Царьград. Трилогия

– Я вам поваляюсь! – обернувшись, погрозил Кончевич. – Сказано – при поимке доставить ведьму в целости и сохранности – вот я и доставлю.
– Так поймали-то мы…
Сию реплику сотник гордо проигнорировал, да не столь уж громко она и звучала.
– Слышь, Кончевич, – позвал Алексей. – Ты Здравко не видел?
– Чолича? – сотник повернул голову. – Так он погиб, кажется…
– Погиб? – Лешка вздрогну. – Где? Как?
  
– Говорят здесь же, у этих ворот… Но я сам не видел.
– Пойдем, поищем, – тронул за плечо Алексея кто-то из близнецов. Лешка рассеянно повернулся:
– Да-да, поищем… конечно…
Аккуратно сложенных в ряд убитых – сербов, поляков, венгров – уже готовили к погребению, пленные турки невдалеке копали могилы. Православный батюшка и католический капеллан – оба в одинаковых черных рясах, длинноволосые, только капеллан – бритый и с тонзурой – лениво переговариваясь, готовились к заупокойной службе. Каждый к своей. Католиков и православных, естественно, хоронили отдельно… Как и турок – для тех пригласили муллу – седого высокого старика в зеленой чалме хаджи – державшегося с невозмутимым достоинством. Лишь, посмотрев на пленных, осведомился у священников – что с теми будет.
– Мы не казним их, – дружно заверили те. – По возможности, обменяем на наших.
Мулла улыбнулся и воздел руки к небу:
– Иншалла!
Пока близнецы осматривали убитых, старший тавуллярий подошел к священникам, осведомившись насчет Чолича.
– Чолич? Серб? Нет, такого, вроде бы, не было.
То же вскоре подтвердили и близнецы.
– А раненые? – встрепенулся Лешка. – Где раненые?
– За воротами разбиты шатры – лазарет.
Шатры? За воротами?
Парни взметнулись в седла…
Лешка не очень то и понимал в этот момент – ну, казалось, что им до какого-то Чолича, пусть даже хорошего парня? Кто для них этот молодой серб? Случайный знакомый, не больше. И все же… И все же, очень хотелось, чтоб он был бы жив.
И еще… Поиски Чолича заставляли хоть немного отвлечься от того, что сейчас творилось в захваченном крестоносцами городе, точнее сказать – освобожденном…
Хлестнув коней, парни наметом вынеслись за ворота.
– Вон шатры, – махнул рукой Лука. – У рощицы.
Коней – в галоп! Рванул в лицо ветер…
– Чолич? – хмурый монах покачал головой. – Нет, среди раненых таких нет.
– Да не может быть! – возмутился Лешка. – Веселый такой серб, русый, лет, может, шестнадцати… Здравко Чолич. Неужели нет?
– Здравко… – монах задумчиво наклонил крупную голову. – Здравко… Слушайте, это, часом не Здравко-юнак?
– Он! – парни радостно переглянулись. – Он!!! Точно он!
– На ручье ищите… После перевязки он обычно туда ходит.
Парни рванулись из шатра… Правда, тут же обратно заглянул Леонтий:
– А где ручей?
Ручей оказался неширокий, но бурный, с каменистыми, кое-где поросшими чертополохом и репейником, берегами. Сидевший на берегу парень с перевязанной головой лениво бросал в воду камни.
– Здравко, – негромко позвал Алексей.
Юноша обернулся…
Точно, Чолич!
– Ого! Рад вас видеть, парни!
Все обнялись, посмеялись, уселись. Леонтий достал прихваченную баклажку с вином. Пошла беседа…
– Кончевич? – Лешка переспросил серба. – Жив, и даже вполне преуспел – лично схватил турецкую ведьму. Ту самую, которая когда-то покушалось на самого короля!
– А, – Чолич улыбнулся, – Опознали по родинке?
– По ней… Интересно, что теперь с этой ведьмой будет?
Здравко пожал плечами:
– Да ничего такого не будет – казнят, и все дела. Скорее всего – на кол посадят.
– На кол? – внутри у Алексея вдруг что-то оборвалось, и он сам еще не до конца понимал – почему. На кол… Мучительная лютая казнь, весьма продолжительная… Да, конечно, Фекла-Халия доставила ему – и не только ему – немало неприятностей. Но… при этом она ведь всего лишь исполняла свой долг… Как и сам Лешка… На кол…
– Интересно, где будут содержать столь важную пленницу?
– А черт ее… Кстати, вы говорили о какой-то грамоте? – вдруг вспомнил Чолич.
– Ах, да! – Алексей и в самом деле чуть про нее не забыл. – Кто-то из важных воевод должен бы дать ее мне… Нет, граф Ференц не подойдет. А вот Бранкович…
– Скучно здесь, – пожаловался юнак. – Наверное, сбегу на днях.
На кол!
«Черной крови супостатов напейтесь»!
– Слышь, Здравко, – Алексей почесал бородку. – А что было там, под Доместицами?
– Напоролись на турок. Небольшой отряд сипахов – мы их разбили. Один молодой турок там так отчаянно бился – ранил Кончевича, а уж тот вояка бывалый. Мало того – ранив, ускакал, скрылся!
– А не было среди сипахов такого молодого русого парня с чуть оттопыренными ушами… – Лешка описал Аргипа.
Юнак покачал головой:
– Нет. Вроде бы, такого не видел. Да и не особо, честно сказать, разглядывал.
…на кол…
Тепло простившись со Здравко и пожелав ему скорейшего выздоровления, парни вскочили на лошадей и понеслись обратно в Златицу. Золотое, прорвавшееся сквозь пелену облаков, солнце, клонилось к закату. Пожаров видно не было, видать, жители все потушили, но явственно пахло гарью.
– Кто такие?!
Ага! У ворот уже выставили часовых!
– Люди воеводы Бранковича! Где нам отыскать воеводу?
– Ищите на главной площади.
Парни хлестнули коней.
– Эй-эй, – спохватились стражники. – А тайное слово?
Хм, слово… Лешка уже завернул за угол – теперь догоняйте. Раззявы – сразу нужно было пароль спрашивать.
На рыночной площади были разбиты шатры, воины поили лошадей из фонтана.
– Где воевода?
– Во-он тот красивый дом, видишь?
– Еще бы…
Стоявшие у крыльца часовые в сверкающих латах пропускать незнакомых людей отказались. Более того, пригрозили вообще бросить их в узилище.
– Во-он, видите башню? Там уже сидит одна ведьма.
– Ведьма? И что с нею сделают?
Стражник усмехнулся в усы:
– Уже вкопали кол!
Кол…
– А не боятся, что убежит? Они ведь, ведьмы, могут… Кто хоть охраняет-то?
– Кто и поймал – Кончевич. Его сотня.
– А, Генчо… Знаю.
– Что здесь за шум? – вышел на крыльцо сам воевода. Дородный, бородатый, в богатом алом плаще, щедро расшитом золотом.
– Белград – город мирный! – быстро напомнил Лешка.
– А, это ты… – Бранкович улыбнулся. – Заходи… Твои слуги пусть подождут здесь.
– Они мне не слуги, господин…
Вслед за воеводой Алексей поднялся на второй этаж и прошел анфиладою комнат, в каждой из которых находились вооруженные мечами и короткими копьями воины. Под высоким сводчатым потолком гулко отдавались шаги. В стенных нишах жарко горели свечи.
– Грамоту? – воевода уселся за стол. – Ты не собираешься идти с нами дальше?
Лешка улыбнулся:
– Хотелось бы вернуться домой, ведь свою миссию я исполнил.
– Да уж, да уж, – довольно кивнул Бранкович. – Когда ты думаешь отправляться?
– Как можно быстрее! Дома так много дел, знаете ли. Я ведь скоро женюсь!
– Мои поздравления! Что, не останешься даже посмотреть на казнь?
– Вряд ли… И как вам толок удалось схватить ведьму?
– С Божьею помощью, – воевода осклабился, и взгляд его глубоко запрятанных под бровями глаз вдруг стал злым, холодным, колючим. – Ничего, завтра мы посадим ее на кол!
– Уже завтра?
– Да, в полдень. Задержись – посмотришь.
– Вряд ли, вряд ли… Уже сегодня попытаюсь договориться с местными купцами. Может, кому по пути?
Бранкович неожиданно рассмеялся:
– Так ведь не сезон!
– А вдруг? Да… стражники спрашивали у меня какое-то тайное слово.
– А, – махнул рукой воевода. – Запоминай: сегодня до второй стражи – Никополь, вторая стража – Доростол, третья – Варна. Ну, а завтра с полудня тебя уже и не понадобиться.
  
Алексей поклонился и горячо поблагодарил воеводу.
– Заслужил, заслужил, – ухмыльнулся тот. – Мне говорили, ты храбро бился.