Второгодка. Пенталогия (СИ)

– Какая газета? Кто сейчас читает газеты? Все читают инфоканалы.
– Вот и мы сделаем.
– Мы. Это значит, что делать‑то буду я. Я это «мы» много раз в своей жизни слышал. И всегда это «мы» означало «ты» по отношению ко мне.
– И сейчас не исключение, – усмехнулся я. – Но кто, кроме вас‑то, может это сделать?
– Да кому я нужен, Серёга? Ты посмотри на меня. Я же старый пень, алкаш. Я тебе такого понапишу.
  
– Ничего, вырастите смену молодую. Ну как, мы живём с вами и не имеем рычага влияния на массы? Ну это разве жизнь, Сергей Сергеевич?
Он заржал.
– А кто прикрывать будет?
– Найдём прикрытие.
– Без прикрытия шансов нет, Серый. Независимых, я тебе открою, может быть секрет, и может быть даже он покажется тебе неприятным, но лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Независимых, Серёжа, не существует. Это только в сказках про заморские земли со сладкой мечтой, где все типа свободны и равны. Но только это наёбка для лохов и легко‑внушаемых идиотов. Надо встраиваться. Понимаешь? Встраиваться в систему. Иначе либо у тебя не будет читателей, либо тебя самого не будет.
– Слушайте, вам что терять в профессиональном смысле? Вы же пенсионер.
– Как это что? – возмущённо воскликнул он и налил ещё себе рюмку, выпил и засунул в рот кусок пирога. – Эх, да ну тебя, Серёга. Посмотри лучше, хинкали всплыли или нет?
– Сергей Сергеевич, я с вас живого не слезу. Давайте, регистрируйте. Думайте, кто подстрахует. У вас связи по всей стране. У вас в сообществе все профессионалы знакомые. Всё мы построим, но с чего‑то надо начинать. И начнём с того, что легенда снова обретает голос и крылья.
– Крылья, – захохотал он, – крылья! Сергей, я тебя люблю, обожаю тебя!
В прихожей раздался звонок.
– Ты кого‑нибудь ждёшь? – спросил Сергеев.
– Не особо, – ответил я.
– И я нет, – сказал он, но, всё‑таки встал и поплёлся в прихожую.
Звонок прозвенел ещё раз.
– О, так это ж Мишка! – воскликнул Сергеев. – Точно, Михаил, чего ты звонишь, заходи давай.
Через пару минут они вошли в кухню вдвоём.
– Это ж Мишка, – воскликнул Сергеев. – Третий член правления. Он же хотел мне комп починить, а у нас как раз партсобрание.
– Привет, – кивнул мне айтишник
– Вся ячейка в сборе. Садись! Есть будешь?
– Привет, Михаил, как дела? – кивнул я и протянул ему руку.
– Нормально. Мы же с вами договаривались сегодня вам комп посмотреть.
– Посмотрим, сейчас поедим, и сразу посмотрим, – кивнул Сергеев и пояснил мне. – Комп, сука, сдох. Хорошо вот, Михалыч шарит в этом деле. Садись, Миш, бери тарелку.
Айтишник Миша от рюмочки беленькой не отказался и с удовольствием хлопнул, а потом ткнул вилкой в кругленькую и ароматную хинкалину.
– Миша, – обратился я к однопартийцу. – Слушай, вот какой вопрос. Сейчас везде натыканы камеры слежения.
– Ну да, – кивнул он, работая челюстями. – Это правда. И на улицах, и в некоторых домах стоят, в школах, да везде.
– И камеры подключены к интернету?
– Как правило, да…
– А если это всё связано с интернетом, то значит наверное существует какой‑то способ подключиться к этим камерам?
– Ну способы есть, – промычал Миша. – Способов много. Но зависит от того, что за камера, какая система и так далее. Деталей огромное количество может быть.
– Миша, меня интересуют камеры, расположенные в жилом доме. В районе Зелёная поляна.
– Ну да, я знаю, я там кстати занимался, ставил. Но там видишь, там тоже разные системы. Во‑первых, есть там такие участки, которые централизованно охраняются ЧОПом. У них там своё оборудование, и это одна тема. А внутри, то есть внутри этого контура, собственно, в самих домах, там у некоторых людей тоже стоят камеры. И в принципе как правило, запись идёт в облако для того, чтобы было проще контролировать.
– Это прекрасные новости, Михаил, – воскликнул я. – И что же можно сделать, чтобы подключиться к этим камерам?
– Ну… – задумался он. – Мне надо подумать. Это не так‑то просто. Я говорю, там вариантов может быть огромное количество. Ну, допустим, вот к этим парням, которые охраняют там кусок земли, как бы к ним я могу подключиться без проблем. Это я знаю. Я участвовал в проектировании системы.
– О, ничего себе. То есть, любой, кто участвовал в проектировании, может…
– Ну, не любой, но я могу, – усмехнулся Михаил.
– Хорошо, Миша, это здорово. А если другой ЧОП, как подключиться?
– Если ты мне покажешь конкретно дом, который тебя интересует, на плане, я могу сказать чуть конкретнее.
– Ну, я могу тебе нарисовать.
– Да зачем нарисовать? Вот прямо на плане. Сейчас, подожди.
Он достал из своей сумки ноутбук, открыл его и, немного покопавшись, показал мне местность с высоты птичьего полёта.
– Вот, – сказал я, ткнув в дом Кати. – Вот конкретно этот дом меня очень сильно интересует.
– Угу, я понял. Это как раз тот самый ЧОП, он там один, вообще‑то. Но про то что внутри дома… Дай пару дней и я скажу, смогу или нет.
– Так! Мы пить будем или нет⁈ – возмутился Сергеев.
– Да, Сергей Сергеевич, – с готовностью ответил Михаил. – С вами всегда.
– Вот, Серёга, вот человек. Ты видишь? И ничего от меня не хочет. Не то, что ты, злыдень.
– Ну, в таком случае, предлагаю избрать Михаила председателем нашей партийной организации. – предложил я.
– О! – поднял палец вверх Сергеев. – Молодец, хвалю. Правильно, я за. Всё, выбрали, Миша. Поздравляем, теперь ты председатель нашей партячейки. Генеральный секретарь! За это надо выпить!
Они выпили.
– А теперь за партию! – потребовал хозяин дома. – За партию справедливости!
– Воздастся вам по делам вашим! – поддакнул уже хорошенько захмелевший новоизбранный генсек.
– Правильно! За это надо выпить!
– Да подождите, Сергей Сергеевич…
– Нет! Ешь и выпьем. Некогда ждать! Партия справедливости ждать не может! Воздастся вам по делам вашим!
– Миша, так что? Разберёшься с камерами?
– Ну, это… – помотал он головой. – Мне надо поковыряться, разные варианты попробовать, подключиться к ЧОПу. Дай мне пару дней, и я что‑нибудь придумаю.
– Ну, за справедливость! – кивнул Сергеев и налил ещё по маленькой.
Посидев ещё некоторое время у Сергеева, я засобирался. Сегодня нужно было обязательно пойти на тренировку. Иначе Краб меня изгонит и больше со мной даже разговаривать не станет. Я попрощался с партийными товарищами и пошёл домой.
Ветер продолжался со вчерашнего вечера. Он нёс аромат морской свежести и прелой листвы. Гнал по небу низкие тучи, то обнажая яркое голубое практически летнее небо, то затягивал его свинцом, гнул деревья, обрывал оставшиеся, не облетевшие жёлтые листья, а то и вовсе сыпал белой колючей крупой. Словом, сценарий погоды был сегодня совершенно непредсказуемым.
Ветер пробирался под одежду и, даже когда начинало ярко светить солнце, всё равно было достаточно зябко. К Кукуше я заходить не стал. Увидимся с ним вечером, заодно всё и обсудим. Пошёл целенаправленно в сторону дома. И примерно через пятнадцать минут уже сворачивал к себе во двор.
Прошагал мимо шлагбаума, бросил взгляд на стройку, которая всё никак не могла начаться, и заметил напротив своего подъезда мощный, могучий, тюнингованный гелик на максималках. С огромными чёрными колёсами, сумасшедшими наворотами и чёрными стёклами. Стоил этот автомобиль целое состояние.
При всеобщем засилье китайских тачек, заполонивших улицы, как яркие бабочки, старый добрый гелик выглядел как крепость и незыблемая твердыня. Пройдя мимо него, я повернул к подъезду и уже начал доставать ключи из кармана, когда меня окликнули.
  
– Эй, парень! – раздалось из Мерседеса. – Эй, пацан, слышь!
Я не остановился, а пошёл дальше. На такой тачке я никого не ждал, поэтому решил поскорее прошмыгнуть мимо.
– Эй, шкет, я тебе говорю! Краснов, япона мать!
Тьфу! Я остановился, медленно повернулся и недовольно посмотрел на человека, который меня окликнул. Ну, собственно, с чего мне было радоваться? Слишком большая популярность нравится не всем. Каждый день приносил что‑то новое, и кому‑то до меня обязательно было дело.