Три богатыря 5 (СИ)
Получив приказ, искореженные иномирной магией монстры бросились в атаку, но Муром уже мчался вперед.
Взмах клинком, и сразу три идентичных Мурома бегут навстречу кадаврам.
Звон стали, глухой рев миньонов Бадана, похожие на росчерки молний стрелы Алеши и омерзительная вонь Скверны и Бездны.
Иллюзии Мурома, несмотря на свою нематериальность, наносили кадаврам смертельные раны, отсекая конечности и снося головы с плеч.
Монстры добросовестно исполняли приказ некроманта, но при этом и не думали защищаться, подставляясь под удары богатыря.
Доспех Мурома покрылся многочисленными царапинами и даже сколами, но бронь, подаренная Горынычем держала удар высокоуровневых тварей, обитающих в самом сердце Свободных земель!
Две минуты.
Именно столько длился бой богатырей с кадаврами.
Алеша прикрывал друга от магии некроманта, разбивая плетения некроманта своими сияющими стрелами, ну а Муром целеустремлено уничтожал охрану Бадана.
Созданные клинком иллюзии не пережили бой, но внесли более, чем достойный вклад в победу. Шутка ли, три зарубленных монстра и предотвращение прорыва на правом фланге!
Бадан же, поняв, что богатырей не берет ни магия, ни уж тем более кадавры, окружил себя коконом белесого тумана и, не скрывая ненависти, процедил.
— Думаете, вы победили?
— Сейчас узнаем, — усмехнулся Алеша и обрушил на защитный кокон Бадана настоящий ливень из стрел.
Вот только несмотря на всю мощь легендарного лука пелена, окружающая Бадана, и не думала пропадать. И даже Муром, присоединившийся к атаке, вынужден был отступить.
Совокупная сила Скверны и Бездны защищали Бадана выше всяких похвал.
На поле боя сложилась патовая ситуация.
Богатырям не хватало мощи пробить защиту некроманта, ну а Бадан тратил все свои силы на поддержку защиты.
И все бы ничего, но скипетр принца Намах á уже закончил свое вращение и безжизненно завис перед стеной.
— Я вырву ваши сердца и сделаю из вас упырей, — пообещал Бадан, переводя полный ненависти взгляд с Мурома на Алешу. — Я сделаю из вас вурдалаков и отправлю питаться кровью и плотью ваших же людей. Я…
— Головка от часов «Заря», — прогудел Муром. — Ты проиграл, Бадан. Прими поражение с достоинством.
— Проиграл? — некромант оскалился в зловещей улыбке. — Как бы не так!
— Господи! — Алеша покачал головой. — Муром, на что он надеется?
— Да Бог его знает, Алеш, — прогудел богатырь. — Наверняка у этого подлеца…
— Идиоты! — Бадан неожиданно расхохотался. — Глупцы! Вы же сами только дали мне подсказку!
— Ты о чем, болезненный? — с притворным сочувствием поинтеросовался Алеша. — Уже бредишь?
Но Бадан, казалось, позабыл про богатырей. Он выхватил из-за пазухи договор, резанул себя по ладони и щедро оросил развернутый свиток своей кровью.
— Лихо! Приди отвечать согласно договору!
— Ну-ну! — ухмыльнулся Алеша. — Так он тебя и послушал…
Договорить эльфу не дал появившийся посреди поляны темный вихрь, принявший вид одноглазого циклопа.
Сомнений быть не могло — Лихо, несмотря на все заверения Морока… выжил⁈
И не просто выжил! Один взмах рукой, и богатыри застыли на месте, не в силах не то, что пошевельнуться, но даже издать мало-мальский звук!
— Охохохо! — Бадан мгновенно расправил плечи. — Немедленно…
— Не надо пустых слов, некромант! — циклоп вскинул руку, заставляя Бадана подавиться заготовленным обвинением.
Циклоп подернулся пеленой, и на его месте оказался одноглазый каменный медведь.
— Я признаю, что не выполнил четвертое условие договора и готов понести заслуженное наказание. Что тебя интересует — очищенная энергия, власть над Свободными землями или доступ к недрам Хрустальной горы?
За время своей речи Лихо еще трижды менял образ, обращаясь то в волка, то в вытянутую фигуру лешего, то бесполую фигуру, облаченную в черный, как ночь балахон.
Единственное, что роднило все эти образы, был один-единственный глаз, который так и сверкал нечеловеческой злобой и даже бешенством.
— Почему я не могу открыть ход? — недовольно протянул Бадан, не торопясь выбирать из предложенных вариантов.
— Корона принца Намаха, — проскрипело Лихо, вновь меняя свой образ. — Только сопряжение короны и скипетра позволит отворить ворота в недра Хрустальной горы.
— А что ты имеешь ввиду под очищенной энергией?
— Эманации Скверны и Бездны взял на себя мой страж, — с явной неохотой ответило Лихо. — Делай свой выбор, некромант!
— Власть над Свободными землями мне даром не сдалась, — Бадан, почувствовав силу, довольно улыбнулся. — Принесешь мне верную клятву верности и, так уж и быть, мой будущий слуга, сохраню твою жалкую жизнь!
— Энергия или вход? — голос Лихо дрожал от едва сдерживаемого негодования. — Будущий хо… хозяин, — Лихо перекосило, но оно все же сумело выдавить из себя это слово, — должен сделать выбор.
— Я обещал этим ничтожествам, что обращу их в упырей! — некромант с предвкушением посмотрел на замеревших богатырей. — Я сделаю из них боевых личей! Генералов своей армии! Что до короны… Они сами мне её отдадут! Я выбираю энергию, слуга!
— Да будет так, — Лихо развел руки в сторону и склонил голову, подчиняясь приказу некроманта.
— Не будем откладывать на потом, — Бадан взмахом руки избавился от защищавшего его кокона и вонзил в землю появившийся из ниоткуда посох. — И да начнется ритуал!
Все, что могли богатыри — так это бессильно наблюдать за тем, как некромант производит подготовку к своему ритуалу.
Полчаса томительного ожидания, и буйство Смерти превратило цветущую некогда площадку в выжженую до черноты землю.
На месте павших в бою кадавров появились напитанные Смертью символы, а сама лужайка превратилась в огромную ритуальную фигуру обращения, которая так и звенела от вложенной в неё силы.
— Готовься! — процедил Бадан, формируя своим посохом Призрачную Связь Смерти — заклинание высшего порядка школы Смерти. — Отдашь всю накопленную энергию через… три… два… один!
На площадке резко похолодало, а за спиной Бадана появилась сама Смерть.
— Сейчас! — голос некроманта сорвался на визг, и лужайку накрыло непроглядной Тьмой.
Глава 17
— Ты что-нибудь понимаешь? — как только Алеша почувствовал, что оцепенение прошло, он немедленно ушел в сторону перекатом и вскинул свой лук, готовый превратить некроманта в подушечку для игл.
— Не очень, — отозвался замерший в защитной стойке Муром.
Он, в отличие от друга, и не подумал уходить в сторону, да так и остался на своем месте, готовый грудью принимать атаку некроманта.
— А где Бадан-то? — Алеша с удивлением покрутил головой, но, как он ни старался, некроманта и след простыл.
— Хороший вопрос, — прогудел Муром и вопросительно посмотрел на меч. — Может Морок сможет пролить свет на эту странную ситуацию?
Только что они находились в шаге от смерти, но стоило Тьме отхлынуть, как лужайка разительно поменялась.
Она все также походила на кусок полигона, но сейчас здесь пахло не просто Смертью, но ещё и… Скверной?
— Морок, ты чего молчишь? — Муром встряхнул меч, но тот упрямо хранил молчание.
— Что-то мне подсказывает, что это очередная ловушка, — чутье рейнджера подсказывало Алеше, что кроме богатырей в округе никого нет, но эльф никак не мог понять, что же все-таки произошло.
— Согласен, — прогудел Муром. — Зуб даю, что дело нечисто.
— Нас как будто приглашают открыть вход в Хрустальную гору, — Алеша кивнул на замерший перед стеной скипетр.
— В таком случае… — Муром стиснул то, что осталось от Хрусталя свободной рукой и, убедившись, что в округе действительно нет ни единой живой души, неохотно закончил, —не будем терять время.
— Предлагаешь открыть проход? — уточнил Алеша, не спеша приближаясь к скипетру.
— Как будто у нас есть другой вариант… Помнишь, что сказал Морок? Ничему не удивляться. Так давай же закончим то, ради чего мы отправились в Свободные земли.