеряла вместе со своей шкурой?
Голова у Маргред раскалывалась от боли.
— С вами все в порядке? — озабоченно поинтересовалась Люси.
— Я… да, — медленно ответила она. Может быть.
Робко и нерешительно Маргред потянулась к мерцанию, спрятанному где-то глубоко внутри нее, погружаясь на самые дальние уровни сознания — подобно тому, как раковина опускается на морское дно. А вокруг нее слои реальности меняли цвет: с синего на зеленый, а потом и на серый… Дыхание ее замедлилось. В груди нарастала давящая тяжесть. Может быть, вот там…
Или там… Но надежно спрятанная искорка погасла слишком быстро, и она не успела за нее ухватиться.
Маргред открыла глаза и увидела, что Люси с тревогой смотрит на нее.
  
«У нее серо-зеленые глаза Калеба», — отметила про себя Маргред. Дыхание у нее стало хриплым и прерывистым.
— Мне надо выйти наружу.
— По-моему, вам не стоит этого делать, — возразила Люси. — На улице идет дождь. А ваша голова…
— С моей головой все в порядке, — твердо ответила Маргред.
Глаза у нее жгло, в голове безостановочно стучали молоточки.
Но она старалась не обращать на это внимания. Скорее всего, после того как она закончит, ее ждет такой приступ головной боли, рядом с которым нынешний дискомфорт покажется сущими пустяками.
Маргред медленно спустилась по узкой лестнице, одной рукой держась за перила, чтобы не упасть.
Люси семенила за ней следом, жалуясь и причитая на ходу:
— Брат просил меня присмотреть за вами.
— Вашего брата здесь нет.
В этом и заключалась проблема. Или, по крайней мере, часть ее.
И она намеревалась ее исправить.
Маргред никогда не отличалась особым умением в управлении погодой, равно как и не считала себя сильной волшебницей. К чему забивать себе голову подобной ерундой? Как она говорила Люси, дождь не вызывал у нее неудовольствия. Да и вообще, вмешиваться в круговорот воды всегда чревато крупными неприятностями.
Но если ей удастся задуманное… Сердце девушки забилось чаще.
Она должна попытаться. Не только потому, что Калеб отказался везти ее на пляж, но и потому, что ей нужно знать пределы собственной силы.
Когда Маргред сошла вниз, дом показался ей еще более мрачным и тесным. В отличие от туристических домиков, выстроившихся на пляже, с широкими и большими окнами, позволявшими любоваться окрестностями, этот коттедж был выстроен с таким расчетом, чтобы выдержать любую непогоду, которую могли обрушить на него зима и море. Темнота не смущала Маргред. Даже в человеческом теле глаза ее быстро приспособились к сумраку. Но она всем своим существом ощущала, как давит на нее верхний этаж, а сосны, росшие вокруг, подступают ближе, смыкая круг.
И мать Калеба жила здесь!
Целых тринадцать лет.
Маргред вздрогнула и направилась в переднюю.
— Куда вы собрались? — окликнула ее Люси.
— Мне нужен свежий воздух, — ответила Маргред и широко распахнула дверь.
В лицо ей ударил ворвавшийся ветер, влажно пахнущий дождем, сырой землей, сосновыми иголками и, едва-едва заметно, далеким морем. Маргред вдыхала его полной грудью.
— Пол намокнет, — сказала Люси.
Но Маргред не обратила на нее внимания.
Задержав в легких морской воздух, она вновь начала погружение, и ее настойчивая мысль стала похожа на золотую иглу, которая, двигаясь по спирали, уходила все глубже и глубже. Капли дождя падали ей на лицо и стекали по голым рукам. Она подняла их к облакам, потянулась к небу, еще выше, мимо жирных, влажных капель и свежего дуновения ветерка. Потянулась туда, где на невесомых струях воздушных потоков парил дождь, похожий на стайку разноцветных ярких рыбок. Это был всего лишь маленький, локальный шторм. Вполне подвластный ее воле и силе.
Если только у нее осталась сила.
Если она все еще оставалась селки.
И если бы у нее не так сильно болела голова.
Сосредоточившись, отчего на лбу прорезались морщинки, она коснулась потока воздуха, пробуя на ощупь собравшуюся в нем дождевую влагу. Маргред ощутила, как отяжелело ее лоно, как собирается в нем сила, оплодотворяющая ее, как забурлила она в животе и устремилась вверх, распирая легкие, пока не наполнила ее всю, без остатка. Девушка задышала тяжело, хватая воздух широко раскрытым ртом.
Вода была ее стихией, напомнила она себе. Капли дождя стекали по ее лицу, пропитывая влагой платье. От нее требовалось лишь чуть-чуть подтолкнуть вот здесь, дохнуть там, совсем немножко подправить температуру…
Есть.