Второгодка. Пенталогия (СИ)

– Это ты прогадал, мальчик, – произнесла она тихо и зловеще. – Ты ещё не понимаешь насколько прогадал. Нашу семью кидать никому нельзя.
– Скажите мне какова ваша цель? – кивнул я. – Я пойму смогу ли вам помочь в достижении этой цели.
– Ты никому не можешь помочь, – покачала она головой. – Ты даже себе помочь не в силах. Какова моя цель? Ты спрашиваешь какова моя цель? Моя цель проста. Я хочу уничтожить тех кто убил моего брата. И это каждый должен понять и зарубить себе на носу. Сейчас у меня складывается впечатление, что ты каким‑то образом причастен к смерти Гриши. Всё произошло сразу после встречи с тобой. Поэтому послушай меня внимательно, мальчик. Если документов не будет, если завтра, крайний срок завтра, я не получу эти бумаги, я превращу твою жизнь в кромешный ад.
  
– Ну, Варвара Александровна, чтобы размазать вашего врага, чтобы сделать с ним то что вы желаете, эти документы вам не нужны. Они бы вам не помогли, это фикция. Документы ничто.
– Я всё тебе сказала, – медленно, с паузами отчеканила она, и мне показалось, что она борется с нервным приступом.
Лицо её исказилось от ярости, но она, тем не менее, говорила относительно спокойно.
– Я тебя предупредила. Или ты будешь сотрудничать со мной, или тебе конец. Верни бумаги или пожалеешь. А теперь пошёл вон.
– Ваши люди довезут меня обратно до того места, где забрали?
Она больше не смотрела на меня. Опустила голову и обратилась к бумагам, лежащим на столе. Скандалить и кричать «вы не имеете права» не входило в мои планы, поэтому я просто хмыкнул, повернулся и вышел из кабинета. В приёмной находились трое её бойцов. Они холодно и равнодушно окинули меня взглядом и не дёрнулись с места. Псы были очень хорошо выдрессированы и без команды на людей не бросались. Ну что же…
Я спустился вниз уже на другом лифте, потому что тот был предназначен только для руководства. Спустился вниз и вышел на площадь перед зданием. Машин здесь было много, но я обратил внимание на одну. Она ехала в сторону выезда. И в ней сидел мой знакомый, а именно некто Чердынцев. Наверное, его тоже вызывали по этому делу. Махать и кричать ему смысла не было, он бы меня не услышал. Но позвонить стоило. Я достал мобилу и сделал звонок.
– Слушаю, – недовольным и уставшим голосом ответил Чердынцев.
– Это Краснов. Здравствуйте, Александр Николаевич.
– Слушаю тебя, Сергей. Чем могу помочь?
– Как официально. Да я вот смотрю на хвост вашей машины, как вы выезжаете с парковки. Увидел и понял, что хочу с вами поговорить.
– Серьёзно, ты здесь что ли? – равнодушно спросил.
– Здесь, здесь. Есть у вас минутка?
– А о чём говорить? Я больше с этим делом никак не связан.
– Ну не связаны и хорошо, зато с другим делом связаны.
– С каким другим? Сергей, у меня нет настроения просто болтать.
– Ну, значит просто болтать не будем. Нажмите на тормоз, подождите минуту, пока я до вас дойду, вы вон уже куда упёрли. Я сяду к вам в машину и мы поговорим, а заодно довезёте меня домой.
– Ну давай, бегом только. – согласился он, пару секунд подумав и притормозил.
Я подошёл и забрался в тачку. Сел рядом, посмотрел на него. А он посмотрел на меня.
– Здрасьте, товарищ майор, – кивнул я.
– Здоровей видали, – ответил он и протянул мне руку.
Я пожал. Выглядел сегодня Чердынцев так себе. Под глазами залегли тёмные круги, на лбу набрякли вены. Глаза были красными, похоже спал он мало.
– Чего ты хочешь? Я больше с Назаровым, вернее с семьёй Назаровых ничем не связан. – сказал он, выезжая на проспект.
– Прошлым связаны, – пожал я к плечам, – это уже немало. Вас что, уволили?
– Уволили, – мрачно подтвердил он. – Не оправдал доверия.
– Но не вы же были начальником службы безопасности?
– Меня не из‑за взрыва уволили, а потому что нет задач, которые можно было бы мне поручить.
– Не доверяет, значит, Варвара Александровна, – кивнул я. – Недоверчивая женщина, судя по всему.
– Недоверчивая, – кивнул он. – А тебя зачем дёргала? Бумажки хочет?
– Хочет.
– Отдашь? Ты же с Григорием договорился?
– Не отдам.
– Почему? – удивился он.
– Я их уже отдал.
– Кому? – нахмурился он и глянул, будто на чумного.
– А вы, Александр Николаевич, чем теперь планируете заниматься? – спросил я.
– На курорт поеду во Вьетнам или в Таиланд, а может быть в Индию, на Гоа. Там, говорят, русалки сами на шею бросаются.
– Ну, это я не знаю, плюс или минус. – пожал я плечами. – Заколебаться можно между русалками‑то лавировать.
– Много ты понимаешь, второгодник, – невесело усмехнулся он. – Может быть, кроме русалок в этой жизни и жить‑то не из‑за чего. Кому ты отдал документы? Расскажешь?
– Расскажу. Могу даже подробно рассказать. Только вы сначала скажите, чем заниматься будете? Вы ж не ответили на вопрос, а он не праздный.
– Как не ответил? На курорт поеду.
– Ну, курорт – это не работа. Там вы потратите, а не заработаете. Русалки не будут вам платить.
– Ну, не скажи. – усмехнулся он. – Бывают такие русалки, что платят.
– Но точно не Варвара.
– Точно, не она. – согласился он. – Что я буду делать? Тебе‑то какая разница, что я буду делать? Пойду работать начальником охраны.
– Куда?
– В какой‑нибудь маленький банк. А может быть, в большой. Поспрашиваю у ребят. Есть ли где какая вакансия.
– Понятно. А идите ко мне начальником охраны.
Он усмехнулся, повернулся ко мне и кивнул.
– Ну, ладно. Договорились. Куда? В школу? Охранять, чтоб большие мальчишки не нападали?
– Чтоб большие мальчишки, – кивнул я. – Только большие мальчишки, с которыми я дело имею в школах не учатся.
– Не учатся.
– Вообще‑то это не шутка. – добавил я.
– Ну и как ты себе это представляешь? Куда идти‑то?
– Я планирую организовывать фонд. – чуть задумавшись ответил я.
– Какой фонд? Фонд мира?
– Нет, школьный фонд.
– Что ещё за школьный фонд, Сергей? Может, школьный понт?
– Будем нести, знаете ли, разумное, доброе, вечное. Взносы собирать с богатых и раздавать бедным, умненьких находить, дорогу в жизнь давать. Чтоб они не по Америкам разъезжались, а у нас нашу родную науку вперёд двигали. Гранты будем давать.
– Класс. Ты, небось, сочинение на эту тему недавно писал? Или книжку про Робин Гуда, наконец‑то, прочитал?
– Точно. «Айвенго» называется.
– Ладно, Серега, заканчивай ты свои бредни. Если хотел меня поддержать, спасибо, поддержал и даже повеселил.
– Да ладно, Александр Николаевич, хватит себя жалеть. Я ведь дело предлагаю. Зарплату хорошую положу, не обижу. На первое время из запасов, а там раскрутимся.
– Сссс… – он усмехнулся. – А если не раскрутимся?
– Да с вами‑то как не раскрутиться? Вы вон какой крученый парень. С контактами в разных силовых ведомствах и даже у зама губернатора… Стойте‑стойте, меня не к самому дому, а вот здесь, у магазина остановите. Пойду клубники с солёными огурцами куплю.
– Смотри, не пугай меня.
– Не бойтесь, бояться нечего. Всё хорошо.
Машина остановилась, но я не торопился выйти.
– В общем, Александр Николаевич, смотрите. Моих врагов вы знаете. Варвара к ним пока не относится. Она просто, мне кажется, не знает за что хвататься и мечется как слон в посудной лавке.
– Варвара знает за что хвататься. Варвару недооценивать не надо. Варвара в бизнесе жёстче, чем Назаров была. Это просто для твоей информации. Наведи справки, почитай.
– Понял, хорошо, почитаю. Но вы тему‑то не переводите. Фонд мой школьный в первую очередь будет бороться с разными криминальными элементами.
– И, – скорее из вежливости отреагировал он, – какая зарплата?
  
– А сколько вы хотите? Но имейте в виду, что пока это стартап. Я тут слово вычитал недавно. Это значит, что сначала зарплата будет умеренной, а потом посмотрим, разойдёмся.
– Ну, рубля три надо для самого‑то начала. На режим стартапа. Минимум.
– Рубля три – это что значит? – нахмурился я.