Куратор (СИ)

Жаловаться на жизнь он может долго — хоть до вечера. Каждый раз при этом вздыхал, поправлял удочку и смотрел на пустой бидончик, будто ждал, что рыба сама туда запрыгнет.
Но на самом деле ему нравится безделье, ведь на работе так отлынивать не выйдет.
— И совсем никаких заказов нет? — спросил я. — Тех самых, из-за которых о вас Петрович узнал.
— Времена уже не те, — Хворостов покачал головой. — Не нужно это никому. Вот раньше, как хорошо было — что-нибудь собрал, продал, месяц потом можно ничего не делать. Вот бы заказик такой ещё один.
  
— У меня есть заказ.
— Ну, это же всего один заказ, — поплавок дёрнулся, но он этого не заметил, поглощённый в свои мысли. — Вот раньше, помню, ваши предшественники, Андрей Петрович и Анатолий Борисович — как закажут, как закажут.
— Много? — я усмехнулся.
У него принцип простой — раз в месяц шабашка, чтобы потом можно было спокойно рыбачить. Но не чаще, и ни капли этот принцип не изменился. Но чёрный рынок устройств слежения ещё действовал до сих пор, и периодически к нему приходили за товаром. Но всё реже и реже.
— Я им соберу, а через месяц они снова приходили. И у меня денежка водилась, и не так часто надо что-то делать. А сейчас ничего этого нет, только на постоянную работу идти… эх. Вот когда в НИИ работал, как всё легко было. Схемы собираешь, паяешь, а сейчас…
— Ладно, хватит эту волынку тянуть, — сказал я чуть жёстче, и он замолчал. — Есть один заказ, большой, но срочный. Потом будут ещё, но делать их нужно быстро.
— Ну, если раз в месяц…
— По мере необходимости — это условие. Хоть каждый день. Или иду к вашим конкурентам, они каждый день готовы работать.
Хворостов шумно выдохнул и посмотрел на поплавок с таким видом, будто тот мог подсказать ему, как отвертеться от задачи.
Да уж, дилемма у него. И деньги нужны, но и делать ничего не хочется, а просто так ему платить почему-то никто не собирается.
— Делать нужно быстро, — продолжил я. — Нужны конкретные вещи. В первую очередь — сканер для поиска жучков, такой, какой вы умеете делать. Ещё несколько жучков для прослушки, пара скрытых камер и несколько приблуд с GPS. И сканеры для них. Три смартфона, как вы делали для Давыдова. Все с левыми симками, чтобы нельзя было отследить. И ещё кое-что по мелочи.
Я протянул ему дешёвый блокнот, купленный за мелочь в киоске пару дней назад, куда записал всё левой рукой.
— Где же я возьму-то это всё? — удивился он.
— Где и раньше. Купите и доработаете. Я вам переведу крипту.
— Да где же я её сниму? — Хворостов, наконец, отложил удочку и чуть повернулся ко мне, но в лицо не смотрел.
Я ещё сидел очень для него неудобно, а ему было лень поворачиваться дальше. Увидит только капюшон и очки с чёрной оправой.
— Ваши поставщики принимают криптовалюту, — настаивал я. — А у вас до сих пор остались контакты. Раньше работало.
— Так непривычно, — он вздохнул. — Я привык к живым деньгам. Даже не знаю. Вот когда Давыдов и Кузьмин были…
— А мне понадобится ещё больше, чем им.
Снова вздох.
— Что ещё нужно? — Хворостов потёр переносицу под очками.
— Система для радиоэлектронной борьбы против дронов. Желательно что-нибудь покомпактнее. Важно, чтобы я мог переносить это как-то с собой — в тубусе или что-то в таком роде. Ещё нужен компьютер, ноутбук — без всякой возможности выхода в сеть. И контакт с вашим племянником. Нужно, чтобы он настроил мне сервер.
— Он со мной не общается, — Максимилиан вздохнул.
— Ради такого дела выйдет на связь. Для него будет работа. А вам комиссия. И всё это — не подключая никого. Готовое оставить на старом месте.
Хворостов отложил удочку в сторону, потом полез в карман куртки, достал смартфон и показал мне открытый адрес кошелька.
— Ну вот, говорите, что не понимаете новые времена, — я усмехнулся. — А у вас всё уже подготовлено. Значит, всё-таки кто-то к вам обращается.
— По мелочи, — Хворостов пожал плечами. — С дронами всякими. Кому-то нужно, чтобы сбивали, а кому-то — чтобы не смогли сбить. Квантовая неопределённость какая-то. Но клиенту нужно. Лучше бы жучки заказывали, их в гараже горстями делать можно. Сходил в радиомагазин, и почти всё готово. Не надо отовсюду чипы заказывать.
Кто клиент? Но он не скажет, и я не буду настаивать, ведь он не скажет и обо мне. Поэтому мы с ним и работали, ведь иногда наши задачи требовали слишком творческого подхода, чтобы его озвучивать. А он только жаловался, но работал и молчал.
Но это не значит, что я это не выясню другими способами.
— Сколько?
Он задумался, и взгляд будто потух, стал нечётким, потом начал шлёпать губами.
— А таможня поможет? — спросил Хворостов.
— В этот раз никак. Нужно обходными способами.
— О как. Будет сильно дороже.
Максимилиан в этот раз думал дольше, а после выдал:
— Ноль целых сорок три сотых биткоина… нет, сорок два… хотя инфляция же — сорок три! Оплата сразу, потому что надо звонить и переводить. Ох, как я это не люблю. Раньше деньги дал, и всё просто, без всех этих блокчейнов.
Твою дивизию. Почти пятьдесят тысяч долларов. А он ещё прибедняется, что денег нет. Впрочем, большая часть уйдёт его поставщикам, а остальное он копит и не тратит. Но цены помнит наизусть, значит, регулярно заказывает.
Мы не платили ему, вернее, платили от «Альянса», из бюджета на безопасность, но цены были намного ниже. Впрочем, цепочки поставок меняются, да и сейчас некому его прикрывать.
— Раньше было дешевле, — заметил я. — Раз в десять.
— Раньше и достать всё это было проще, и у Давыдова были связи на таможне, — Хворостов вздохнул. — А сейчас надо вести серым импортом через половину мира. Или ваши же коллеги придут ко мне и будут задавать вопросы. А у меня сердце слабое, я сильно рискую, раз не прикрывают. Вот раньше…
Сейчас средства у меня были, даже с учётом выросших цен. Он достал смартфон из кармана и показал мне адрес кошелька, и вскоре я завершил транзакцию.
— А вы слышали про фирму «Горизонт»? — спросил я, убирая свой телефон.
Вместо ответа он снова начал тыкать в телефон, а потом показал снимок. Он размытый, но можно было разглядеть громоздкий силуэт чего-то летающего, потому что видны двигатели и винты. Мелких деталей совсем не видно.
Размеры прикинуть сложно, потому что не с чем сравнивать, объект на фоне неба.
— Что это?
— Грузовой дрон, — пояснил он. — Перевозка больших грузов на расстояния по воздуху. Пока прототип, но, как я понял, делают в этой фирме. Больше ничего.
— А откуда у вас этот снимок, Максимилиан Андреевич? И почему не удалили?
— Клиенты хотели понять его основное назначение, — он задумался. — Потому что это явно не просто грузовой дрон, а что-то продвинутое, но основное назначение скрыто. Но я не знал ответа, всё сейчас так быстро меняется. Хотел подумать, поизучать потом, да куда мне? Нейросети эти, роботы летающие, колонки говорящие. Раньше проще было, сидишь себе в НИИ…
— Он закрылся тридцать лет назад, — проговорил я, разглядывая изображение.
— Всё равно. Эх… вот в столовую придёшь, в очереди стоишь, котлеты ждёшь. А сейчас всё меняется, дроны одни, а рыба больше не клюёт, — Хворостов посмотрел на бидончик в очередной раз. — Начиталась, наверное, в интернете, как рыбаков обманывать.
Я присмотрелся к изображению ещё раз. Если судить по габаритам, то из него вполне могут сделать носителя для перехватчиков. Значит, система «Щит» на месте не стоит, и скоро дроны будут перемещаться не на старой «Газели», а на более продвинутом летающем носителе.
* * *
У меня на очереди третий контакт. И третий — самый опасный. Потому что эти двое хоть и отошли от дел, хотя иногда к ним обращаются по разным вопросам.
  
А третий до сих пор занимался своим бизнесом. И бизнес этот такой, за который дают немалые сроки, если попасться.
Через этого человека с фамилией Баранов я хотел обналичить крипту и купить ещё кое-чего.