После неё (ЛП)

— Не хочу видеть и его.
— Бо!
— Он тоже засранец, почему ты всегда его защищаешь?
— Ты злишься, потому что он не пришёл на финал чемпионата? Он не говорил тебе, но он уже ехал на стадион, когда в клубе возникли срочные дела и...
Я резко встал, разъярённый.
— Всегда где-то есть чрезвычайная ситуация! Я никогда не был так важен, как его клубы!
— Ты прав, он засранец, и я не могу не пытаться оправдать его, чтобы подсластить пилюлю, но на этот раз всё серьёзно. Замешана полиция, Такер арестован. Твой отец пытается придумать, как вытащить его из тюрьмы, и он единственный, кто может это сделать.
  
— Полиция? А если бабушка узнает? А если судья узнает? А как же доктор Мур? — испуганно спросил я.
— Твой отец ни при чём, тебе нужно успокоиться. А теперь вернись и сядь рядом со мной. — Я так и сделал. Келли обняла меня, поглаживая по волосам, как всегда делала мама.
Когда я открыл глаза, то увидел Пенелопу. Вместе с Гэвином она шла через улицу. Я наблюдал за ними, пока Пенелопа не толкнула Гэвина в плечо, как делала всегда, когда я её смешил.
Хватит, я больше не мог этого выносить.
Я оставил Келли и взял свой рюкзак.
— Куда ты собрался?
Я выбежал и пошёл в сторону дома тренера. Они шли впереди и, конечно, не видели меня, поэтому я прибавил шагу. Я заметил, как они прошли через задний двор, поэтому поднялся на ступеньки крыльца и постучал, пока миссис Льюис не открыла.
— Бо! Ты пришёл позаниматься? Пенелопы нет, она… — Пенелопа вышла из коридора. — А, вот ты где! Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не проходила через чёрный ход? Ты испачкаешь весь пол.
— Что ты здесь делаешь, Бакер?
— Я пришёл заниматься с тобой математикой.
— Мне не нужны твои уроки математики!
— Правда? Ты уже исправила все плохие оценки и стала гением?
— Нет, я не гений, но ты, ставший чемпионом школы, разве не должен гулять со своими новыми друзьями?
— Нет, я не ходил к ним ни сегодня, ни в прошлый понедельник, и если бы ты хоть иногда слушала меня, а не кричала и ругалась, ты бы это знала! — отругал её, повысив голос так, как никогда ни с кем не делал.
Миссис Льюис разразилась хохотом.
— Пенни, наконец-то ты нашла того, кто тебя вразумит. Заходи, Бо, я приготовлю вам что-нибудь перекусить.
Несколько мгновений мы смотрели друг на друга. Глаза Пенелопы были полузакрыты, а руки скрещены на груди. Я не стал ждать, пока она что-то скажет, прошёл мимо неё в гостиную, как обычно, будто ничего не произошло. Положил рюкзак, достал учебник и тетради по математике. Она последовала за мной, но не села, а осталась стоять.
— Если предпочитаешь притворяться глупышкой с Гэвином, скажи мне, и я уйду.
— Я не глупая, а Гэвин здесь потому, что должен отдать отцу, заполненный бланк регистрации в летний кампус, — защищаясь, ответила она.
— Бланки приносят в его офис, а не домой.
— Да, но отец потерял регистрацию Гэвина, как теряет всё всегда. Если не веришь мне, спроси у своего любимого тренера Льюиса.
— И обязательно спрошу!
Она села, а я положил перед ней чистый лист бумаги и карандаш.
Я всё ещё злился? Меньше, потому что Пенелопа села, и потому что Гэвин не занял моё место.
Миссис Льюис принесла нам два кусочка морковного торта, которые мы съели, выполняя упражнения. Упражнения, которые Пенелопа делала неправильно, и в которых я тоже ошибался, потому что она продолжала смотреть на меня.
— Ты поедешь в летний лагерь, организованный школой? — спросила она.
— Не знаю. Отец ещё должен дать мне разрешение.
— Мне кажется, с тех пор, как ты сюда переехал, я видела твоего отца всего один раз.
— Он приходит домой только спать, его никогда нет.
Пенелопа кивнула, продолжая смотреть на меня.
— У тебя много веснушек, а Уайт говорит, что мальчики с веснушками красивые.
Я почувствовал, как горит моё лицо.
— Ох, ну, я ненавижу свои веснушки. Ты... ты что... что ты собираешься делать этим летом?
— Не знаю, может, поеду с Дуэтом в Монтану к бабушке, ничего особенного. А ты, если ты не поедешь в лагерь, что ты собираешься делать?
— Понятия не имею.
— Но ты ведь останешься здесь, в Балтиморе, в моей школе?
— Да, конечно, я останусь в Балтиморе.
— Бо, можно задать тебе вопрос? — Я кивнул. — Ты бы поцеловал меня снова?
Не смотри на неё, не смотри на неё, иначе она увидит, что ты сильно покраснел.
— Я… конечно.
— Ты это серьёзно или говоришь так, чтобы подшутить надо мной?
— Я серьёзно, Пенелопа.
— А Уайт, ты бы тоже поцеловал?
— Я… нет, я бы не поцеловал Уайт.
— А почему Уайт не стал бы, а меня, да?
— Потому что Уайт — это не ты.
— Значит, я тебе действительно нравлюсь?
Я набрался смелости и посмотрел на неё:
— Да.
— Да?
— Да.
Пенелопа протянула руку и взяла мою.
— Завтра днём в Эбони-парке открывают кафе-мороженое и устанавливают новые игры, может, пойдём вместе?
— Да, конечно, пойдём вместе.
  
Глава 10
 
Он
Never Grow up
Балтимор, май 2009
Лунный бульвар начинал мне нравиться всё больше. Я чувствовал себя частью чего-то, и, хотя отец появлялся всё реже, я уже не чувствовал себя таким злым.
Помирившись, мы с Пенелопой стали вместе гулять каждый день после обеда. С Дуэтом и другими соседскими ребятами мы ходили в парк на соседней улице, катались на велосипедах, играли в мини-гольф в парке Эбони и гуляли до обеда. Семья Льюисов радушно приняла меня под своей крышей, и Келли всегда разрешала мне навещать их.
В Балтимор пришло лето, было жарко, и этим утром директор разрешил нам поесть в школьном саду. До конца года оставалось несколько недель, все обсуждали, как проведут каникулы. Я собирался остаться в городе и надеялся, что Пенелопа тоже, чтобы снова побыть с ней наедине. Я больше её не целовал, поскольку с нами всегда были её двоюродные сёстры, да и потом я не был уверен, что она хорошо воспримет моё приставание... Хотя во время игры в мини-гольф я взял Пенелопу за руку, и она всё время крепко держала мою.
— Ты не хочешь вот это? — спросила Пёрпл, указывая на моё яблоко.
— Нет, можешь взять, — ответил я. Пёрпл боялась вся школа.
Она откусила от яблока и указала на свою сестру-близнеца.
— Поторопись, а то мы опоздаем, и если из-за тебя меня накажут, я расчленю твоё тело и скормлю в собачьем приюте.
Уайт разразилась хохотом.
— Ты сумасшедшая. Пенни, а тебе не кажется, что Пёрпл пора лечиться?
— Если попытаешься запереть меня в психушке, я скажу, что я — это ты, — ответила близняшка.
— И ты на это способна?
— Конечно! Что за вопрос!
Уайт встала и взяла свою сумку.
— Увидимся позже в парке.
Дуэт ушли, и я остался наедине с Пенелопой.
— Мама сегодня готовит мясной рулет, ты придёшь на ужин?
— Я должен спросить Келли, но проблем быть не должно.
Она встала и подошла к качелям. Я последовал за ней, и мы стали качаться рядом друг с другом.
— Мы больше не уезжаем в Монтану. Вернее, уезжают только Дуэт и мои дяди.
— Правда?
— Гаррик нашёл работу на лето, а папа хочет построить барбекю побольше, так что мы остаёмся на Лунном бульваре.
— Я тоже никуда не поеду.
— Бо! — вдруг воскликнула Пенелопа, спрыгнув с качелей и встав передо мной. — Сегодня вечером команда идёт с моим папой на пиццу!
— Я в курсе, но я предпочитаю стряпню твоей мамы.
— Разве ты не должен проводить больше времени с другими игроками, Милашка Би?
— В последний раз, когда сказал, что пойду к Гэвину, ты разозлилась.
— Значит, ты не пойдёшь к Гэвину из-за меня?
  
— Я лучше проведу время с тобой, Пенелопа.
Я встал и сделал шаг к ней; мы были близки, очень близки. Возможно, я мог бы воспользоваться этим моментом, придвинуться ещё ближе и попытаться поцеловать её ещё раз.