Горький привкус его поцелуев

– Я знаю, что твоя печаль неизмерима, – сказал Локк. – Если хочешь, я могу задержаться на пару дней, чтобы помочь тебе справиться с делами, которые накопились за время твоего отсутствия.
– Очень мило с твоей стороны, но я не нуждаюсь в помощи. Позже я должен встретиться со своим управляющим.
Во время своих визитов Эдвард не раз сидел в библиотеке и наблюдал, как Альберт управляет своими владениями. Хотя Эдварду и недоставало терпения, чтобы следить за всеми делами, кое-что он все же помнил.
  
– Ну, если тебе понадобится помощь, обращайся.
– Боюсь, я не могу предложить тебе то же самое.
– Я считаю, что управление поместьями намного серьезнее, чем думает Локк, – добавил Эш.
– Со временем становится легче. Взросление в поместье также помогает делу. Мне жаль, что ты не жил здесь до совершеннолетия, но я благодарен вам за то, что в Хэвишеме мне было не так одиноко.
Локк посмотрел на Эдварда с легкой усмешкой:
– Ты помнишь, как твой брат нашел дорогу на крышу?
На тот момент они были в Хэвишеме всего несколько дней.
– Мы планировали сбежать. Он надеялся увидеть Эвермор, чтобы мы знали, в каком направлении нам идти.
– Это было мое первое настоящее приключение. Я испугался, что могу соскользнуть.
– Ты бы не улетел далеко. Мы все были привязаны друг к другу одной веревкой.
– Поэтому мы могли соскользнуть все вместе.
– В этом-то и смысл, – сказал Эш. – Если бы один из нас упал, упали бы все.
– Мой брат объяснил мне это по-другому.
Эш пожал плечами:
– Но это была правда. Мы быстро стали друзьями. Замечательно, не так ли?
Они стали друг другу больше чем друзьями. Скорее братьями.
– Ты помнишь цыган? – спросил Локк. – Твой брат хотел, чтобы мы ушли с ними.
– Он влюбился в одну из девушек. Она позволила ему поцеловать ее. Он очень долго беспокоился о том, что сделал ей ребенка.
– После поцелуя? – улыбнувшись, уточнил Эш.
Эдвард усмехнулся:
– Нам было десять. Что мы знали? В конце концов он собрался с силами и спросил об этом маркиза.
Глаза Локка расширились:
– Так вот почему он повел нас на ферму и показал, как разводят лошадей!
Эдвард с усмешкой ответил:
– Думаю, да. Я помню все вопросы, которые возникли у нас после визита на ферму. Не то чтобы мы набрались смелости задать их маркизу, но…
– Лучше бы он нас в бордель потащил, – перебил его Эш.
– Мы были мальчиками. Нам бы даже войти не разрешили. Кроме того, у меня есть такие прекрасные воспоминания о времени, проведенном с дочерью фермера.
– Она была милой, – усмехнулся Эш.
– Но ей нравились только девственники. Я представился братом и дважды провел с ней ночь. Я думал, он разозлится на меня из-за этого. Но потом я узнал, что он проводит время с девушкой из деревенской таверны.
– Он никогда не любил соперничать, – сказал Эш.
– При желании он мог бы перепить нас всех, – заметил Локк.
– А на следующее утро, когда нам всем нездоровилось, он ходил и злорадствовал, – вставил Эдвард, улыбнувшись воспоминаниям.
– Это было так отвратительно с его стороны, – добавил Эш.
– Я бы тоже так думал, если бы мне не было плохо.
– Как он это делал? – спросил Локк.
– Я не уверен, что он действительно пил, – признался Эдвард.
– Я видел, как он сплевывал.
– Он отпивал, но никогда не глотал. Он наполнял свой стакан только для того, чтобы наполнить наши.
– Ты действительно думаешь, что он надувал нас?
Эдвард кивнул:
– Думаю, да. Мой брат не всегда был образцом добродетели.
– Мне так не кажется, – заявил Эш. – А помните…
* * *
По пути в столовую Джулия услышала смех. Улыбнувшись, она прислонилась к стене, чтобы впитать в себя сладость момента. Она была благодарна друзьям Альберта за то, что они отвлекали его от печали. Ей казалось странным, что она может отличить смех Альберта от смеха других. Он был более глубоким, свободным, как будто он наслаждался жизнью немного больше, чем они.
Как же чудесно просыпаться в его объятиях! Они будут двигаться вперед каждый день, и однажды горе уйдет. Теперь она понимала, что, возможно, прежний Альберт никогда не вернется. Как она могла так ошибаться? После нескольких месяцев разлуки она тоже не была прежней. Она еще никогда не оставалась без мужской заботы. И хотя она ужасно скучала по Альберту, Джулия поняла, что одиночество раскрепощает.
Услышав приближающиеся шаги, она повернулась и одарила Минерву приветливой улыбкой.
– Мы скрываемся? – спросила Минера, подойдя к Джулии.
– Я слушаю, как они смеются. Я боялась, что пройдет еще много времени, прежде чем мне снова доведется услышать смех в нашем доме.
– Есть что-то приятное в мужском смехе.
– Я не могу вспомнить, чтобы Альберт когда-либо был настолько шумным.
– Они другие, когда рядом нет леди.
– Мне жаль их беспокоить, но, полагаю, мы должны это сделать.
– До того, как они узнают, что мы их подслушивали. Я не думаю, что они оценят наш поступок.
Что до Альберта, то он вряд ли обрадуется. Глубоко вздохнув, Джулия вошла в столовую. Смех сразу же утих и сменился скрипом стульев, оттого что мужчины встали, чтобы поприветствовать дам.
– Мы не хотели вас беспокоить, – сказала Джулия, приблизившись к мужу. Он казался менее взволнованным и сейчас больше походил на самого себя. Джулия была счастлива, что ее муж дружил с этими людьми.
– Мы закончили, – заверил ее Альберт.
– Слышать ваш смех было так приятно.
– Наша молодость дает нам возможность хорошенько посмеяться. Мы вспоминали некоторые забавные моменты.
– Но нам пора ехать, – сказал Эш и добавил: – Пока погода не испортилась.
Кареты были поданы, сундуки загружены, и через небольшой промежуток времени они уже стояли снаружи под холодным ветром.
– Пишите мне, если вам что-нибудь понадобится, – сказала ей Минерва.
Все, в чем она нуждалась, – это остаться с мужем наедине. Сейчас он говорил с герцогом и виконтом и снова выглядел серьезным.
– Обязательно, спасибо.
Когда их гости забрались в свои кареты, Альберт подошел и встал рядом с ней.
– Холодно. Тебе следует быть в доме.
Взяв мужа под руку, она почувствовала, что он напрягся.
– Солнце слегка выглядывает из-за туч. Немного солнца мне не повредит.
Он поднял руку, когда кучера подхлестнули лошадей и те двинулись вперед. Джулия тоже взмахнула рукой, надеясь, что когда-нибудь она снова почувствует себя нормально. Они постояли снаружи еще немного, пока кареты не скрылись из виду.
– Что теперь? – спросила она, надеясь, что он не вернется обратно в свою комнату.
Альберт не сводил взгляда с дороги, и Джулия подумала, что, возможно, ему хочется находиться в одной из карет.
– Я встречаюсь с Бококом. Мне нужно подготовиться. – И, взяв Джулию за руку, он повел ее вверх по лестнице.
– Я знаю, что уже говорил это однажды, но я благодарен за то, что ты так умело со всем разобралась. Не знаю, как бы я обошелся без тебя.
– Надеюсь, тебе никогда не придется узнать, каково это.
Он снова вздрогнул. Если бы она не касалась его, то не догадалась бы об этом. Утром ей показалось, что они наконец-то воссоединились, но сейчас она вновь почувствовала, как от него веет холодом.
 
Глава 5
 
Он часто сидел в кабинете своего брата, потягивая скотч и вполуха слушая Альберта и его управляющего, пока читал или планировал свое следующее приключение. Так что Эдвард был знаком с Бококом и думал, что знает все о владениях графа Грейлинга. Но через час обсуждения он с невероятной отчетливостью понял, что не имеет ни малейшего понятия о том, что требовалось от графа.
  
Он обрадовался, что может сделать перерыв, когда дверь открылась и в комнату вошла Джулия. Он и Бокок поднялись, чтобы поприветствовать ее.
– Извините, что прерываю, – тихо сказала она, – но я хочу прогуляться по деревне.