Бойтесь своих желаний (СИ)

Внимание заострилось на мне.
— Ладно паря, последний шанс даю. Мои ребята и так подустали пиздить его, можешь оставить телефон с деньгами и уебывать отсюда по-хорошему.
Я остался стоять неподвижно.
— Ну ладно… Видит Бог я пытался… Он вспомнил про Бога и резко метнул камень мне в еблище, ой — я хотел сказать в лицо! Нахватался блин словечек!
В глазах потемнело, виски застучали острой боль, кровь из рассечённой брови заливает левый глаз и щекотно сползает вниз по подбородку.
  
Ошарашенный и непривыкший к побоям, я прислонился к стене, пытаясь не упасть, но второй удар пришёл сзади — пяткой по затылку.
Голова врезалась в кирпичи.
Дальше били исключительно ногами и метили в голову.
Совсем не думают о последствиях…
От каждого удара голова скашивалась набок, шея жутко болела! Мозг скакал как попрыгунчик внутри черепа. Только спустя десять минут, парни заметно выдохлись и устали бить.
Тот, кто вел со мною диалог, напоследок поднял камень и со всей дури приложил по моему затылку.
Вот тут, я кажется умер на пару секунд…
— Дибил конченный. Подытожил он и отойдя, велел подельникам — В карманах пошарьте.
Не успели скользкие ручонки залезть под одежду, как я вскочил и зарядил ближайшему — ладошкой по уху.
Прав был Амалиэль — добро должно быть с кулаками.
Выбил что называется дурь.
Из ушей подростка повалило безопасное синее пламя, не причиняющее коже ожогов.
— Что за хуйня!? Встрепенулись друзья.
Стоит отдать малолетним маньяка должное: не растерялись, выхватили ножи из кроссовок и бросились на меня.
Никак не могу адаптироваться к неожиданностям!
Тело истыкали ножом!
Кто бы знал, что это жутко больно, когда лезвие вонзается в живот на полную длину! Разрезает кишки, пронзает печень и выбирает камень в почках как бильярдный шар.
Кровь от брюха хлынула вниз по штанам, заливаясь в ботинки. Животный страх ударил по мозгам, я впал в аффект и начал размахивать руками. Не заметил — как, но уложил каждого с одного удара.
Мальчишки лежат и хрипят, а тем временем истекаю кровью…
Я рухнул на землю. Тело горит и искриться синем пламенем с каждого пореза.
Что с животом?
Как там важные органы?
Умру ли я?
— Не тревожься, я не позволю своему ставленнику умереть. Ты впитал чужое зло, и я преобразую его в нашу силу. Амалиэль и в чёрном белое найдет…
Раны шипят, будто перекисью водорода облили. Кровь останавливается и порезы рубцуются на глазах.
В тот миг я осознал, что с каждым “подвигом”, я всё дальше отдаляюсь от рода человеческого…
Подошел к спасенному парнишке узнать о самочувствии, но тело бездыханно…
Его убили, как убили бы меня!
— Сука! Выругался, выплевывая слюну с кровью.
Разве можно так играть с жизнями?
Кто вы такие чтобы отнимать дар божий!?
Он ведь такой же человек!
— Их нужно сдать в милицию и посадить в тюрьму! Только нужно придумать как это организовать…
— А что такое тюрьма? Спросил Амалиэль.
— Ну это место, где хороших людей изолируют от хороших… Это самое развернутое определение, что Тимофей мог придумать в рамках сумасшедшего вечера.
— Навсегда? Уточнил Амалиэль.
— Нет, за убийство человека лет на двадцать…
— Получается потом их выпустят, и они могут творить зло как раньше? Впервые слышу недопонимание в интонации архангела.
— Если не исправятся, то да… Ответил Тимофей и понял, что порядки людей на словах звучат как чистый идиотизм…
Никогда люди не справятся. Может один из сотни и перестанет гадить в обществе, но остальная толпа, особо не задумываясь, убьет и изнасилует кого-нибудь перед новым сроком…
— Может быть лучше мы наставим их на новый путь? Предложил архангел.
— А как это?
И тут он выдал подробную инструкцию по использованию новой силы. Когда я борюсь со злом, божественная искра внутри разгорается и новые способности пробуждаются.
Каждый раз на шаг ближе к Господу и дальше от человечности…
Способность называется — семя добра.
Я поочередно подошел к поверженным телам, приложил руку ко лбам и влил в сознание яркую синюю энергию.
В этот момент Тимофей почувствовал, что сминает их судьбу — как гончар мнет ком глины.
— А что дальше? Лежат себе и лежат… Ничего не изменилось.
— Ничего… Зачатки совести посеяны. Вскоре семена прорастут и рано или поздно каждый придёт к тебе другим человеком.
Тимофей устало выдохнул, повернул каждого набок, чтобы он не подавился языком и удалился прочь.
Тяжелая ночка…
* * *
Когда бандиты очнулись — не сразу поняли своё новое состояние…
У каждого во рту страшное похмелье и непонимание ситуации в голове…
Рядом крысы грызут труп убиенного подростка…
Все испугались и поползли в берлогу зализывать раны.
Необычные метаморфозы начались завтрашним днем.
Каждый из них стал моральным уродом не от хорошей жизни.
Насилие и пьянство в семье, жестокость среди сверстников, криминальные кумиры и наркотики вместо школы.
Каждый воровал не столько от нужды, сколько ради забавы и хвастовства. Первый срок на малолетке не заставил себя ждать. И вскоре во взрослую жизнь вышли сформированные мерзавцы, садисты и насильники.
Никто не заморачивался о чувствах других и без задних мыслей ломал однокласснику руку или брал одноклассницу против воли в грязном подъезде. Как человек не может ходить по воде, так и они не были способны ощутить раскаяние.
Для таких, образ жизни — где слабый пожирает сильного — норма. Хоть казнь линчи устраивай, а мнение не изменится…
Но сегодня каждый даже уснуть спокойно не мог.
Совесть пробудилась и начала жалить мозги, разрастаясь как раковая опухоль.
Первые мысли о раскаянии — разрушали привычный образ мышления.
Они вспоминали самые яркие злодеяния, и казалось сожалели, хотя сожалеть никогда не умели.
Самый страшный из них в детстве со скуки душил младшего брата скакалкой, а вот сегодня вдруг подумал о старушке, у которой отнял последнее…
Как она там? Не умерла с голоду?
Другой гадал — не наложила ли на себя руки та девушка…
А третий мучился — Начал ли он ходить?.. Зря я ему ноги сломал… Он и так был напуган и всё отдал…
Блин! Да что с нами!?
Раскаяние причиняло физическую боль.
Они понимали — вернуть ничего нельзя и от того хотелось волком выть на стены.
Пытались пить до беспамятства — не помогало.
В очередной день пошли на разбой, приметили на рынке слабое звено — дедушку, владельца овощной лавки.
Казалось бы, сломать пару пальцев и будет платить…. Вот только никто не мог начать… Не находили внутри морального права.
Семена совести прорастают и корнями опутывают мозг. Пробиваются вглубь коры, корректируют гормоны и формируют новое мышление.
Если даже водка не помогла — поможет церковь.
Исповедовались батюшке, но легче не стало…
Круглосуточно молились — всё бестолку.
Словами делу не помочь…
Один из них, блуждая по улицам в раздумьях, встретил старушку у подъезда.
Милая женщина попросила помочь с сумками.
Ранее, он бы не задумываясь, пнул женщину по спине — чтобы старая тварь упала и шейку бедра травмировала, но теперь — движимый невидимой силой, с деревянной головой на деревянных ногах — он без лишних вопросов взял пакеты и донес до двери…
— Какой хороший юноша… а по телевизору еще смеют говорить, что у нас молодежь плохая. Я знала, что есть еще хорошие сыны. Спасибо тебе внучок, угостись яблочком.
О Господи! Что он пережил в этот момент! Внутри всё скрутило от судороги. Она зашла в квартиру, а он кусал сладкое яблоко и рыдал.
— Как же я жил все эти годы…
Вскоре каждый из них приходил к обиженным семьям, встал на колени, плакал и умолял извинить.