Законник Российской Империи. Том 6 (СИ)

Я сидел напротив Анастасии, рассматривая проплывающие за окном пейзажи. Виктор расположился рядом с сестрой, а Василиса тихо сидела у противоположного окна, изредка поправляя складки на своем дорожном платье.
— Быть может, расскажете что-нибудь интересное о себе, господин Виктор? — неожиданно нарушила молчание Анастасия. — За все время, что вы работаете с моим братом, я так и не слышала, чтобы кто-нибудь обращался к вам по имени-отчеству. У вас нет отчества?
  
Виктор слегка напрягся, но быстро овладел собой.
— Вы наблюдательны, госпожа Анастасия. Действительно, у меня нет отчества. По крайней мере, официально зарегистрированного.
— Как так? — удивилась Анастасия. — Даже у самых бедных крестьян есть отчества.
— Не у всех, — тихо ответил Виктор. — Дом Тихой Клятвы, где я вырос, это, по сути, приют для сирот определенного… склада. Некоторых детей находили брошенными, без каких-либо указаний на происхождение.
— Вы не помните своих родителей? — Анастасия подалась вперед, на ее лице читалось искреннее сочувствие.
— Нет, — качнул головой Виктор. — Первые воспоминания — учитель в черном, учивший нас основам магии определения. И книги, много книг.
Я уже знал часть этой истории, но никогда не расспрашивал Виктора подробно, уважая его право на приватность. Однако сейчас, видя, что он не против поделиться, я тоже проявил интерес.
— А фамилия? У тебя должна быть фамилия.
Виктор усмехнулся.
— Фамилия осталась только в документах Дома. Когда я покинул его стены, мне выдали новые бумаги. Просто «Виктор», агент Судебного Бюро. Так проще для некоторых… специфических заданий.
— Это ужасно! — воскликнула Анастасия. — Человек без имени, без родословной. Как будто вас… стерли.
— Насчет стирания — это громко сказано, — Виктор слегка улыбнулся. — В Доме Тихой Клятвы меня обучили всему, что я знаю. Дали крышу над головой, еду. Многие сироты мечтали бы о такой судьбе.
— И все же, — настаивала Анастасия, — каждый человек заслуживает имени. Полного имени.
— Оставь его в покое, Настя, — я покачал головой. — Не всем нужны громкие титулы и родословные до десятого колена, как у нас с тобой.
Виктор благодарно кивнул мне, но Анастасия не собиралась сдаваться.
— Вы же должны как-то подписывать официальные документы, — заметила она.
— Раньше обычно ставил личную печать Бюро, — пожал плечами Виктор. — В крайнем случае — «В» — и подпись.
— «В» от Виктор… — задумчиво протянула Анастасия. — А что, если мы придумаем вам отчество? И фамилию? Хотя бы для неформального использования.
Виктор удивленно посмотрел на нее.
— Зачем?
— Затем, что это странно, когда человека называют просто по имени, словно он… — она запнулась, подбирая слово, — словно он вещь.
Я заметил, что Василиса, обычно тихая и незаметная, с интересом следит за разговором, даже слегка подавшись вперед.
— Анастасия, — мягко сказал я, — не всем нужно то, что кажется необходимым тебе. Виктор прекрасно справляется и без дополнительных именований.
Сестра надула губы, но спорить не стала. Виктор же выглядел одновременно смущенным и тронутым ее заботой.
Разговор постепенно перешел на другие темы: дорожные впечатления, планы на пребывание в имении, научные интересы Анастасии. За окнами экипажа проплывали все более живописные пейзажи — мы покидали центральные губернии.
Уже на третий день пути Анастасия внезапно вскрикнула, глядя в окно.
— Остановитесь! Там человек! Кажется, ему нужна помощь!
Я высунулся из окна и увидел у кромки реки, протекавшей параллельно дороге, темную фигуру, лежащую ничком на прибрежном песке.
— Может быть ловушка, — тихо предупредил Виктор, когда экипаж остановился.
Я кивнул, доставая из потайного кармана сюртука небольшой защитный артефакт.
— Анастасия, оставайся с Василисой. Виктор, проверим.
Мы спустились по пологому склону к реке. Человек лежал лицом вниз, полупогруженный в воду. Его одежда была порвана и покрыта засохшей кровью, волосы слиплись от грязи и воды.
— Мертв? — спросил Виктор, осторожно приближаясь.
Я подошел ближе и перевернул тело, готовый в любой момент активировать защиту. И замер, пораженный неожиданным открытием.
— Дорохов! — выдохнул я, узнавая изможденное лицо человека.
Виктор ругнулся сквозь зубы, тоже узнав бывшего заместителя начальника Внешней Разведки.
— Что⁈ Этот изменник жив⁈ Но его же казнили, — удивился Виктор.
В этот момент сверху послышался шорох — это Анастасия, проигнорировав мой приказ, спускалась к реке.
— Он жив? — крикнула она, торопливо приближаясь.
— Настя, я же велел… — начал я, но сестра уже опустилась на колени рядом с телом.
— Он еще жив, — уверенно заявила она, профессиональным жестом проверяя пульс. — Но едва. Множественные ранения, потеря крови, переохлаждение… Удивительно, что он вообще выжил.
— Да уж, этот человек чрезвычайно живучий. Ты можешь ему помочь? — я внимательно вглядывался в лицо Дорохова, пытаясь понять, как он оказался здесь, за сотни верст от Петербурга, и что с ним произошло.
Анастасия решительно кивнула.
— Могу. Но нужно действовать быстро. Виктор, помогите перенести его в экипаж. Максим, у тебя есть стимулирующие амулеты?
Я достал из внутреннего кармана небольшой медальон — один из защитных артефактов, которые всегда носил с собой. Работая с Черновой, я прибавил этого добра на любой случай.
— Только будь осторожна, мы не знаем, что произошло. И чего ждать от Дорохова, — проявил внезапную заботу Виктор, помогая поднять тяжелое тело. — Он, видимо, уже второй раз обманул смерть. Кто знает, что на уме у этого человека.
— На уме у него сейчас только борьба за жизнь, — отрезала Анастасия, активируя медальон. — А наш долг — ему помочь.
Я не стал ничего рассказывать. Дорохов всегда был человеком со множеством тайн и еще большим количеством секретов. Несмотря на то, что мы начали работать вместе, доверять ему, мягко говоря, было тяжело.
Но Анастасия права, сейчас нужно было спасти его жизнь. А вопросы можно задать потом — если он выживет.
  
Глава 12
 
Дорохова перенесли в наш экипаж и устроили на сиденье, предварительно подложив под него несколько дорожных одеял. Его тело было холодным и безжизненным, но слабый пульс всё же прощупывался. Анастасия действовала с удивительной для своего возраста решительностью и профессионализмом.
— Василиса, подай мне мою сумку, — скомандовала она, закатывая рукава. — Максим, нам нужно остановиться где-нибудь на ночлег. Ему требуется тепло и покой.
Я кивнул и дал соответствующие распоряжения кучеру. Впереди виднелся небольшой постоялый двор, который казался вполне подходящим для наших целей.
— Ты уверена, что сможешь ему помочь? — спросил я сестру. — Его раны выглядят серьёзными.
— Для начала нужно стабилизировать его состояние, — ответила Анастасия, доставая из сумки множество маленьких бутылочек с настойками и порошками. — Кровотечение остановилось, но он потерял много крови. Кроме того, судя по всему, у него пробито лёгкое.
Виктор сидел с другой стороны, внимательно наблюдая за Дороховым и нашими действиями. В его взгляде читалась настороженность.
— Странное совпадение, — заметил он тихо. — Встретить его именно здесь, на дороге к твоему новому имению.
— Я давно не верю в совпадения, — ответил я, наблюдая, как Анастасия смешивает какие-то порошки. — Но, возможно, его вынесло течением и ему повезло оказаться на нашем пути.
Василиса, всегда тихая и незаметная, неожиданно проявила инициативу. Она достала из своего багажа чистые полотенца и флакон с чем-то, что пахло спиртом.
  
— Госпожа Анастасия, позвольте помочь, — сказала она, подавая полотенца. — Нужно сначала очистить раны.
— Благодарю, Василиса, — кивнула Анастасия. — Ты права.
Вместе они начали обрабатывать раны Дорохова, пока я наблюдал за дорогой, а Виктор — за окрестностями, чтобы убедиться, что за нами никто не следит.