Навязанная, беременная, моя! (СИ)

Свена, заметив моё смятение, возмущение, объяснила:
– Мы вернули послу то, что принадлежит тринарцам, а он пусть сам разбирается со свитой.
Значит, гхарт Роберт здесь не при чём! От облегчения я выдохнула. Свена же решила, что у меня сбилось дыхание от гнева.
– Если желаете, мерзавок вернут и в назидание другим высекут прилюдно.
– Разве это что-то изменит? – вздохнула я, прекрасно понимая, что слухи про шаельский двор в любом случае поползут.
  
– Зато другие служанки сразу присмирели. А то только и шушукались по углам, хвастаясь подарками. Глупые дурочки думали, что приглянулись знатным северным варварам. А тринарские хитрецы не скупились на лесть и посулы, только бы разузнать больше о княжестве и о вас, Лиэн. Поэтому прогулка с гхартом пройдёт в сопровождении удвоенной охраны.
Новость окончательно расстроила меня. Гхарт Роберт теперь думает, что наш двор, а значит, и я, излишне легкомысленны. Так ещё прогулка будет совсем не такой, как думала. А я-то надеялась, что мы сможем пообщаться, узнать друг друга лучше…
– Лучше будет отменить прогулку. – Приняла решение скрепя сердце.
– Это невозможно, дитя моё. Послы уже ждут вас. Кроме того, после вашего возвращения состоится бал. Ваш отказ заденет послов.
– Но Свена, рассуди сама: мои фрейлины, наша удвоенная охрана. И Гхарт Роберт будет тоже не один. Это получается уже не прогулка, а целая процессия, – посетовала я.
– Как иначе? – Развела локтями она, продолжая плести косу. – Вы любимая дочь отца, первая красавица и надежда Шаеля. Князь оберегает вас. К тому же он должен заботиться и о безопасности послов. Только представьте, чем обернётся подлое нападение кенарийцев на тринарских гхартов на нашей земле? Страшно подумать!
Да, покушение надолго рассорит Шаель с Тринаром, приведёт к вражде с соседями, а то и кровопролитному столкновению. Этого никак нельзя допустить! Мысленно смирившись, что прогулка пройдёт не так, как мечтала, я вздохнула и решила, что постараюсь приложить все силы, чтобы общение с послом прошло непринуждённо, без упоминания вездесущей политики. А что касается сопровождающих, постараюсь не обращать на них внимания.
Рукава наряда развевались на ветру, подол платья тянулся следом. Когда я вышла на крыльцо, лицо гхарта Роберта вытянулось от удивления. А его глаза… Как они смотрели!
  
Глава 4
 
Сердце гулко застучало, отдавая в висках. Именно такое ошеломляющее впечатление я и хотела произвести, но если бы знала, что вытворят служанки, выбрала бы более чопорный наряд. Как жаль, что быстро сменить платье невозможно.
Думая обо всём этом, выше вскинула голову и, стараясь не смотреть гхарту в глаза, стала гордо спускаться по ступеням.
Фрейлины, шурша тканью, присели в реверансе. Их компаньоны, тринарские высокородные воины, застыли в поклонах. Сам гхарт Роберт быстро пришёл в себя и пошёл мне навстречу.
– Вы восхитительны, княжна – протянул руку, улыбаясь тепло. Я ощутила жар на щеках. Его взгляд обжигал, раздевал. Казалось, что я стою перед ним без кожи. И он видит меня насквозь.
Гхарт внимательно разглядывал мои губы, пряди, лежавшие на плечах. Не забывал украдкой проходиться по фигуре и лифу.
Наверно, он привык, что девушки ищут его внимания, и моё желание быть красивой тоже принял на свой счёт.
Я почувствовала себя глупенькой, ничуть не лучше наивных служанок. Только у меня, в отличие от них, имеется благовидный предлог для встречи и смелое платье, сшитое по последнему фасону шаельской моды.
Теперь я жалела, что выбрала именно его. Оно воспринимается тринарцем как намёк на вольность, поэтому решила быть с гхартом Робертом вежливой, общительной, но сдержанной. Ведь именно по моему поведению он составит мнение о шаельских женщинах и девушках.
Протянула руку, смотря поверх его плеча. Целуя её, гхарт Роберт касался губами неожиданно нежно, отчего по спине прошёл холодок.
– Вы ослепительны, – прошептал он хрипло, чувственно.
Сердце ёкнуло, забилось как птичка в клетке.
– Благодарю, – ответила сдержанно.
Глаза гхарта опасно сузились, принимая мою холодность за игру.
От его пронизывающего взгляда исподлобья мне захотелось закрыться. Хорошо, что он помог сесть в карету, разорвав зрительную связь.
Карета тронулась, и наша процессия двинулась в город.
Стараясь вести себя свободно, я держала на губах приветливую полуулыбку, что обычно дарила подданным. Иногда вертела головой по сторонам, разглядывая прилегающие к замку улочки, уходящие вниз.
Богатые дома и усадьбы, располагавшиеся близко к замку, всегда чисты, нарядны и обыденны своей вычурной роскошью. Почти такие же, как в Тринаре. Зато в районах, что располагаются дальше, интереснее. Особенно те, что прилегают к порту.
Пока мы ехали, гхарт Роберт с чувством прочитал мне лирический стих, который обычно мужчины посвящают дамам сердца. Однако я догадывалась, что он его рассказывает не впервой. Спасибо брату, от которого узнала про некоторые мужские уловки. Улыбкой поблагодарила гхарта Роберта за старания и спросила:
– Вас интересует история Шаеля?
– Конечно, особенно если о ней поведает такая прекрасная рассказчица, как вы.
Зря гхарт Роберт думал, что я буду смущаться, кокетливо хихикать, строить глазки. Я обожала историю, много знала о городе, поэтому, как только увидела собор, махнула рукой, привлекая внимание посла. Но рассказывать стала не о самом соборе, про возведение которого не знал разве что младенец, не про наши верования, а про каменные породы, удивительного цвета, что добывали неподалёку в каменоломнях и считали гордостью княжества.
На удивление гхарт с удовольствием слушал меня, не забывая смущать взглядом дерзких каре — зелёных глаз. Будучи в хорошем настроении, он много шутил, смеялся.
Однако от меня не укрылась его задумчивость. Кажется, его удалось удивить. Воодушевлённая, я продолжила делиться интересными и невероятными фактами о нашем княжестве.
Казалось, мы знаем друг друга целую жизнь, хотя со дня знакомства прошло не больше нескольких дней. Гхарт Роберт не только внимательно слушал, но и задавал вопросы. Я оттаяла.
– Вижу, впереди знаменитый Шаельский рынок. – Карета свернула на перекрёстке, посол приставил ко лбу руку, рассматривая появившиеся вдалеке разношёрстное людское столпотворение и разноцветные палатки. – Позвольте купить вам какой-нибудь подарок, княжна?
– Думаете, наш путь лежит туда? Не угадали. – Задорно улыбнулась я. – Уверена, вы достаточно видели ковров, ювелирных украшений и многих других товаров со всего света, что продаются там. Поэтому мы поедем дальше, на набережную.
Изумлённое лицо посла стало мне наградой.
«Лиэн, покажи гостям площадь, собор…– то, что возвеличит княжество», – наставлял отец перед поездкой. Однако мне хотелось показать красоту нашего края. Так подсказывало сердце.
Я показала гхарту и его спутникам красивую мраморную набережную, с которой открывался замечательный вид на море и бухту. Показала с высоты обширные и прекрасные вересковые поля, виноградники… Даже собор и его сиявший шпиль, что царапал небо, виднелся с бухты.
– Не знал, что Шаель столь красив, – признался гхарт, любуясь видом раскинувшегося города.
– Вы не видели и многого другого, – заманчиво ответила я, интригуя гостя. – Только бы успеть доехать. – Кивнула в сторону собравшихся зевак.
Весть, что княжна и сиятельные гхарты прогуливаются по городу, быстро разнеслась по округе. Не удивительно, что, спускаясь по ступеням набережной, мы натолкнулись на толпу любопытных горожан.
  
Гхарт Роберт остановился, снял с пояса увесистый кошель и стал щедро разбрасывать монеты.
Для нашего утончённого княжества этот поступок, свойственный северянам, грубоват, однако простолюдинам понравился, поэтому дальше за нами стала следовать огромная толпа, надеясь, что от посла крупного королевства перепадёт ещё что-нибудь.
– Вы покорили их сердце щедростью, – улыбнулась я. – Но не забудьте ущедрить ещё одну особу.