Возвышение. Земли Ордена (СИ)

— Никому, глава Ирал, — Тартакал коротко мотнул головой из стороны в сторону.
— Ты доносишь о нас?
— Нет.
Прошлый я, я — собиратель камней, или я — ученик Школы, или я — лекарь, этим бы и успокоился, но я уже давно другой, поэтому тут же задал новый вопрос:
— Собираешься донести?
— Нет.
— Собираешься рассказать о нас?
— Уважаемый глава Ирал, когда в город хлынут вольные, я, глава союза, конечно же, буду рассказывать о вас, вашей силе и ваших талантах. Но это не будет доносом, нет, глава Ирал.
Я едва не скрипнул зубами. Этот дарсов ублюдок. Он не улыбался, но я чуть ли не кожей ощущал его улыбку. Как он меня сделал… Справившись со вспышкой злости, я широко улыбнулся, постаравшись, чтобы улыбка вышла как можно неприятней, и спросил:
— Что, устал прятаться за маской и решил поиграть словами?
— Глава Ирал, даже не…
Не слушая Тартакала я медленно, напоказ повёл рукой перед собой и то ли задал вопрос, то ли отдал приказ:
— Расскажи мне, зачем ты хочешь основать союз. Мы же с тобой уже так давно вместе.
Новой вязи символов в Указе, так хорошо проверенной на моём главе Знающих, Озмане, он сопротивлялся не дольше трёх вдохов.
— Такой шанс выпадает не часто, лучшие места всегда вырывают себе первые. И я буду первым. Гаер даже не задумался над этой возможностью, а я сразу решил — возьмёшь город, юнец, я с тобой, — Тартакал шагнул вперёд, прищурился и поднял перед собой руку, грозя мне пальцем. — Но на своих условиях, на своих условиях. Да, ты силён, спору нет, я испытал твою силу, но что с того? Нет, — снова помахал пальцем Тартакал. — Я был вольным, вольным и останусь. Глава первого союза, первый над всеми теми, кто скоро сюда ринется. И первый над Гаером.
Эк его повело, что он забыл про недавнюю вежливость. Или мои слова про «давно вместе» упали на благодатную почву, дав жизнь даже не ростку, а целому дереву доверия, или я значительно прибавил в силе Указов. Я поспешил воспользоваться этим доверием.
— Забыл, а что там с твоим прошлым? Ты из Эрзум? Или другого великого клана?
— Великого клана⁈ Апха-ха-ха-ха! — согнулся от смеха Тартакал. — Ты что и правда забыл? — выпрямившись, Тартакал вдруг нахмурился. — Погоди, а когда бы я успел тебе рассказать? Мы с тобой и разговаривали только… Только…
Похоже, нет, в силе я не прибавил. Поэтому тут же добавил второй цвет Указу и бросил на землю его воздействия новое семя:
— Ну как же, помнишь, мы вместе торчали долго в той дыре и пили?
— Дыре… — Тартакал несколько раз моргнул, а затем просиял. — Точно. Точно. В городе Семи Рек.
Я выжимал ответы из Тартакала дольше, чем горят две малых палочки. Когда я закончил, вывел его с пятачка камня и стёр Указ, плотно заполненный вязью символов и условий, ему понадобилось двадцать вдохов, чтобы прийти в себя.
Отчётливо различимый миг. Вот он стоит с мягкой, рассеянной улыбкой на лице. Вот вздрагивает и меняется в лице, невольно делает шаг от меня, пятясь и замирает, широко распахивая глаза.
Ещё два вдоха я жду, что будет дальше, но Тартакал лишь медленно качает головой:
— Эк вы меня, глава Ирал, словно заставили укладывать дрова в костёр, на который нужно будет самому же и лечь.
— Да, хорошее наследство мне досталось от Древних, — бросаю я последнее семя. Не уверен, что оно даст всход, но точно запомнится. Направляю мысли Тартакала в нужную сторону. — Я услышал твою просьбу и твои аргументы. Мне нужно посовещаться со старейшинами. Ты узнаешь о моём решении, сейчас можешь идти.
Тартакал склонил голову, прижимая кулак к ладони:
— Глава Ирал, буду с нетерпением ждать вашего решения.
Я проводил его взглядом и восприятием через две улицы и только потом развернулся к поместью. Где там Бахар?
На разговор с ним у меня ушло даже больше времени, чем на разговор с Тартакалом, а ведь начиналось всё хорошо.
— Ничего особого в его прошлом не нашлось, — кратко подводил я итоги всего, что рассказал под Указом Тартакал. — Он не связан ни с Эрзум, ни с другими кланами даже из полусотни сильнейших. Выходец из фракции четырёх звёзд. Соблазнил жену одного из старейшин, бежал, когда всё раскрылось, перебивался иногда не совсем хорошими вещами, тогда и видел в одном деле Пересмешника. Честно хочет основать союз, не скрывает в этом намерении двойного дна и желания предать нас. Ожидает лет через десять накопить сил, чтобы сравниться с двухзвёздной фракцией, — закончил я с улыбкой.
  
Бахар давно откинулся на спину стула и сейчас выглядел так, словно заснул с открытыми глазами, но я знал, что это не так. В конце концов, он вздохнул и сказал:
— Глава, перечислите мне три, нет, пять, перечислите мне пять ошибок, которые вы допустили в деле с Тартакалом.
— Что? — я ощутил, как невольно вытягивается моё лицо. Какие ещё ошибки?
Видимо, оно не только вытянулось, но ещё и выдало все мои мысли, потому что Бахар сказал:
— Давайте я подскажу. Ошибка, которую вы допустили в начале разговора. Ошибки, которые вы допустили в самом разговоре, а вернее, вопросы, которые должны были, но, похоже, не задали. И ошибка, которую допустили в конце.
Я буркнул:
— Я ошибся в том, что пришёл поделиться с тобой.
— Глава, будьте серьёзней, — попросил Бахар. — Это важный урок.
Теперь уже вздохнул я. А ведь всё так хорошо начиналось, и у меня сегодня не должно было быть никакого урока с Бахаром. Нет, что бы он ни говорил, а шестая ошибка есть — если не молчать про Тартакала, так нужно было подать новость о нём совсем по-другому или не сегодня.
Скажу так: мало того, что Бахар меня промучил в тот день до темноты, оставив и без схваток с Димом и без медитаций, так мне ещё пришлось повторять эту историю и на следующий день, старейшинам, а Бахар не дал и шанса подать всё по-другому.
Ни одному из старейшин новость не понравилась. Только Седой фыркнул:
— Так-то этот Тартакал всё сказал совершенно верно. Попробуйте оспорить хоть один его аргумент.
— Легко, — грохнул по столу Рагедон.
— А три? — не смолчал Седой. — А всё? Союзы будут, от этого никуда не деться, и уж кто-кто, а старейшина стражи Сломанного Клинка не должен закрывать глаза на очевидное.
В общем, в тот день я снова остался без поединков с Димом, без двух уроков у старейшин, что даже хорошо, а сами старейшины остались без лечения, что уже не очень хорошо. Зато город Исток и семья Сломанного Клинка обзавелись первым союзом, союзом искателей Тартакала. И люди союза первыми же получили задания от главы семьи, то есть от меня, и первыми заплатили налог за основание союза, поместье и право на поиски на землях семьи. На небольшом его клочке, но судя по зубастой ухмылке Тартакала, он либо не намеревался ограничиться отведёнными границами, и тогда он дурак, либо намеревался сильно расшириться уже в скором будущем. В том будущем, когда мы откроем портал и позволим вольным идущим к Небу появиться в городе, а он отправит свою добычу на аукционы больших фракций.
Пока же до этого ещё оставалось несколько месяцев, а я, наконец, вернул в свой распорядок тренировки с Димом и Формы. Пока мы решали дела с союзом, в Имперской Пагоде уже начали поднимать пятый этаж. Эдак она будет выше, чем в городе Каменного Тигра.
Я вновь остановился напротив неё и занялся Формами. Сегодня даже прислушиваться было не к чему — главного нашего мастера по камню не было здесь, а его ученик или, вернее, подмастерье, если уж у нас всё, как в настоящих фракциях, работал молча. Поэтому я полностью погрузился в Формы, прогоняя их одну за другой в давно въевшейся в тело и разум последовательности.
Форма Духовной Силы. Первая стойка, первая схема отдачи.
Выплеснуть энергию из меридианов, вдох бездействовать и наблюдать, как прочь от меня плывёт туман духовной силы, сменить стойку и схему, повторить, последовательно проходя через шесть стоек.
Перетечь в седьмую, главную.
А теперь нащупать в течении силы Неба вокруг именно свою духовную силу, все те шесть различных её форм, которые я только что выплеснул наружу.