Внезапно женат, или Хозяйка маленькой гостиницы

Мы оба замолкаем и сосредоточенно осматриваем большой зал. Для таверны при гостинице помещение довольно просторное, с отдельными нишами для общения с глазу на глаз. Ещё я видел несколько коридоров, которые сначала принял за пути к подсобным помещениям. Но периодически то один постоялец, то другой скрывались в них, неся в руках купальные принадлежности.
Странно это.
– Начинай, – повторяю я, заметив, как Эдвин, в который раз за утро, зависает на точёной фигурке Амайи. – У меня через пятнадцать минут аудиенция с местным мэром. Я еле себе время для завтрака выторговал – настолько старикашке не терпится начать действовать.
  
– А что он хочет? – Эдвин вскидывает брови.
– Это потом. Сначала доклад. Что известно про гостиницу? Как ты на неё вообще вышел?
– Пф-ф-ф, – выдыхает друг и, закинув руку за голову, несколько растерянно взъерошивает шевелюру.
Учитывая мощную комплекцию адъютанта, этот жест выглядит особенно по-детски. Будто Эдвин не хочет в чём-то признаваться.
– Ты не проверил её, да? – Сужаю глаза, пристально наблюдая за другом.
– Ну, есть такое, – нехотя отвечает он.
– Эдвин…
Откидываюсь на стуле и, скрестив руки на груди, поражённо разглядываю друга. Он никогда не вёл себя настолько беспечно. Что произошло?
– Дерек, ну, я решил, что мы уже почти дома, тут же до границы рукой подать. Какая тут может быть для нас угроза?
– Да при чём тут мы? Наши бойцы, Эдвин, – злясь, выговариваю я. Придвигаюсь к столу и стучу указательным пальцем по столешнице. – Ты в первую очередь должен думать об их безопасном отдыхе.
– Да проклятье! Дерек, мне просто сказали, что лучшего места для постоя мы не найдём. «Осколочная леди» достаточно большая, чтобы разместить небольшой гарнизон, а наш небольшой отряд тем более. Ещё под основным зданием есть купальни с горячими источниками. Что ещё нужно для комфортного отдыха?
– Кто тебе это наплёл? – спрашиваю, хотя уже сам догадываюсь об ответе.
– Яйя, – признаётся Эдвин и, явно себя не контролируя, снова находит смешливую помощницу Талири. – Мы встретились в городе, пока ты решал почтовые вопросы. И она рекомендовала нам «Леди».
– Конечно, она её рекомендовала. Она же здесь работает. Но почему ты не проверил гостиницу? Ты же видишь: тут что-то не так.
– А что тут не так? – Адъютант непонимающе хлопает глазами.
– Присмотрись!
Эдвин снова обводит взглядом мирно болтающих постояльцев. А я жду, когда же до него наконец дойдёт. На первый взгляд ничего удивительного или пугающего. Каменные, обитые деревом стены, не истекают кровью. В интерьере преобладают зелёные оттенки, а в декоре нет ни костей, ни ритуальных принадлежностей. Но то, что цапнуло меня, ещё когда я спустился в зал вместе с Талири, дошло до меня не сразу. А до Эдвина, судя по медленно вытягивающемуся лицу, – только сейчас.
– Они все слишком спокойные, – наконец-то выдаёт он. – Смотри, люди спокойно общаются с нашими. Ни в одном городе такого не было. Они все смотрели на нас как на прокажённых.
– А наши? Не замечаешь?
– Точно. Даже Арвес в споры не лезет. Думаешь, тут что-то не чисто?
– Думаю? Да я почти в этом уверен, – хмыкнув, отвечаю я. Замечаю, что Талири, закончив свои дела, направляется к нам, и поднимаюсь. – Достань мозг из штанов и разузнай больше информации о «Леди». Начни с необычного названия. Почему осколочная? Тебе не показалось это странным?
Для убедительности сопровождаю слова многозначительным взглядом. Осколками во всех странах, чьё население обладает магией, называют кристаллы, которые и даровали нам силу. И вот в этом разрезе название гостиницы становится ещё более странным.
– Альков готов, можем поговорить с мэром без лишних ушей, – почему-то шёпотом произносит Талири, подойдя ближе.
Встаёт за шаг от меня, чем вызывает виток раздражения. Сокращаю расстояние между нами, подхватываю жену за талию. Она кажется такой хрупкой и невесомой в моих руках, что хочется утащить её в родовое поместье и никуда не выпускать. Держать взаперти и в безопасности.
Вздрогнув, Талири поднимает на меня невероятные глаза. Синие сапфиры, в которых горят и страх, и решимость. Удивительный коктейль, от которого меня ведёт ещё больше.
– Ну пошли, – склонившись к её губам, прошу я.
Слышу довольное улюлюканье со стороны моих бойцов и в то же время получаю удар в грудь. Талири, покраснев и насупившись, пытается выбраться из моей хватки.
– Спокойно, парни. – Широко улыбаюсь воинам и закатываю рукава рубашки. – Это жена – моя.
Ловлю дрожь, которая прокатывается по телу Талири. Дракон во мне удовлетворённо урчит, довольный реакцией нашей истинной. Она может ершиться, выказывать независимость, но тело никогда не врёт. Талири ко мне тянет, и это хоть немного, но усмиряет мою подозрительность.
Улюлюканья затихают, чтобы потом взорваться криками одобрения. Отовсюду слышатся поздравления, причём не только от моих людей. Постояльцы тоже присоединяются, и я принимаю их пожелания с благородным снисхождением. И триумф мой был бы полным, если бы и Талири была рада. Но жена почему-то прячет взгляд, а затем и вовсе хватает меня за руку и тянет к небольшим комнаткам, которые от общего зала отгорожены непроницаемыми зелёными портьерами. Ноки следует за нами по пятам, гордо задрав голову. Будто то, что драконица – наша судьба, чисто его заслуга.
– Драконы обожают представления, да? – бубнит Талири.
– Драконы обожают демонстрировать обладание, – поправляю я. – Ты – моя жена, теперь об этом знают все. И никто не посмеет тебе навредить, если не хочет проблем от меня. – Разворачиваю её, не дав откинуть шторку. – Ты поняла, Талири?
– Да поняла я вас, – сморщив идеальный носик, ворчит жёнушка и тихо-тихо добавляет: – Ревнивец какой попался.
– Предпочитаю именоваться рьяным защитником семьи, – довольно улыбнувшись, парирую я. – И не «вас», а «тебя». Талири, привыкай.
Мне так нравится её имя, что не отказываю себе в удовольствии произносить его чаще. Как перезвон горного ручья. От одного его звука окатывает прохладой и умиротворением.
– Да уж постараюсь, – хмуро отвечает жена, наконец открыв проход в небольшую комнатушку.
– Ноки, охраняй, – бросаю я недовольно надувшемуся фракису и шагаю внутрь.
Без окон, комната тем не менее заполнена мягким светом свечей. Полукруглый диван, овальный стол, множество растений и диковинных фигурок на полочках – вот и весь интерьер. Но всё здесь дышит уютом и любовным подбором деталей. Не знаю, кто занимался обустройством гостиницы, но даже по тому, что я успел увидеть, могу заключить: хозяева очень любят своё детище.
– Лорд Расмус, леди Морвейн! – приветствует нас мэр, вскочив с дивана.
Рядом с ним сидит какой-то плюгавый коротышка настолько непримечательной внешности, что я поначалу принимаю его за мэрский чемодан – уродский и громоздкий.
– Леди Расмус, – поправляю я лорда Жабшто и усаживаюсь напротив него.
Талири остаётся стоять, бросая напряжённые взгляды то на меня, то на ехидно улыбающегося мэра. Протягиваю ладонь, приглашая её присоединиться ко мне. Всего секунды хватает, чтобы Талири приняла верное решение. Но этой же секунды достаточно, чтобы мэр уловил колебания в её поступке.
– По законам Квалиона леди всё ещё Морвейн.
Старик скалится, отчего я мигом ловлю ассоциацию со стервятником. И Талири, получается, его добыча, от которой он отказываться не намерен. Ну-ну, это мы ещё посмотрим.
– По законам Демастата Талири стала моей женой ровно в тот момент, когда на наших руках проступили метки. – Протягиваю вперёд руку, демонстрируя чешуйки на ней.
  
Плюгавый «чемодан» моментально оживляется и, достав из поясной сумки какие-то документы, принимается активно в них строчить.
– Получается, леди Морвейн у нас драконица? – прищурившись на мою жену, уточняет лорд Жабшто.
– Да, – холодно подтверждает Талири.
Она сидит так близко, что я вижу, как нервно бьётся жилка на её точёной шейке. Алебастровая кожа такая прозрачная, что кажется: от малейшего прикосновения проступит синяк. Таких, как моя жена, хочется беречь – даже ценой собственной жизни.