Основные Больные Вещи (ЛП)

Через секунду раздался знакомый голос.
- Алло? Мелфорд слушает.
- Проверь почту, Сэм. Я отправил тебе сообщение... и кое-что еще.
Аллен слушал, как на том конце линии раздался отдаленный стук пальцев по клавиатуре. После долгой паузы Сэм заговорил снова.
- Черт.
- Сэм, те люди, что совершали эти убийства... они связаны с местом, упомянутым в журнале? Котуллой?
Детектив тяжело вздохнул.
  
- Да... все они сидели в тюрьме Котуллы... незадолго до того, как ее закрыли.
- Закрыли?
- Да, старая тюрьма стала слишком опасной. Восемь месяцев назад открыли новую. Джеймс Ли Стэплтон и еще дюжина были последними, кто отбывал там срок перед закрытием.
- А камера, в которой они сидели?
- Номер девять, - мрачно подтвердил Сэм. - Согласно записям округа Ла Салль.
Долгое, неловкое молчание повисло на линии почти на полминуты. Затем Аллен заговорил.
- Так что ты собираешься делать, Сэм?
- Думаю, съезжу в Котуллу и сам все проверю. Не хочешь поехать со мной?
- Как раз завтра у меня нет операций.
- Отлично. Заеду за тобой около семи. Завтракаем и в путь.
- Звучит неплохо.
Сэм Мелфорд больше ничего не сказал, просто повесил трубку.
Аллен откинулся в кресле и задумался о тайне паразитических пауков и своей роли в этом деле. Он должен был признать: ему было до чертиков страшно. Больше всего на свете он хотел остаться в Сан-Антонио и забыть об этом кошмаре.
Но его проклятое любопытство снова взяло верх, и он понял, что у него нет выбора, кроме как отправиться туда и встретиться со своими страхами лицом к лицу, будь они глупыми и беспочвенными или нет.
* * *
Дорога в 89 миль от Сан-Антонио до маленького нефтяного городка Котулла заняла полтора часа. Они прибыли около половины десятого и пару раз останавливались, чтобы спросить дорогу, прежде чем нашли нужное место.
Старая тюрьма стояла в заброшенной части города, окруженная пустыми магазинами и треснувшими тротуарами, заросшими сорняками и усыпанными мусором. Сэм припарковал машину снаружи, и они долго сидели, разглядывая здание. Оно было древним: одноэтажное строение из самана, типичное для Западного Техаса, Нью-Мексико и Аризоны середины и конца XIX века. Стекла в переднем окне были разбиты. Оставшиеся осколки отражали яркий солнечный свет, а тени внутри казались густыми и мутными.
Сэм и Аллен переглянулись.
- Ну, мы на месте, - сказал детектив. - Пойдем, посмотрим, найдем ли что-нибудь.
Аллен кивнул, хотя сама мысль войти в это место, учитывая его мрачную историю, внушала ему ужас. Он начал задаваться вопросом, зачем вообще согласился поехать.
Они вышли из машины и пересекли крытый тротуар к входной двери. Ожидали, что она будет заперта, но нет. Тяжелая деревянная дверь распахнулась внутрь с визгом ржавых петель.
Тьма за порогом выглядела зловеще.
- Погоди секунду, - Сэм вернулся к машине и достал мощный черный фонарь "Maglite".
Луч света разрезал мрак, открывая кучи мусора и сломанной мебели. В дальнем углу лежал старый матрас, окруженный пустыми банками и бутылками из-под пива.
- Похоже, тут кто-то жил. Может, просто бродяга, проходивший мимо, - заметил Сэм, водя лучом из стороны в сторону.
- Где камеры? - спросил Аллен.
Его голос звучал громко и гулко в передней комнате заброшенной тюрьмы.
Сэм указал на дверь за длинной деревянной стойкой.
- Там, наверное, - полицейский помедлил и посмотрел на хирурга. - Не знаю, что мы найдем там, но, учитывая последние дни, думаю, нам надо быть готовыми ко всему, - Сэм оттянул правую сторону пиджака, показав кобуру с револьвером калибра .38. - Я имею в виду ко всему.
Вместе они вошли в дверной проем. Сначала был узкий коридор с маленькими комнатами по обе стороны, когда-то служившими временными офисами. Затем перед ними возникла еще одна дверь, слегка приоткрытая. Она была тяжелее предыдущей, с маленьким зарешеченным окошком в верхней части и старым замком коробчатого типа под ручкой.
Сэм толкнул дверь, и они оказались в тюремном блоке. Четыре камеры тянулись слева, еще четыре - справа. Дальше стояла камера номер девять. Ее железные прутья проржавели от времени и были покрыты клочьями старой паутины. В отличие от дверей других восьми камер, дверь девятой была открыта, словно приглашая войти.
- Думаешь, он все еще там? - спросил Аллен. Мурашки пробежали по его рукам, пока они шли по булыжному полу к камере в конце коридора. - Ну, знаешь... янтарный камень в стене?
- Это мы сейчас узнаем, - Сэм взял инициативу.
Они вошли в открытую дверь камеры и осмотрели ее в свете фонаря. Обстановка была скудной: только койка у левой стены и грязные раковина с унитазом справа, явно добавленные после начала века. В комнате стоял сырой, плесневелый запах, смешанный с другими ароматами, знакомыми обоим мужчинам. Медный запах свернувшейся крови и разложение человеческой плоти.
- Этот смрад, - сказал Аллен. - Откуда он?
Сэм медленно повел лучом фонаря, пока не осветил то, чего они не заметили сразу.
- Вот там. Под койкой.
Они присели и нашли источник зловония. Это было тело мужчины. Труп лежал на боку, одежда пропитана засохшей кровью в десятке мест. Тело было иссохшим и истощенным, как мумия.
- Что, черт возьми, с ним случилось, док? - спросил Сэм.
Взяв фонарь, Аллен осмотрел останки.
- Похоже, его телесные жидкости высосали, как... как паук высасывает насекомое.
- Как давно он тут?
- Несколько недель, я бы сказал. Может, дольше. С такой степенью разложения тканей трудно сказать точно.
Мелфорд покачал головой.
- Кажется, он забрался туда, чтобы спрятаться. Убежать от чего-то.
Вместе они повернулись к задней стене тесной камеры. Когда луч осветил камни и раствор, одна деталь в центре сразу бросилась в глаза. Прямоугольный блок, сияющий, как янтарное стекло, в свете фонаря.
- Вот он, - сказал Сэм.
Они изучали его, не подходя слишком близко. Камень был расколот пополам, открывая глубокую впадину в центре. Сэм направил свет внутрь. Внутреннее углубление янтарного блока было пустым. Ни большого паука, ни яйцевидного гнезда, как описано в журнале шерифа. Просто пустота.
- Их там нет, - раздался неожиданный голос сзади. - Но они где-то рядом.
Они обернулись и увидели мужчину, стоящего по ту сторону дверного проема камеры. Он был высоким и худым, с редеющими до прозрачности волосами и изможденным, небритым лицом. На нем была форма помощника шерифа, когда-то хрустящая хаки, а теперь мятая и темная от пота и других, более зловещих пятен. Значок над правым карманом потускнел, а нашивка на рукавах указывала, что он офицер полиции Котуллы.
Он выглядел изможденным сверх меры, а его глаза выдавали нестабильное состояние рассудка. Кривоватая ухмылка пересекла его худое лицо, и он подмигнул.
- О, они точно где-то здесь.
- Кто вы? - спокойно спросил Сэм.
- Это уже не важно, - пробормотал мужчина. - Тот, кто не смог отпустить, наверное. Зачем мне двигаться дальше, к уютной работе в новенькой тюрьме... когда все мои маленькие друзья здесь, где им место? Где мое место?
- Вы тут работали? - спросил Аллен.
- Работал? - идея, похоже, его позабавила, и он издал грубый, хриплый смешок. - Может, сначала. Потом они дали о себе знать, и я просто существовал. Отвернулся от семьи и друзей... от своей человечности. Ничего не имело значения... кроме служения им.
- И под служением им вы имеете в виду... его? - спросил детектив, указывая на высохшие останки под койкой.
Помощник пожал узкими плечами.
  
- Некоторых они подчиняют, других пожирают. Ему повезло.
- Кто они такие? - потребовал ответа Аллен.
Мужчина уставился на него.
- Ты знаешь, кто они! Я вижу это в твоих глазах. Пауки, черт возьми! Чертовы пауки!
Аллен взглянул на Сэма и заметил, что тот неотрывно смотрел на одну точку во время разговора. Хирург проследил за его взглядом и вдруг почувствовал, как его сердце пропустило удар.