Роман (ЛП)

Её руки метнулись к губам в замешательстве, и она нащупала два длинных клыка. Те пульсировали, откликнувшись на её прикосновение.
Чувствовала тяжёлый груз между лопатками. Нахмурившись, она повернула голову и увидела… крылья. Прекрасные чёрные крылья. Они мерцали в свете, и им не находилось иного слова, кроме «великолепные».
Шарлотта подняла руку, чтобы коснуться одного из них, когда с другой стороны схватки раздался крик. Она обернулась и увидела смуглого, темноволосого воина, которого жуткий мужчина в костюме поднял над землёй. Вспышкой нахлынули воспоминания. Демон. Отвращение захлестнуло её, вместе с ним нахлынули воспоминания об этом злом существе. Она узнала в воине, которого тот держал, дружелюбное знакомое лицо. Григори.
  
Она с ужасом наблюдала, как Азазель сжал другую руку, и чёрные когти вытянулись из его пальцев, выгибаясь в острые лезвия. Он ударил Григори в живот, когтистая рука ушла глубоко внутрь, затем он полоснул вверх.
Он пытается выпустить ему кишки.
Ужас наполнил её. Затем запах крови Григори загипнотизировал её. Она жаждала, так жаждала. Она осознала, что хочет пить его кровь, и эта мысль её даже не пугала. Напротив, она возбуждала.
Шарлотта сделала несколько ошеломлённых шагов к Григори и демону. Это было вне её контроля. Она была так голодна, ей нужно было кормиться, необходимо было кормиться. Она облизнула губы, наблюдая, как кровь хлещет из тела Григори. Видя, как её друг страдает, она чувствовала злость, ярость от того, что демон причиняет ему боль, и в то же время — опьяняющее предвкушение того, что будет дальше, вкуса крови Григори.
Она споткнулась, нахмурившись. Нет, нет, только не Григори.
Я не могу причинять боль тем, кто мне дорог.
Затем её взгляд остановился на демоне. Глаза сузились, голова снова склонилась набок, как у голодной кошки, следящей за мышью. В одно мгновение новые инстинкты взяли верх. Всем своим существом она желала оказаться за спиной Азазеля.
В один миг она уже стояла позади демона. Шарлотта видела, как расширились глаза Григори, устремлённые на неё, полные боли и непонимания, пока демон держал его в воздухе, медленно распарывая ему живот.
Она была озадачена тем, что только что произошло, но ненадолго. Она ухмыльнулась, возбуждение захлестнуло её тело. Шарлотта почти пускала слюни, когда прыгнула на спину Азазелю и зверски вцепилась зубами в его шею. Она рвала кожу, мышцы и сухожилия, кровь хлынула ей в рот. Её глаза закатились от экстаза, когда она потянула глубже, высасывая и глотая кровь демона. Она застонала и вцепилась крепче, пока демон с криком ужаса ронял Григори. Ангел, безвольно рухнув на землю, слабо пытался удержать органы, вываливающиеся из его живота.
Остальные бросились к Григори, чтобы помочь ему, глядя на неё с ужасом в глазах. Шарлотта не обращала на них внимания, обвивая ногами талию демона, а руками ещё сильнее сжимая его грудь и шею. Она начала яростно раздирать ему горло, пьянствуя всё быстрее и глубже. Перед глазами всё залилось красным. Все звуки исчезли, кроме шума крови демона, гулко гонящейся по его венам.
Демон вертелся, всё ещё крича и пытаясь стряхнуть её. Сдвинуть её было невозможно. Она опустошит его тело, высосет до последней капли эту божественную жидкость, и ничто её не остановит. Он рванул назад, с силой впечатав её в стену. Пыль и обломки посыпались на неё, но она не шелохнулась. Она пила яростнее. Она была потеряна.
Шарлотта слышала, как его сердце бьётся всё медленнее. Она пила в исступлении, жадно глотая, всасывая и слизывая, как изголодавшийся обезумевший зверь, ещё плотнее обвивая его своим телом. Он сделал несколько шатких шагов вперёд и рухнул на колени. Всё равно Шарлотта не остановилась. Она была на небесах, ничто не могло её насытить. Закончив с этим демоном, она перейдёт к кому-нибудь ещё.
Я выпью их всех, — подумала она, обезумевшая и взбудораженная.
Хотя она слышала, как его сердце замирает, она не хотела, чтобы это заканчивалось. Шарлотта хотела большего. Опьяняющее блаженство кровавой жажды целиком поглотило её. Стиснув зубы сильнее, она потянула ещё глубже, чем когда-либо, пока не услышала хлопок и треск ломающихся, рвущихся костей. Порабощённая жаждой, она продолжала рвать его зубами, пока голова демона не оторвалась от тела.
Идеально приземлившись на ноги, она разжала руки, и голова покатилась в одну сторону, а безвольное, обезглавленное тело рухнуло в другую. Шарлотта подняла голову ко своду пещеры, улыбаясь в экстазе, слизывая кровь с губ. Мир исчез, и она чувствовала, будто летит, когда абсолютная эйфория овладела ею.
Шарлотта посмотрела вниз на голову демона, затем огляделась. Все таращились на неё, глаза широко раскрыты от шока. Всё, что она видела, это их открытые раны, кровь, капающая и стекающая по их избитым телам.
— Хочу ещё, — прошипела Шарлотта.
Она шагнула к двоим, и оба отступили, у одного глаза вспыхнули зелёным светом, у другого — жёлтым пламенем. Она оскалилась им в улыбке, сделала ещё шаг, и тут перед ними приземлился Роман, его тёмные крылья сложились за спиной.
— Шарлотта, ты не хочешь причинять им боль, — сказал он ей, пронзительными голубыми глазами скользя по её телу.
Тепло затопило её. Желание Романа остановило её, но лишь на секунду, пока она слизывала с губ остатки крови. Она закрыла глаза, наслаждаясь вкусом.
Когда она снова открыла глаза, то расправила плечи, сузила взгляд, устремив его на красивого ангела.
— Я хочу ещё, — повторила она, начиная двигаться вперёд.
Ей вдруг стало интересно, какой на вкус он сам. Он был бы изысканным, — решила она. Как благородное вино.
Шарлотта улыбнулась, подходя ближе к Роману, преследуя его, возбуждённая.
Перед ней мелькнул Маалик, лицо разбито, один глаз заплыл.
— Нет, — сурово сказал ей он, как родитель, отчитывающий ребёнка.
Шарлотта застыла, нахмурившись, глядя на него. Она почувствовала, что должна ему подчиниться. Это было странное ощущение. Ей хотелось… угодить ему.
— Но я хочу ещё, — заныла она, раздражённая. — Я всё ещё голодна.
Маалик кивнул, подошёл к ней и положил руки ей на плечи, заглядывая в глаза.
— Я понимаю это. Но ты никогда, повторяю, никогда не будешь пить или кормиться кем-либо из людей в этой комнате. Ты меня поняла, Шарлотта? — его тон был строгим, но мягким.
Шарлотта посмотрела через плечо, жадно скользнув взглядом по Роману.
Она надула губы, как отчитанная школьница:
— А как же Роман?
Маалик посмотрел через плечо на брата, затем снова повернулся к ней, уголок его губ тронул лёгкой улыбкой.
— Ты сможешь кусать или кормиться Романом только если он сам тебе это позволит. Ты никогда не будешь делать этого без его разрешения, — на последних словах лицо его посерьёзнело.
Шарлотта кивнула. Она оглядела зал, останавливаясь взглядом на каждом из падших. Жажда кормиться ими ушла, но голод по-прежнему не был утолён.
— Но я всё ещё голодна. Почему я всё ещё голодна? Почему я… жажду крови?
— Мне многое придётся тебе объяснить. И многому — научить. Ты своего рода вампир. Я дал тебе своей крови. Когда ты умерла, она обратила тебя, так что теперь ты моя обращённая. Я достану для тебя кровь, чтобы помочь справиться с тягой, пока мы не вернёмся в Лос-Анджелес, где я смогу научить тебя контролировать себя правильно и безопасно, чтобы ты не причиняла людям вреда.
— Я не хочу никому причинять боль, — сказала ему Шарлотта, в панике глядя на мёртвое тело демона. Она отступила от Маалика. — Боже мой, это сделала я?
  
Я вампир? — прошептал её разум в ужасе.
Роман стремительно подбежал, тепло его рук окутало её, когда он заключил её в объятия.
— Всё в порядке, Шарлотта, всё будет хорошо. Обещаю, — его низкий голос успокаивал её, пока она прятала лицо у него на груди. — Я сделаю так, чтобы ты была в безопасности, чтобы с тобой всё было в порядке.
Он поднёс руку к её подбородку и мягко приподнял голову, заставляя посмотреть на него.