Твоя первая весна (СИ)

 – Что случилось?! – в коридоре больницы появился Бэнджамин, а вместе с ним его супруга. Шарлота подошла к сыну, присаживаясь рядом с ним, обнимая. Сейчас она не видела в нем Альфу, сейчас он был её ребёнком, которому нужна помощь.
 – Биллу плохо стало, он потерял сознание, – рассказал Том.
  
 – И что?! Он ударился? Чем-то заболел? Отравился?
 – Бэнджамин, не говори ерунды, – Шарлота гладила сына по спине, – скорее всего я догадываюсь, по какой причине случился его обморок...
 Старшие особи переглянулись, а Том как-то непонимающе уставился на них.
 – Не может быть... – Лондон схватился за голову. – Ему ещё мало лет, у него школа, он не готов...
 – Милый, со мной было то же самое! – Флай постарался успокоить мужа.
 – Не делайте выводов раньше времени, – Бэнджамин выдохнул.
 Прошло около двух часов с момента поступления Вильгельма в клинику, в его палату входили разные врачи, специалисты, медсестры то и дело приносили какие-то папки с бумагами и даже книги...
 Когда из просторной палаты наконец-то вышел врач, Том первым подскочил к нему. Мужчина приятно улыбнулся, понимая, что молодой Альфа больше других переживал.
 – С ним все хорошо, – сообщил доктор, – он попросил зайти своего отца...
 – А как же я? – Том расстроился.
 – Сначала отец, а затем все остальные. Не печальтесь, молодой человек, для вас у нас тоже есть отличная новость...
 Лондон вошёл в палату, его встретил взгляд, полный отчаяния.
 – Дай мне посмотреть результаты теста... – тихий голос.
 Лондон кивнул, понимая все без слов - Шарлота была права. Он достал из внутреннего кармана пиджака конверт и протянул его сыну. Вильгельм был измотан долгими процедурами и собственными мыслями. Парень открыл конверт, забирая чуть помятые листы и быстрым взглядом пробегая по строчкам...
 – Нет... – его нижняя губа затряслась, в глазах встали слёзы. – Не Том?! – он взглянул на отца.
 – Прости, сын... – пожал плечами. – Таких совпадений не бывает. Он просто оказался рядом в нужный момент. Так случается иногда...
 Билл растер по щекам слёзы, не веря в то, что в конверте нет имени Тома. Омега чувствовал себя беспомощно, но вместе с этим внутри просыпался протест. Не мог он ошибаться насчёт Тома, он его чувствовал, ощущал его своим...
 В палату вошёл доктор, а за ним и все остальные гости. Том прижал к себе любимого, поцеловал его в щеку, ощущая соленый привкус на губах. Альфа заметил конверт, ему понадобилось несколько мгновений, чтобы найти нужную строчку и не обнаружить там своего имени.
 – Довольны?! – зашипел Том. – Вот, чего вы добились своими бумажками! Чёрт бы вас всех...
 – Том!
 – Ну, а что?! – омега в его руках снова заревел. – Мы не просили вас вмешиваться! И это вы все это придумали... Чего вам не сиделось?!
 – Молодые люди, – доктор улыбнулся всему семейству, – не устраивайте драмы, Вильгельм у вас не простой. И тест, который проходят все особи, для него не действителен. Вы его рожали? – он обратился к Флаю, тот кивнул. – Первая беременность от первой течки? – мужчина открыл журнал, который до этого держал в руках. – И пол ребенка вы не могли определить до самого его рождения, так?
 – И? – все затаили дыхание.
 – Нынешняя медицина развивается с огромной скоростью, а несколько десятков лет назад был раскрыт главный секрет соития Альф и омег, но этого оказалось недостаточно для вашего сына. Дело в том, что среди омег попадаются такие, которые не поддаются ни кодировке, ни раскодировке. То есть Вильгельма невозможно запрограммировать на связь с определённым Альфой и невозможно раскодировать элементы и их порядок в его генной структуре, а значит, и узнать его истинного Альфу тоже. Таких как он – единицы. И его ребёнок будет таким же, в отличие от других особей его структурные элементы более агрессивны, они будут подавлять наследие Альфы. Такие особи, как ваш сын, появляются в результате того, что омега на момент зачатия ребёнка был болен обычным гриппом или каким-либо вирусным заболеванием. Плод формируется правильно до седьмой недели, а потом идёт определение пола: бета, омега или Альфа. У обычных детей этот период длится до трёх недель, а такие эмбрионы, каким был Вильгельм, не могут определиться до самого рождения. Поэтому пол таких детей не могут увидеть ни Альфы-отцы, ни сами матери.
 – Но ведь он прошёл тест, вот результаты... – Лондон недоумевал.
 – Знаете, наши методы не идеальны, а работники не способны определить таких особей, как Вильгельм. Да, люди раскрывают секреты природы, но ваш сын остаётся загадкой для медицины и науки, подобные ему не поддаются тестированию. Сегодня, когда мы узнали причину его обморока, то решили сразу провести комплексный осмотр и взяли необходимые анализы. Тут-то и стало понятно, что Вильгельм не такой, как все...
 Все, кто находились в палате, молчали, пытаясь переварить полученную информацию.
 – Я объяснил все очень примитивно, самыми простыми словами, если вы хотите узнать об этом подробнее, то зайдите на наш сайт в раздел "Аномалия". Такие особи в жизни отличаются чрезвычайным упорством и вредностью. Они стоят на своём до конца как раз потому, что где-то глубоко в них заложены черты характера Альфы, его задатки. Я уверен, что Вильгельм задал вам жару, пока взрослел...
 Том прижался губами к макушке своего омеги. Все это время он обнимал его так, будто желал спрятать от всех, будто кто-то собирался его отобрать или забрать. Почему-то в его голове и мысли не возникало, что Билл сам захочет уйти.
 – Ваши дети нашли друг друга, – закончил врач, – не противьтесь природе, она все равно найдёт для себя путь. С вашего разрешения я вас покину. Вильгельм, на следующей неделе я жду тебя на осмотр. Томас, поздравляю вас!