"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
– Фил! Здорово!
Остальные, мельком взглянув, продолжают заниматься своими делами.
Не жду ничего хорошего. Слава, или Сява, как его все зовут, как-то привязался ко мне по пути из магазина домой. Тогда я был в хорошем настроении – неплохо заработал и накупил деликатесов, чтобы отметить вечером с Яной. Мы разговорились, я великодушно угостил его бутылкой пива и ушел домой, напрочь забыв и о нем, и о разговоре.
А вот он не забыл, как выяснилось. Теперь каждый раз, встречая меня, он лезет обниматься, между делом пытаясь стрельнуть то сигарету, то денег.
– Здорово, Сява!
Он подходит ко мне, сильно жмет руку, приобнимает, похлопывая по спине, и слегка проводит руками по задним карманам джинсов, словно обыскивая. В глазах снова мутнеет. Я упорно вглядываюсь в его лицо, но вижу все расплывчато.
– Ох е… Ты чего такой шалой? – В его голосе ни капли сочувствия, так, подметил факт.
– Что-то хреново, обожди, – я отстраняюсь, пытаясь привести себя в порядок. Тру глаза, всматриваюсь, изо всех сил напрягая зрение.
Сявино лицо обретает резкость. Только сейчас замечаю, что у него очень густые и длинные ресницы. Наверное, был очень красивым ребенком, но взрослая жизнь все испортила. Лоснящаяся кожа в оспинах, перебитый кривой нос, прокуренные желтые зубы, сальные волосы…
А это что за фигня?!
Я вглядываюсь, снова тру глаза, смотрю – фигня не пропадает!
Сява пугается и озирается.
– Не понял! Ты че, Фил? Че не так? А? Ху…
– Погоди! – перебиваю и провожу рукой над его головой. Рука ничего не чувствует. Но это есть!
Перехватывает дыхание, я не могу отвести взгляд от четкой и недвусмысленной зеленой надписи, словно витающей в воздухе над Сявиной головой:
Вячеслав ‘Сява’ Заяцев, 28 лет
– Заяцев??!
– Что? – вздрагивает Сява.
– Твоя фамилия Заяцев?
– Э… Да… А ты… Откуда ты знаешь?
Я молчу, усиленно думаю. Мои мысли – мои скакуны, все как в песне. Эскадрон моих мыслей шальных мечется по полю сознания, не в силах совместить реальное с нереальным. Все это может быть галлюцинацией – от недосыпа, от переигрывания, от похмелья. Сосредотачиваюсь на надписи, и вдруг она растягивается вниз, словно развернувшийся свиток.
Вячеслав ‘Сява’ Заяцев, 28 лет
Текущий статус: безработный.
Четвертый уровень социальной значимости.
Не классифицирован.
Холост.
Замечен в противоправных действиях!
Последняя строчка мерцает красным. Сосредоточив взгляд на ней, я пробую «раскрыть» и ее, но ничего не выходит. Из ступора меня выводит безработный В. Заяцев с четвертым уровнем социальной значимости:
– Фил! Фил! Але, чудила!
Текст сворачивается до первоначальной строчки.
– Слушай, а почему не Зайцев? – вдруг спрашиваю я.
– А, так это… – Сява мнется. – У предка фамилия была просто Заяц, а потом зачем-то в паспорте «Заяцев» написали. – А тебе зачем?
– Так «Зайцев» же будет, если склонять.
– А, ну да, ну да… – подозрительно легко соглашается со мной он. – Ну, так это… Я пойду?
– Надо – иди.
– А это… Сигаретки не будет?
– Не-а, кончились.
Сява вздыхает о чем-то своем, разворачивается и уходит назад.
– Сява, стой!
Он оборачивается и вздергивает подбородок:
– Чего тебе?
– Тебе двадцать восемь?
Он кивает и идет дальше. Надпись над его головой все так же мне сообщает, что этот человек – Вячеслав ‘Сява’ Заяцев двадцати восьми лет, но по мере его отдаления уменьшается в размерах, пока вовсе не пропадает.
Я не рискую идти за ним, чтобы проверить, работает ли это с другими. Резко хочется курить, и я выхожу из двора на улицу.
Иду, вглядываясь в прохожих, предметы, знаки, вывески, проезжающие машины, но ничего похожего с Сявой не происходит. Пытаюсь списать все на переутомление, но фамилия! Я не знал и не мог знать его фамилии, как и его возраста!
Все еще в раздумьях, захожу в магазин, подхожу к кассе, протягиваю деньги.
– «Кент», четверку.
Молодящаяся продавщица, прижав телефон плечом к уху, с кем-то разговаривает. Не прерывая беседы, берет деньги, отсчитывает сдачу и вместе с пачкой сигарет кладет на прилавок. На секунду ее взгляд пересекается с моим.
– Бинго! – восклицаю я, дрожащей рукой беру сдачу и сигареты, пихаю их как придется в карман и вылетаю на улицу.
Сразу, как только продавщица посмотрела мне в глаза, над нею появился системный текст:
Валентина ‘Валя’ Гашкина, 38 лет
На улице, чертыхнувшись, я понимаю, что свалял дурака. Возвращаюсь, снова протягиваю деньги:
– Валентина, забыл, дайте, пожалуйста, еще зажигалку.
– Я перезвоню, – говорит она кому-то в трубку и смотрит на меня. В глазах недопонимание. Видимо, списывает меня в разряд местных алкашей, знающих всех продавщиц района поименно, и успокаивается.
Пока она тянется за зажигалкой, я успеваю «раскрыть» блок информации.
Валентина ‘Валя’ Гашкина, 38 лет
Текущий статус: продавец-кассир.
Девятый уровень социальной значимости.
Класс: торговец третьего уровня.
Вдова. Дети: сын Игорь, 18 лет; сын Иван, 11 лет.
Замечена в противоправных действиях!
Решаю идти до конца в своем эксперименте.
– Как дела, Валентина? Как Игорек, Ванька?
Вот здесь ее пробрало, она снова уставилась на меня с зажигалкой в руке, пытаясь вспомнить, откуда я ее могу знать. Не вспомнив, но решив для себя, что мы знакомы, но признаваться в том, что не помнит – неудобно, она все-таки отвечает:
– Игорь нормально, в универе своем учится, на второй курс почти перешел. Ванька вот совсем хулиган, двоечник! Уж его Игорь вроде воспитывает, а все не то, нет у Ваньки того уважения, что к отцу…
Внезапно прерывается, удивленная собственной откровенностью. Вздыхает, протягивает зажигалку.
– Вы уж простите… Откуда вы меня знаете?
– Встречались как-то у общих знакомых, – мямлю я, беру зажигалку и ухожу.
Выйдя из магазина, быстро иду в сторону аллеи, на ходу распаковывая пачку сигарет. Сминаю обертку, закидываю в урну, прикуриваю, затягиваюсь. По пути думаю: что же за противоправные действия совершила продавщица? Подворовывает из кассы по мелочи?
Дойдя до первой же лавочки, сажусь, устало откинув ноги. Никотин разливается по артериям и достигает мозга.
В периферии зрения что-то мигает, заставляя меня скосить взгляд. Оттуда выскакивает, укрупняясь, текст, но на этот раз он обо мне.
Внимание! Легкая степень отравления!
Снижение жизненных сил на 0,00018 %.
Текущее значение жизненных сил: 69,31882 %.
Вчитываясь, я снова затягиваюсь. Число снижения жизненных сил меняется на 0,00021 %. Я смаргиваю, и текст исчезает куда-то за край зрения.
Жизненные силы – это хэпэ [9]?
Я докурил сигарету, представляя, как с каждой затяжкой теряю 0,00003 % жизненных сил. Курить становится противно, срабатывает геймерский опыт избегать дебафов и негативных дотов [10]. Дальше курю уже из принципа.
Стоп, а сколько у меня всего жизни?
В левом нижнем краю поля зрения проявляется красная шкала, заполненная на те самые 69 % с небольшим. Не понял, а где остальные 30 % с небольшим сил?
Это что, я одной сигаретой себе снес треть здоровья? Или это некий накопительный эффект от…
Понятно, от чего. Бессонные ночи, плохое питание, алкоголь, курение, адская экология, наконец. Понятно.
Это – понятно.
Но все остальное!