Обитель зла: После рассвета (СИ)
Ребекка, осматривая свой сектор, вышла к экспрессу «Эклиптика», совершившему аварийную остановку в лесу. Обследовав его, она обнаружила, что все пассажиры либо мертвы, либо заражены неизвестным вирусом. Там же она наткнулась на тело Билли Коэна. Чтобы подтвердить факт гибели заключённого, Чемберс забрала его армейский жетон. Позже до поезда добрался её напарник Эдвард Дьюи, однако он был серьёзно ранен и скончался на месте. Ребекка вернулась обратно в лес в поисках оставшихся членов своей команды. На следующий день она выбралась к особняку Спенсера.
— Итак, офицер Чемберс, — наконец заговорил Клеймор. — Давайте ещё раз пройдемся по хронологии: после смерти вашего сослуживца, офицера Дьюи, Вы приняли решение разыскать группу.
— Верно, — ответила Ребекка.
— В какое время Вы покинули поезд?
— Точного времени я не назову… Думаю, было около часа ночи.
— А в какое время Вы вышли к особняку Спенсера?
— Наверное… к полудню.
— К полудню 24-го июля, — уточнил Клеймор, глядя в свой блокнот.
— Да, — подтвердила Ребекка.
Она обеспокоенно посмотрела на Хейза. Он чуть повел головой, мол «не переживай».
— Офицер Чемберс, у Вас какие-то проблемы с ориентированием на местности? — поинтересовался спецагент.
Широко распахнув глаза, она ответила:
— Нет.
— Тогда объясните мне, как получилось, что на расстояние в шесть миль у Вас ушло почти 12 часов?
Она облизнула губы и без запинки ответила:
— Долгое время я старалась держаться неподалёку от места, где мы рассредоточились. Не найдя Коэна, группа бы вернулась обратно.
— Разумное решение, — согласился Томас. — Почему Вы тогда не возвратились в точку высадки?
— Я… — тут Ребекка чуть поплыла, но всё же собралась. — Я исполняла указания командира: приказа идти к вертолёту среди них не было.
— Угу, — промычал Клеймор, видя, как она проводит подрагивающими пальцами по волосам. — Можете идти, офицер Чемберс.
Для конференц-зала в помещении было слишком тихо. Только звуки дыхания и приглушённый шум, доносящийся из парадного холла. Офицеры S.T.A.R.S. будто снова оказались в вертолёте: обстоятельства не позволяли говорить, а они и не противились этому обету молчания. Судя по лицу Брэда, недавно вернувшегося с дачи показаний, «рапорт» он, как обычно, завалил. Впрочем, Ребекка тоже не светилась от радости.
Когда очередь дошла до Барри, Хейз отметил, как разительно изменился характер допроса. Несмотря на то, что Бёртон периодически скатывался в сарказм и отпускал бранные словечки, в его подаче чувствовались вес и опыт. Он держался в рамках фактов и не юлил, даже когда приходилось изобличать самого себя. В той же тональности держалась Джилл. Она говорила ёмко и по существу. Стереотип, что женщинам не место в силовых структурах, в её случае не работал. Благодаря своей природе Валентайн держала нужный баланс: когда требовалось защищаться — разила точно сталь, когда стоило сбавить обороты — стелила как шёлк.
Что до Редфилда — он был их негласным лидером. Это Адам понял ещё при знакомстве с группой. На допросе он отвечал уверенно, информацию излагал ясно, с нужным уровнем анализа, но без лишних оценок. Его личное дело можно было использовать как образец для новобранцев. Крису пока мешала молодость: порой он был ни к месту импульсивным, с обострённым чувством справедливости. Но Хейз не сомневался — в будущем стрелок отряда «Альфа» сможет стать первоклассным командиром.
Адам вернулся в конференц-зал вскоре после завершения первого круга. На входе он кивнул Диасу и направился к бойцам S.T.A.R.S. Офицеры соблюдали положенную изоляцию — их кресла стояли на удалении друг от друга. Никто не произносил ни слова.
— Поздравляю — один этап позади, — сказал адвокат, опускаясь на стул. — Ребекка, Брэд — ваше участие на этом закончено. Вы свободны.
Заявление удивило всех. Викерс облегчённо вздохнул и пододвинулся на край сиденья. Ребекка напротив прижалась к спинке и почти шёпотом вымолвила:
— Но почему?
Остальные повернулись в её сторону, включая Хейза. Он глянул на неё с лёгким умилением, которое исчезло, как только он заговорил:
— Дальнейшее разбирательство будет касаться работы участка в целом и личности Альберта Вескера в частности. ФБР решило исключить источники, способные заведомо исказить суть дела. Брэд не может подтвердить ни одного обвинения, предъявленного в адрес командира S.T.A.R.S. Что касается Вас, Ребекка… Вы служите в подразделении менее двух месяцев — Ваши показания не сыграют особой роли.
Чемберс продолжала смотреть на Адама, будто он может передумать. Но это был не летний лагерь, и на вторую смену её оставлять никто не собирался.
— Понимаю, всё происходит довольно неожиданно, но вам пора, ребята, — подытожил Хейз, вставая. — Я провожу вас к федеральному агенту, с которым вы закроете все формальные моменты, и после этого сможете идти домой.
Ребекка неуверенно поднялась, смотря на сослуживцев, точно потерявшийся олень. Джилл одними губами произнесла — «ты молодец», Барри по-отечески улыбнулся, а Крис подмигнул, подумав — «наконец-то что-то сделано правильно». Викерс вскочил ещё на фразе «вам пора» и в нетерпении дёргал коленом. Когда адвокат двинулся к выходу, Брэд чуть замялся и, окинув взглядом остатки своего отряда, произнёс: «Удачи».
Часть 6
Уже несколько минут Барри смотрел на отражение в стекле Гезелла, ожидая возобновления диалога. Тусклый свет лампы, едва освещавшей помещение, начинал раздражать. Наверное, это какой-то психологический трюк — создавать в комнате для допросов интимную обстановку. Чтобы подозреваемые неосознанно раскрывали свои грязные тайны. Хотя Бёртон был уверен — всё намного проще: шериф просто зажал бюджетные средства на обустройство участка.
— С нашей стороны вопросов больше нет, — сказал агент Дженсон, заменивший своего напарника на этом этапе. — Слово Олби Нельсону.
Барри неторопливо перевёл взгляд на тощего хлыща в спецовке «Амбреллы». Его стул стоял почти у стены, рядом с микрофонной стойкой. Он листал какие-то бумаги, постоянно слюнявя указательный палец.
— Мистер Бёртон, Вы работаете в подразделении с момента его основания, верно? — наконец спросил он.
Голос его был низким и немного гнусавым, а взгляд совершенно пустым.
— Да, — ответил Бёртон.
— Как и Ваш коллега, офицер Редфилд.
— Верно.
— А до этого вы вместе служили в ВВС США, так?
— Да, так.
— То есть, можно сказать, вас связывают дружеские отношения?
— Можно. Это не секрет.
— Правда ли, что офицер Редфилд был на особом положении в отряде «Альфа»?
Барри чуть прищурился:
— Не понял вопроса…
Хейз, сидевший рядом, едва заметно улыбнулся — Бёртон не позволял топить себя в сомнительных оборотах.
— Я пе-ре-фор-му-ли-ру-ю, — почти по слогам произнёс Нельсон. — Капитан Вескер выделял офицера Редфилда среди остальных?
— Он всегда положительно отзывался о его работе, если Вы об этом.
— Тогда скажите, известны ли Вам причины, по которым командир решил заручиться именно Вашей поддержкой?
— Нет, — сухо ответил Барри.
— Верно ли, что Вы вступили в сговор со своим командиром 24-го июля до начала миссии в Арклейских горах? — почти нараспев произнёс адвокат «Амбреллы».
— Нет.
Дженсон поднял на Бёртона удивлённый взгляд.
— Я не выступал в сговор с Альбертом Вескером, — холодно уточнил Барри. — Капитан шантажом вынудил меня выполнять свои требования.
— Да, конечно… — отозвался Олби, снова роясь в документах.
У Барри было ощущение, что он находится на очень плохом стендапе.
— Капитан Вескер угрожал расправой над членами Вашей семьи, утверждая, что держит их в заложниках, так?
— Да, — сказал Бёртон с нажимом, уже устав отвечать на одни и те же вопросы.
— Вы попросили его предъявить какие-то доказательства?
— А какие доказательства, по-Вашему, я должен был попросить? Отрезанный палец моей жены?!