"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Да что за чушь происходит?..
Глава 3
Первый квест
Кто вы такие и почему это должно меня волновать?!
Я все-таки набрал в кроссовки воды, пока ошарашенный шел из магазина, причем в обе. Впрочем, «система» – так я решил называть нечто, выдающее мне информационные блоки, – молчит, не пугая дебафами. Дискомфорт присутствует, но переохлаждением не грозит.
В голову лезут, наслаиваясь, мысли. Я схожу с ума? У меня опухоль мозга? Расстройство личности? Может, провериться?!
Я нехотя докуриваю третью сигарету подряд, одновременно перебирая в памяти врачей и клиники. Не выдерживаю, гуглю и онлайн записываюсь в ближайшую.
Немного успокаиваюсь, и ко мне приходит на первый взгляд несуразная мысль – а реален ли этот мир? Что, если я здоров и со мной все в порядке? Тогда, может, дело в самой реальности?
Дворовые гопники, промокшая обувь, вполне себе натуральный дым сигарет и муравьишка, ползающий по лавочке возле моей руки, – все, абсолютно все, кричит о том, что этот мир реален.
Но то же самое чувствовали и ощущали Лаит с Маханом, попав в Друмир и Барлиону [11] – абсолютную реальность. Так что идея была не такой уж нелепой. А что, похитили меня инопланетяне или всемогущая Корпорация, погрузили мое не первой свежести тело в капсулу и устроили полное погружение в виртуальность. Зачем? Не знаю. Никогда не считал себя избранным, даже когда меня избрали старостой класса. Но попытаться проверить идею стоит. Я слишком много играл в компьютерные игры, чтобы не суметь отличить реальность от виртуальности.
Правой рукой вытаскиваю зажигалку, левую вытягиваю чуть перед собой. Щелкаю, кастуя [12] огонь под ладонью – вжик, вжик! Выдерживаю пару секунд и отдергиваю руку, я не мазохист терпеть боль, когда тело кричит: «Капец! Убивают!»
Больно!!!
Одновременно, как в 3D-фильме, всплывает и сразу же затухает системный текст:
Получен урон: 1 (огонь).
Дую на ладошку. Боль, как первое доказательство реальности мира. Покрасневший участок кожи на ладони – второе доказательство. Системный текст из ниоткуда рушит всю доказательную базу.
И что значит урон «1»? Один чего? Сколько у меня всего хитпоинтов? Как посмотреть свои статы [13]? Скиллы [14]? Какой у меня уровень социальной значимости? Это то же самое, что и левел? Уровень? Как набивать экспу [15]?
Бешено вращаю глазами, скашиваю их во все стороны, но не вижу никаких иконок, кнопок и баров [16], кроме полоски здоровья с процентами. Моргаю, и шкала здоровья уплывает вверх за пределы поля зрения. Стоп!
Моргаю еще раз. И снова здравствуйте, с вами уровень вашего здоровья! Останавливаю взгляд на красной полоске, и на ней проявляются цифры: 69,31792 %. Вот оно!
Таращу глаза на проценты. Ничего.
Снова моргаю. Ничего.
Думаю о том, как хорошо бы видеть свои очки жизненных сил, как выражается система, не в процентах. Проценты исчезают, и проявляются абсолютные значения: 6238/9000.
Надо было просто захотеть и подумать об этом?
Скиллы, статы, ладно, потом разберусь, отвлекся.
Черт, да что за дебафы [17] на мне? Как жизнь поднять до положенных 9000 хэпэ?
Опять отвлекся и с жизнью разберусь потом. То есть с «жизнью». То есть с хэпэ! Сейчас главное – это разобраться, в реальности ли я.
Только я об этом подумал, как возле моих ног остановилась чья-то тень.
– Прошу прощения!
Поднимаю глаза.
– Здра-а-аствуйте, молодой человек! – обращается ко мне колоритный такой старичок в шляпе, проглатывая «л». Смотрит при этом он куда-то в землю.
Срабатывает воспитание, и я вскакиваю на ноги.
– Здравствуйте! – отвечаю. – Чем могу помочь? Хотите присесть?
Оглядываю аллейку. Свободных мест полно – будни, рабочий день только начался.
– Нет-нет, спасибо. Я, собственно, вот по какому вопросу решил к вам обратиться, – бубнит пенсионер. – Понимаете, мне тяжело ходить. Но ходить надо, вот я и хожу. Гуляю по аллее туда-сюда, туда-сюда, а в перерывах между этими хождениями присаживаюсь и читаю газету. Без чтения свежих газет…
Думаю, что старичок как-то совсем по киношно-книжному разговаривает, а сам киваю и поддакиваю, пытаясь поймать взгляд, но тот упорно смотрит вниз, не поднимая глаз. На нем летние туфли, потертый пиджак с заплатками на локтях, а его широкие джинсовые штаны натянуты по грудь и гордо перевязаны ремнем с металлической пряжкой Jamiroquai. Что это за пасхалка [18] от гейм-дизайнеров на этом бравом NPC [19]?
Я не могу сдержать смех. Старичок прерывается и удивленно смотрит мне в глаза.
Самуэль Михайлович Панюков, ‘Крыса’, 83 года
Лол, что? Крыса? Всматриваюсь внимательнее, и информации становится больше.
Текущий статус: пенсионер.
Двадцать седьмой уровень социальной значимости.
Класс: чиновник восьмого уровня.
Вдовец. Дети: Наталья, 54 года. Внуки: Глеб, 31 год.
Замечен в противоправных действиях!
– Простите, гражданин Панюков…
И тут старичок завис. Натурально так завис, не как непись, а как настоящий человек.
Затем пошамкал, уставился куда-то в сторону и произнес:
– В одна тысяча девятьсот тридцать шестом году я бы забеспокоился, молодой человек, что вы меня знаете. Я хоть и ходил тогда под стол пешком, а о временах тех знаю не понаслышке. И когда незнакомые молодые люди обращались к тебе по фамилии, ничего хорошего это не предвещало. Вы меня, конечно, извините, что не обращаюсь к вам по имени-отчеству, но я совершенно уверен, что мы с вами не знакомы. На что-что, а на имена и лица у меня преотличнейшая память.
Точно, бот! Бот с идеальной памятью! Или нет? Любой игровой NPC и ухом бы не повел на мое знание его имени! А Самуэль Михайлович повел и даже слегка напрягся.
– Позвольте, я присяду…
– Фил… Филипп, – представляюсь я.
– Что же, Филипп, – старичок садится, снимает шляпу и поправляет свои редкие седые волосы. – Так откуда вы меня знаете? Хотя постойте… Я имел честь преподавать курс марксизма в одна тысяча девятьсот…
– Самуэль Михайлович! – перебиваю его. – Мы и вправду не знакомы. Но мы с Глебом вместе учились, я знаком с его мамой Натальей Самуэлевной Панюковой, и она рассказывала о вас. Вы – большой человек!
Говорю последнее предложение и ни капли не лукавлю. Сява – четвертый левел, продавщица – девятый. А тут – двадцать седьмой! Сто пудов, прокачался старичок за жизнь. Как же посмотреть свой?
Панюков заметно успокаивается и, кажется, даже польщен.
– Ну что вы, что вы… Служил Отечеству, как каждый из нашего поколения. Это молодежь все на Запад смотрит! Глебка – так тот вообще в Израиль собрался! Вот в наше время…
– Самуэль Михайлович! – переминаясь с ноги на ногу, я закуриваю очередную сигарету. Хочется в туалет. – Простите, что перебиваю, но мне надо идти.
– Конечно, конечно, Филипп… Но… – Тут старичок мнется, но все-таки продолжает: – Я ведь с какой целью к вам обратился. Понимаете, мне тяжело ходить. Но ходить надо, вот я и хожу. Гуляю по аллее, туда-сюда…
Черт, может, он все-таки непись? Ей-богу, боты в чатах и то человечнее разговаривают. Решаю проверить и снова перебиваю. Невежливо, но если это вирт, то вежливость подождет. Надо разобраться!