Семена магии - 1 (СИ)

Парень сделал так, как сказал опекун, лёг на кровать, а тот сел справа, положив левую руку на его лоб, а правую на его сердце. Эразм стал слушать биение сердца Евпла, а потом биение своего сердца. Потом он стал мысленно соединять оба сознания.
Прошло четверть часа и руки Альберуса стали нагреваться. Почувствовав единение, мужчина чуть приоткрыл глаза и посмотрел на тело парня, где в разных местах слабо засияли узлы, соединяясь в единую светящуюся оболочку. Каждый такой узел состоял из почти белых светящихся нитей, в некоторых из них виднелись жёлтые, красные или почти чёрные вкрапления. Отдельное внимание привлекли два узла, имеющие различные цвета. Видимо, туда и попали осколки, и теперь они – хранилища силы. От этих узлов по телу расходились разноцветные нити. Узел, находившийся в правой ключице, имел более толстые нити и они более насыщенными. А наибольшее их скопление наблюдалось в правой руке. Второй узел в левом боку был заметно меньше, и сеть нитей от него в левую руку (и, тем более, по всему телу) была заметна значительно слабее.
  
Эразм чуть было шумно не выдохнул, но сдержался – концентрацию нельзя было терять. Осмотрев узлы в районе почек, он заметил в одном из них тёмную нить. Положив правую руку на это место, опекун начал давать поражённому месту мысленную команду на замену чёрных участков на светящиеся. Потребовалось более получаса, пока нить полностью не засветилась, как надо.
Эразм закрыл глаза и после небольшого отдыха шумно выдохнул и взглянул на Евпла.
– Можешь потихоньку встать.
– Мне было немного больно, а теперь я очень хочу сходить помочиться и поесть.
– Одевайся и иди.
Когда парень вернулся, Альберус уже позвал Ильву и обоим рассказал то, что делал.
– У тебя, вероятно, были камни в почках. – сказал он Евплу. – А я предупреждал тебя не увлекаться копчёной и солёной рыбой.
– Ильва тоже любит есть её, – в свою защиту ответил парень.
– Я и Ильву проверю, – болезни организма запускать нельзя. – Но сейчас мне надо отдохнуть до завтра.
На следующий день женщина тоже подверглась осмотру. И не зря – солёная рыба и мясо оставляют неприятные вещи в организме. Что же до хранилищ силы, то у женщины, ожидаемо, был лишь один такой и его размер был небольшой. Он так же был больше соединён с правой рукой, чем с левой. После процедуры Альберус позвал Ильву для серьёзного разговора.
– С тех пор, как ты приняла силу, я не могу относиться к тебе, как к рабыне. Было бы правильнее тебя освободить. – начал он. – И я думаю, что у тебя нет причин оставаться в своём нынешнем положении.
– Я надеюсь, хозяин, что ты, освободив меня, разрешишь мне и далее жить в одном доме с тобой?
– Да, мне не хотелось бы, чтобы ты ушла.
Поскольку имперские законы уже давно благоприятствовали освобождению рабов, соблюсти все юридические формальности было не трудно. Ильва избавилась от своего рабского ошейника и осталась жить в доме бывшего хозяина.
Собрав вечером Ильву и Евпла Эразм обратился к ним со странным вопросом:
– Когда вы втягиваете в себя нити от “костров” и полусфер, то почему вы делаете это только правой рукой?
– Ты так делаешь, вот и я повторяю за тобой, – ответила Ильва.
– Когда я вас осматривал, то заметил, что у Ильвы, как и у меня, наверное, имеется одно хранилище силы, а у Евпла их два. Если Ильва будет втягивать в себя силу через левую руку, то она лишь усилит силовые каналы этой руки до хранилища. Если же Евпл повторит то же самое, то он, наверняка, будет усиливать своё второе хранилище силы, которые сейчас очень слабое. Оно слабее, чем у подобное хранилище у Ильвы.
Все молчали.
– Два хранилища силы, имеющиеся у Евпла, развиты различно. Тот, что связан с правой рукой, больше связаного с левой. Если ты будешь принимать силу и через левую руку, это хранилище увеличится, – обратился он к парню. – Возможно, что когда-то ты будешь значительно сильнее нас обоих. Подумай над моими словами…
Вскоре Евпл встретился со своим другом Иваном и не удержавшись, рассказал ему про лечение. Тот удивился, задумался, а потом сказал:
– Мой отец приехал два дня назад в город.
– Значит, тебе сейчас будет веселее, чем раньше.
– Нам не до веселья. У отца побаливает бок. Вероятно, причина та же, что и у тебя.
– Если твой отец хочет, то опекун может попробовать его вылечить.
– Я спрошу, – коротко ответил Иван и вернулся в дом.
Примерно через полчаса он вышел и спросил:
– Эразм сейчас дома?
– Да, он отдыхал всё утро и вряд ли куда собирался идти после обеда.
– Мой отец хочет зайти и поговорить с твоим опекуном.
Через полчаса они уже входили в дом Альберуса. Увидев Андрея Калабанова тот удивился.
– Я готов помочь, – сказал Эразм после объяснения причины прихода. – Надо понимать, что я не знаю каким будет результат, но я постараюсь приложить все свои силы.
Отослав парней погулять, мужчины и Ильва поднялись в дом. Прошло более двух часов, пока к мальчикам не вышла северянка и не сказала, что всё прошло удачно, но всем надо отдохнуть до вечера. Пока же они могут поесть и заняться чем-нибудь вне дома…
– В следующий раз лечить попробует Ильва, – поделился своим решением Эразм. – Если всё получится, и будут другие больные, то она будет заниматься женщинами.
– Ты думаешь, что будут и другие? – спросил Евпл.
– Будут, конечно, и не обязательно больные. Если эти иудеи – разумные люди, то они не будут ждать обострений, а будут просить, чтобы их обследовали на всякий случай. Потому, что если болезнь случится, то они могут помощи и не дождаться.
– Ты хочешь сказать, что не надо ждать времени, когда заболеешь, а надо заранее производить осмотр? – удивилась Ильва. – Так никто не делает же.
– Я читал в трудах какого-то врача, что надо лечить болезнь ещё до появления её симптомов.
Альберус как в воду глядел. Прошла седмица и в дом пришёл Андрей Калабанов. Он принёс колбасы и вино, а затем спросил:
– Ты давно догадался?
– Недавно, – ответил Эразм, понимая о чём именно собеседник спрашивает.
– Если к тебе придёт два-три человека ты можешь посмотреть их?
– Да, я могу попробовать.
– Если будет необходимо лечение, то его оплатят деньгами или другим способом. Каждый труд должен быть вознаграждён.
За этими “двумя-тремя человеками” позже пришли ещё, а потом ещё… Эразм даже не подозревал, сколько в Велгороде иудеев. Что касается вознаграждения, то Альберус был больше рад возможности улучшить способности, но и от оплаты не отказывался. Он часто привлекал Евпла в качестве помощника, но не более. Горожане просто не поймут, если пятнадцатилетний школьник будет их лечить. Потом работа появилась и у Ильвы. Работы было даже больше, чем у Эразма, чему северянка не удивилась. Женщины часто работают на износ, да и многочисленные беременности не делают организм более здоровым.
Иногда они принимали посетителей у себя в доме, но чаще приходили сами. Соседи могли бы удивиться, что к Эразму, ранее не очень гостеприимному человеку, стали часто приходить люди. Да и самим иудеем так было удобнее и спокойнее – ну пришёл человек разок-другой в гости, поели-попили-посидели за разговорами… Что в этом такого особенного? В городе у всех много разных знакомых.
Постепенно новость о новых врачах, лечащих просто прикосновением рук, разошлась по многим семействам. Большинство, конечно же, недоверчиво качали головами, но особо храбрые (или те, кого болезни уже припёрли к стене) начали обращаться к странной парочке. Чтобы не было возможных проблем с асклепиадами, Эразм вначале настойчиво советовал обратиться к потомкам Асклепия, и лишь в случае отказа брался за новых пациентов. В некоторых случаях Альберус и Ильва помочь не могли. Сказывалось отсутствие практики, да и специфичных знаний.
  
Ближе к концу года наиболее распространённые заболевания лечились за час-два, хотя особо запущенные случаи требовали значительно бóльшего времени или, даже, дней. Как уже упоминалось, особой прибыли эта врачебная деятельность не приносила, но давала определённую известность, а, следовательно, и связи.