Внезапно женат, или Хозяйка маленькой гостиницы

И насколько хрупкой выглядит Талири, настолько же железной кажется внутри. Это её холодное «да», прямая спина и твёрдый взгляд – всё говорит о том, что за своё она будет биться до конца. А жертву твою ещё и в глотку обратно запихает. Независимая – вот какая она. И всеми силами будет отстаивать свою свободу.
Что ж, моя истинная и не могла быть кроткой овечкой. И не отправь император меня в эту разведывательную миссию – мы бы не встретились. Одна эта мысль заставляет всё внутри сжаться от неприятия. Мы знакомы от силы сутки, а я уже не вижу жизни без неё.
  
– Тогда, полагаю, я обязан сопроводить леди Морвейн в тюрьму, где она будет ожидать смертного приговора. – Мэр снова улыбается, обнажая жёлтые зубы.
Будь я рубиновым драконом, здесь всё уже тлело бы от чёрного пламени. Но и мой дар приходится сдерживать, иначе это посчитают нападением на официальное лицо республики.
– Ты сейчас угрожаешь моей жене, лорд Жабшто? – цежу я, с удовлетворением отмечая и испуганно забегавшие глазки гада, и судорожный ик его подчинённого.
Портьера приподнимается, являя нам грозно набычившегося Ноки. Фракис надвигается на мерзкую парочку. И в этот же момент моего запястья касается прохладная рука Талири. С трудом сдерживая ярость, я смотрю на жену. Не хочу, чтобы ей досталась и капелька моего гнева. Даже во взгляде.
– Не надо, – шепчет Талири, умоляюще глядя на меня. – Я обманывала местные власти, вот к чему клонит лорд Жабшто.
– Брак со мной снимает все твои прегрешения, – отрезаю я, возвращая внимание побледневшему старику. – Согласен выплатить штраф.
– Боюсь, это не решит проблему, – блеет старикашка, но я же вижу, что это всё наносное. Он боится меня, но у него, очевидно, какой-то козырь в рукаве, раз продолжает гнуть свою линию. – Фигис, что говорится в догмате о частной собственности?
– Только граждане республики, не имеющие магических даров и кровных связей с магическим отродьем, имеют право обладать частной собственностью, – живо подтверждает «чемодан» и тут же утыкается в свои записи.
А меня аж передёргивает от этого «отродья». Если республиканцы хотят и дальше поддерживать с нами союзнические отношения, им стоит пересмотреть некоторые термины в своих законах.
– А человеческий супруг магического отродья? – подсказывает ему мэр.
– Может.
– Видите? – Жабшто приподнимает бровь. – Талири не может владеть гостиницей. Брак по традициям Демастата избавляет её только от казни, но гостиницу я обязан конфисковать.
Слышу прерывистый вздох сбоку, и сердце сжимается от испуга, который льётся со стороны жены. Ноки тоже это ощущает, а потому, игнорируя любые препятствия, лезет к Талири. Сворачивает кадку с каким-то лопухом, почти переворачивает стол, когда протискивается между его ножек. И успокаивается, только когда утыкается головой в колени жены. Вздрогнув, она нерешительно кладёт руки на его рога. Через секунду на лице Талири появляется грустная улыбка, с которой она поглаживает мерно урчащего Ноки.
– Если брак будет заключён по традициям Квалиона, гостиница останется за леди Расмус? – спрашиваю я, не отводя взгляда от умиротворяющей картинки.
– Что? – поперхнувшись напитком, уточняет мэр, а я понимаю, что задал верный вопрос.
Гадёныш в любом случае планировал отжать гостиницу: или через брак, или конфискацией. Но соврать он не может: я же проверю. И тогда проблемы у лорда Жабшто будут уже не только от драконов, но и от верхушки республиканского совета, с которым я более-менее наладил контакт. Не со всеми, но всё же.
– В случае если супругом магического отродья становится житель союзного государства, то официально заключённый брак по правилам Квалиона гарантирует семье леди Расмус сохранение права на гостиницу, – под скрип зубов старикашки докладывает «чемодан».
– Вот и отлично. – Хлопаю в ладони, подводя итог нашему разговору. – Значит, свадьбу проведём завтра на закате. И драконы будут довольны, и люди не обижены.
 
Глава 5. Да не хочу я замуж!
 
Талири Морвейн
– Талири, детка, ну куда ты? Давай всё обсудим.
Бархатный голос мужа бесит реакцией, которую вызывает у меня. А ещё тем, что преследует меня всюду. И тем, что его не хватает, когда я скрываюсь в туалетной комнате на первом этаже. В общем, бесит он меня в любом случае!
А-а-а! Сжимаю губы, чтобы не заорать вслух. Я не понимаю саму себя. Никогда в жизни не испытывала такого раздрая, когда разум противоречит сердцу. Я всегда знала, что и как делать. Моя жизнь крутилась вокруг гостиницы, её работников и постояльцев. Дядюшка всегда говорил, что наше предназначение – спасать тех, кто приходит к нам за помощью.
И сейчас всё это готово рухнуть под натиском одного дико самоуверенного дракона. Просто потому, что он меня не слышит. Вбил себе в голову, что я обязана ехать с ним в Демастат.
Да с какого перепуга?
– Уф, – выдыхаю я, опираясь на раковину.
Смотрю на себя в маленьком зеркальце на стене и не узнаю. Где моё спокойствие? Где благодушие? Я похожа на взъерошенную розовокрылую синицу, которая угодила в чан с водой. И так же, как эта пичуга, я должна сейчас быстро придумать, куда грести. С одной стороны – мэр, брак с которым не просто смерти подобен, а ею и является. С другой – дракон, один вид которого лишает меня самообладания. Прикосновения и голос Дерека заставляют сердце скакать как оголтелое. Бабочки в животе и вовсе устраивают парад восхищения – настолько они впечатлены генералом. Но этот же дракон давит своей волей и не слышит моего желания остаться в гостинице.
Выбор простой, и я его сделала, когда разрисовала наши с Дереком запястья. Но почему в душе растёт протест? Потому что всё пошло не по плану?
Слышу, как Ноки сиротливо скребётся в дверь. Вот ещё удача. Почему этот милаш на меня так реагирует? Я, конечно, не против такого охранника. Фракис милый, и от одного его вида у меня улыбка появляется, а настроение улучшается. Но можно мне его без драконистого хозяина, пожалуйста?
– Что?! – резко дёрнув дверь, выпаливаю я в лицо генерала, стоящего прямо за порогом.
Коридор за его спиной пуст, а на выходе я замечаю помощника мужа в компании Яйи. Этот момент меня тоже тревожит: уж больно много внимания подруга уделяет громиле.
– Ты чего такая взъерошенная? – вместо ответа интересуется Дерек. – Волнуешься из-за свадьбы? Не переживай, мои люди непривередливы в еде, да и развлечений им не надо.
Вижу же, что подтрунивает надо мной, но внутри всё полыхает от раздражения. Смотрю в смеющиеся янтарные глаза и внезапно понимаю, почему он меня так бесит. Он меня не слушает! Я хозяйка гостиницы и привыкла, что все вокруг слышат и выполняют мои просьбы. А тут появился достойный оппонент.
– Тогда, полагаю, овсяная каша на воде и без соли подойдёт для свадебного стола? Раз церемония – чистая формальность, не вижу смысла тратить на неё и без того скудные ресурсы гостиницы, – проговариваю я, с ехидным удовлетворением отмечая, как брезгливо морщится лицо муженька.
Фракис реагирует более эмоционально.
– Бе-а, – выдаёт малыш, даже вывалив язык для наглядности своего отношения к каше.
– Ну что ты, солнышко. – Подхватываю зверушку и ласково поглаживаю его между рожек. Тушка у Ноки солидная и ощутимо оттягивает руки, но я упрямо прижимаю фракиса к себе. Просто потому, что вижу: это бесит уже дракона. – Тебе мы приготовим какую‑нибудь вкусняшность. Что ты любишь? А?
– А с чего это ему такие почести, а мне – нет? – ревниво выдаёт Дерек.
– Потому что малыш, в отличие от его хозяина, не пытается навязать мне свою волю?
  
Мы какое-то время смотрим друг на друга, в явной попытке заставить друг друга отвести взгляд. Я – прищурившись, Дерек – спокойно и даже немного вальяжно.
– Может быть, мы поговорим в более комфортном месте? – наконец предлагает муж и всё-таки забирает у меня Ноки. – Дай его сюда, незачем такие тяжести таскать. Тебе ещё рожать.
– Что?!