Морок над Шадизаром (СИ)

— Начался квартал Яфтагим, — сказала Лорна, поднимая факел повыше. — Да, узнаю, вот дом верховной жрицы храма Дэркето, очень уж статуи примечательные возле фасада.
— Разврат, — поморщился зингарец, оглядев фривольные скульптуры, изображающие всевозможные виды плотского соития. — В Заморе разве дозволен культ богини сладострастия?
— Как же без него? — удивился Ши Шелам. — Заморийцы славятся терпимостью ваша милость, запрещёны только самые тёмные культы наподобие Сета Змеенога. К тому же, Дэркето — сакральная покровительница квартала...
— Тпр-р-ру! — Райгарх, по сигналу не отрывавшейся от хрустального шара предсказательницы натянул поводья. Будка обиженно всхлипнула и замерла. — Здесь?
— Кажется, да. Совсем-совсем рядом, — ответила Феруза. Подумала и сказала твёрдо: — Уверена.
Впереди, в колеблющемся свете факелов, вырисовывалось двухэтажное здание с открытой мансардой. За ажурной оградой перед домом находился аккуратный сад с клумбами, кипарисами и кустами роз. В окнах мерцали свечи и масляные лампы, пускай время было очень позднее.
— Ну где ж ещё располагаться древнему лемурийскому алтарю? — Лорна демонстративно сплюнула. — А и правда, не в митрианском же монастыре?
Над въездом в садик красовалась вывеска с изображенной умелым художником черной хищной кошкой и надписью: «”Златоглазая пантера”. Заведение госпожи Джемимы из Аграпура. Цены умеренные».
— Я был тут недавно, — сообщил Конан. — Ничего не скажу, девочки симпатичные...
* * *
В чём никак нельзя было отказать Райгарху, так это в безупречном владении своим ремеслом. Едва лишь дом свиданий накрыл создаваемый Голосом «купол», как из дверей «Пантеры» выскочили двое вышибал — парни очень внушительные, но оказавшиеся для асира противником несерьёзным. Первый был отправлен в бессознательное состояние прямым ударом в переносицу, второй улетел в заросли шиповника и более ненужной агрессивности не проявлял.
— Вперёд! — голосом сотника гвардейских щитоносцев приказала Лорна. — Ох, Феруза, надеюсь ты не ошибаешься... Иначе мне придётся расплачиваться с Джемимой до конца дней своих.
Спектакль, безусловно, был достоин лучших амфитеатров Аквилонии и самых талантливых постановщиков. Высокие створки парадного входа распахнулись, первыми в заведение вошли Лорна, Конан Киммериец и альмиранте Бобадилья. За ними в проём начал протискиваться многоногий нужник, которого подгонял Райгарх. Замыкали отряд вторжения Феруза и Ши Шелам.
Разнесся многоголосый визг — развлекавшие гостей в нижней зале прелестницы, завидев страшилище на паучьих лапах, бросились врассыпную. Четверых мужчин, потянувшихся было к кинжалам на поясах, моментально успокоили Конан с Райгархом и Ши Шелам, который в кулачной стычке был абсолютно бесполезен, однако имел изрядный навык драки с использованием кочерги от камина. Оружие не самое благородное, но Ши никогда и не претендовал на королевское происхождение.
Следовало так же учитывать, что как гости, так и обитательницы «Златоглазой пантеры» долго находились под воздействием колдовского морока, потому не успели до конца «проснуться» и сориентироваться. Впрочем, материальное воплощение Голоса и в обычные-то времена не вызывало у окружающих лишних симпатий.
— Ло... Лорна? Боги добрейшие, что тут происходит?!
На ступенях главной лестницы с мраморными перилами стояла вытаращившаяся госпожа Джемима — женщина в возрасте немногим за сорок, но сохранявшая яркий отблеск невероятной привлекательности молодых лет. Волна роскошных тёмных волос, смугло-золотистая кожа, невесомые яркие одеяния, приличествующие владелице заведения «для чистой публики».
— Некогда объяснять, — Лоркана Бритунийка предпочитала решительность и напор. — Где вход в подвал?! Шевелись, клуша, мы тебе жизнь спасаем!
— Жизнь есть величайший дар, ниспосланный Двуедиными Силами, — благочестиво заметил нужник.
Джемима оступилась, она была на грани обморока. Конан, в три прыжка взлетев по ступенькам, поддержал хозяйку за плечо.
 
— Подвал, — настойчиво сказал киммериец, заглядывая в помутневшие очи госпожи Джемимы. — Где?
По счастью, «Златоглазая пантера» была выстроена по образцам архитектуры Офира — широкие проходы и высокие потолки, что в жарком климате являлось насущной необходимостью: летом горячий воздух поднимался наверх, а помещёния продувались сквозняком. В ином случае будка не пролезла бы по лестнице, ведущей в цокольный полуподвальный этаж. Джемима слабым голосом объяснила, что используется он «для особых гостей и особых развлечений», таковые гости появляются нечасто, а потому сейчас внизу никого нет.
— Очаровательно, — заключила Лорна, окинув взглядом зальчик, на стенах которого были развешаны всевозможные странные приспособления вроде шелковых плетей, меховых кандалов и мягких ошейников с цепочками. — Джем, неужели ты потакаешь настолько низменным страстишкам богатых посетителей?
— Деньги не имеют запаха и ты это знаешь не хуже меня.
Третий, самый дальний, зал и наблюдала в магическом шаре Феруза. Низкие туранские диванчики, погасшие кальяны на столиках, а посреди...
— Ничего подобного никогда раньше здесь не видела! — владелица «Златоглазой пантеры» попятилась. — Камень использовали для утех, я нарочно рассказывала гостям, будто до строительства дома здесь находится древний алтарь богини Дэркето, дарующей мужскую силу...
— Да, древний. Да, алтарь, — проронила Феруза. — Только Дэркето здесь совсем не при чём — эта проклятущая штуковина набирала силу в том числе и от любовных страстей!
Белый с коричневыми прожилками камень выглядел очень старым, весь в крошечных кавернах, проеденных безжалостным временем. Длиной шага три, высотой в полтора локтя. Ничего необычного, за одним исключением.
Сгустившиеся над алтарём воздух бурлил и клокотал, словно кратер вулкана, образовав широкое пульсировавшее кольцо, внутри которого сияли огни чужого мира, проскальзывали неясные тени и жутковатые силуэты невиданных в Хайборийском мире существ. Если приглядеться, то в глубинах кольца можно было различить очертания гор и огромных зданий. Магия Голоса заперла эти Врата, однако не уничтожила их — истечение чужеродной мощи Лемурии приостановилось, но едва лишь невзрачная будка окажется на расстоянии дальше сотни шагов от червоточины в бездну времени, всё начнётся заново...
— И дальше что? — осведомился прагматичный Райгарх, монументально скрестив руки на груди. — Месьор Бобадилья, ты здесь человек самый многоучёный, незнамо сколько лет проведший за древними свитками. Что скажешь?
— Обычно такого рода порталы запечатываются кровью, — медленно сказал альмиранте. — Но чьей? Какова форма обряда? Необходимые заклятья? Ума не приложу, никаких рекомендаций или советов в книгах я не встречал.
— Подумаешь, великая загадка! — вмешался Ши Шелам. — Легенд не слышали? А я вам расскажу! Если есть магический алтарь, значит на него нужно положить грудастую блондинку и принести в жертву! Так все колдуны делают! Отлично работает в любой ситуации! Насколько я понимаю, в доме полно блондинок с пышными формами!
— Совсем головушкой повредился, — ласково сказала Лорна. — А по мне так вполне подойдёт и тощий малолетний брюнет со слишком длинным языком. Попробуем? Вдруг подействует?
Ши испуганно скользнул за спину насупленного Конана.
— Смотрите, — ахнула Феруза, подавшись вперёд, — там кто-то есть! Он... Оно идёт к нам!
Во Вратах появилась смутная фигура, очертаниями напоминавшая очень высокого и широкоплечего человека. Мгновения спустя гостя стало хорошо видно — бледнокожий, лысый, огромные иссиня-черные глаза без белков, резкие скулы. Похоже на человека, но... Но это кто угодно, только не человек.
 
Альмиранте Бобадилья пошатнулся и выдавил:
— Посланец...
— Я не желаю тебе здравствовать, старик, поскольку это бессмысленно, — по залу разнёсся бесцветный, ничего не выражающий голос лемурийца, стоявшего по ту сторону Врат. Так обычно говорят нотариусы или судейские чиновники, оглашающие скучный документ о праве наследства. — Мы виделись совсем недавно, верно? Всего девять дней назад, в пустыне. Помнишь милую крошку в синем с узором халатике, принесшую в твой шатёр корзину со змеёй? Это тоже был я. Как и в прошлый раз, и в позапрошлый... Ты неплохо научился выживать, но зачем такая безрадостная жизнь? Когда смерть подстерегает на каждом шагу и следует неотступно? Разве ты не устал бояться?