Твоя первая весна (СИ)

 – Ты! – схватил его за шею, прижимая тонкое тельце к раковине. – Сколько можно унижать меня?! – прорычал ему в лицо. – За такое омеги постоянно битыми ходят!
 – Так давай, ударь! Тебе же не в первой!
 Том смотрел-смотрел в почти спокойное лицо Литца и думал только о том, что хочет трахнуть его. Грубо. Жестко. Прямо здесь и сейчас. И вместо того, чтобы ударить, Эрей впился в приоткрытые губы, врываясь в желанный рот. Билл опешил настолько, что на несколько секунд просто замер, а потом забился в истерике, пытаясь оттолкнуть Альфу от себя. Но Том был сильнее, поэтому извивающийся омега почти никак не мог помешать ему...
  
 Билл укусил его за больную губу, заставив Альфу отлететь от себя на несколько метров. Из пораненной губы вновь потекла кровь. Омега рванул к выходу, даже не догадываясь, что Альфа не побежит следом...
 Том стоял в ошарашенном состоянии, глядя на свое отражение в зеркале и не понимая себя, своих реакций, желаний. Рядом с Биллом тормоза отключались...
 4 ГЛАВА 
 Улица Второго Рассвета. Дом семейства Литц. 19:39
 Семейство Литц ужинало, когда раздался звонок. Глава семьи поднял трубку, довольно улыбнувшись, услышав голос старого друга. Но уже через несколько мгновений его лицо исказила гримаса недовольства. Он взглянул на сына, чуть дергая бровью и, поблагодарив Бэнжамина за звонок, повесил трубку.
 – Звонил Бэнжамин Эрей, – обращался он к сыну и своему омеге, – сообщил, что Том признался в очень плохом поступке. Он обидел тебя, Билл?
 – Ой, да бред... Папа, мы просто собачимся каждый день, нет ничего удивительного в этом.
 – Нет ничего удивительного? – сделал глоток красного вина из высокого бокала. – А Тома хорошенько наказали за неподобающее поведение с омегой, – вздохнул, поглядывая на супруга. – Флай, почему ты ничему не научил нашего сына?
 – Папа!
 – Молчи!
 – Лондон, что именно сделал Том?
 – Мало того, что Билл без нашего ведома выбрал для себя нового Альфу, так он с ним еще и отношения на людях выяснять стал! Теперь вся школа знает, что от него, как от омеги, отказались уже двое Альф! – воскликнул, повышая голос. – А Том влез в спор нашего сына с этим Альфой, что и стало причиной отказа от Билла! Ты позоришь нас!!! – последнее Лондон прокричал, резко подскакивая со своего места и откидывая бокал с вином в сторону: – Кому ты теперь нужен, позорище?
 – Родной, не надо так...
 – Замолчи, Флай! – он подошел к сыну, схватил того за волосы и потащил в комнату. – Будешь встречать свою течку один!
 – Не надо так, Лондон! – Флай шел следом, глядя то на взбесившегося мужа, то на сопротивляющегося сына.
 – Надо! С Биллом только так и надо! Придумал себе занятие предлагать себя Альфам, грубить им, спорить, драться! И что тебе Том не по душе был, а? – он приволок парня в его спальню и кинул на кровать. – Ты встречаешь свою первую течку один! И точка! Флай, своди его в клинику, пусть диагностируют его и скажут точные сроки!
 Как только дверь в его комнату захлопнулась, он схватил свой телефон и набрал номер Тома. Альфа не заставил ждать с ответом.
 – Да, Билл, – усталый голос.
 – И что ты за человек такой, Томас Эрей?! Зачем ты им рассказал?! Ты знаешь, что меня теперь наказали!
 – Меня тоже наказали!
 – Я буду один в свою первую течку! – крикнул он.
 – А я завтра иду знакомиться с омегой, которую для меня выбрал отец! – проорал второй.
 Оба замолчали, осмысливая услышанное. Билл вдруг ощутил резкую волну отторжения и негодования.
 – Они же меня для тебя выбрали! Так ведь нельзя!
 – Но я отказался от тебя! Я отказался от омеги до тебя! В этот раз отказаться не смогу!
 Билл крепче сжал трубку, заглушая в себе странную ревность и чувство неправильности всего этого поступка. Он часто дышал, глядя в покрывало и слушая такое же прерывистое дыхание на том конце провода.
 – Том... – позвал он.
 – Да? – уже спокойно.
 – Я не хочу, чтобы было так... – всхлип, потому что с каждой секундой его одолевал страх того, что Том действительно выберет другого. И пусть Билл пока что не осмыслил страх потери именно этого Альфы...
 – Я тоже не хочу так, Билл... – признался он, вглядываясь в темнеющее небо.
 Они вновь молчали, но связь не нарушали. Будто знали, что им надо решить что-то здесь и сейчас.
 – Они ведь говорили, что мы с тобой... Ну, что ты мой Альфа...
 – Это была ложь, – вздохнул, – отец сказал, что они приняли решение свести тебя и меня лишь для твоей первой течки. Мы с тобой не связаны на генном уровне...
 Билл от обиды закусил губу.
 – Ну, зачем они так... – шепчет, боясь, что снова расплачется.
 – Хотели тебе помочь...
 – Но мне теперь очень больно.
 – Билл, знаешь, я хочу быть с тобой... Плевать на слова родителей, плевать на все... Не в них дело, дело в том, что я чувствую к тебе... Чувствую что-то... – он замолчал.
 – Почему раньше вел себя как последний урод?
 – А как ты себя вел?!
 – Мог бы и не реагировать!
 – Но ты сам тоже мог бы не реагировать...