Царьград. Трилогия

Молодой человек проснулся от того, что сильно затекли связанные за спиной руки, да и жестковато было, честно говоря, спать почти на голой скале, лишь слегка прикрытой старой соломой. Приоткрыв глаза, Лешка осмотрелся: все так же горел костер, только вот пещера оказалась пуста… Хотя, нет, вот, с улицы вошел Юшка. Один… Интересно, где же остальные? Оставили присматривать за пленникам юнца, а сами ушли за новой добычей? Наверное, приволокут каких-нибудь незадачливых пастухов – а что, запросто! Если так… Если парень один… Может быть – это шанс?!
  
Лениво потянувшись, Юшка почесал живот и, вытащив из ножен саблю, принялся откровенно любоваться ею. Странная это была сабля… Не сабля – а огромный узкий нож – ятаган! Оружие острейшее, не прощающее малейших ошибок. Для профессионалов, не для разбойников. Узкое, вогнутое вовнутрь – на манер пологого серпа – лезвие плавно переходило в украшенную золотом и слоновой костью рукоять… Да, изящная вещь, ничего не скажешь! Умеет ли этот пацан ею владеть? Ой, вряд ли…
Налюбовавшись на ятаган, малолетний разбойник сунул его в ножны и, почесав живот, вышел, хмуро взглянув на пленников. Нечего и говорить, что Алексей тут же притворился спящим.
– Эй, парень, – пошевелившаяся девчонка ткнула его локтем в бок. – Ты – ромей? Да не притворяйся, я же вижу, что ты вовсе не спишь.
– Ромей, – отозвался Лешка. – А ты?
– Все вопросы – потом, сейчас, пойми, не до этого!
Ух ты, каким тоном говорила простолюдинка! Прям герцогиня! Графиня де Монсоро.
– Башибузуки ушли на промысел, вернуться к утру, – шепотом продолжала пленница. – До этого времени нам нужно бежать.
– Интересно, к чему такая спешка?
– Им нас не продать, – грустно покачала головой замарашка. – Я слышала, как они разговаривали с тем, кто пришел из деревни… у них там свои люди. С севера разбойникам угрожают валахи – люди князя Влада Дракула, с юга – сипахи турецкого наместника Румелии.
– Какое трогательное единство! – не удержавшись, съязвил Алексей. – Мусульмане и христиан – против башибузуков. Надо же!
– Просто никому не нужны беспризорные шайки. А у главаря этой не хватает ума прибиться хоть к кому-нибудь. Слишком уж жаден – не хочет делиться. На том и сгорит… Но прежде убьет нас – по принципу: ни себе ни людям. Скажу тебе сразу – мы будем умирать долго. Я видела, как они добивали раненых… Брр! – девушка поежилась, словно на морозе. – До сих пор мурашки по коже.
– Хорошо, согласен, – тихо отозвался Лешка. – Но…
– Слушай меня, – быстро зашептала пленница. – Я сейчас начну хныкать, подзову Юшку, ударю… А ты уж будь начеку! Вдвоем мы с ним справимся, даже и со связанными руками…
– Да, но у него ятаган!
– И что? Мы все равно должны попытаться – уж поверь, ничего хорошего ждать не приходится. Тсс! Идет!
Вернулся Юшка, вкусно чмокая какими-то поздними плодами, как видно, сорванными где-то неподалеку. Уселся к костру, подбросил хворост… Вспыхнув рванулось вверх – и внутрь пещеры – пламя. Странно, почему внутрь? Там что, имеется тяга?
– Господи-и-ин… – громко захныкала замарашка. – Мне опять надо на улицу, опять…
– Сиди, тварь! – молодой башибузук гневно сверкнул глазами. – Сиди, не то зарублю! Разве не знаешь, что ночью мы никого не выводим?
– ой. Господин, очень хочется!
– Делай прямо здесь!
– Но, господи-и-ин…
– Ах ты, змея!
Немного и надо было, чтоб вывести из себя этого чванливого юного лиходея. Выдернув из кучи хвороста увесистую кривую палку, он подскочил к девчонке. Ударил…
И попал в пол!
А извернувшаяся девка изо всех сил треснула его связанными ногами в брюхо! Застонав, малец повалился наземь, но тут же вскочил и выдернув из-за пояса ятаган, жутко скривился:
– Ну, гадина…
Лешка тут же подставил ему подножку и, быстро продев скрюченные ноги через связанные руки, ухватился за брошенную палку… опираясь на которую и поднялся на ноги. Развязаться и не пытался – уж больно умело были завязаны узлы – только разрезать. Тем не менее, палку-то удалось ухватить – какое-никакое оружие… И вот этой палочкой, да изо всех сил – по хребтине!
– Ай!!! – Юшка завыл от боли и повернулся к новому врагу, надо сказать, выглядевшему куда более представительным, нежели запечная замарашка. – Умри, подлая тварь!
Картинно сверкнул в руках ятаган… Лешка качнулся в сторону… совсем немного, чуть-чуть… Но нужно было изменить направление удара, не бить же плашмя! А ятаган – не сабля, нет, не сабля…
– Ай-ай!!!
Ну, естественно – одно неловкое движение, и парень порезал собственные пальцы. Закричал, выпустив из руки клинок…
А вот теперь нельзя было терять времени! Оттолкнувшись связанными ногами, Алексей прямо-таки повалился на башибузука, ударив его локтем в подбородок. Хрюкнув, юнец отлетел в сторону… И Лешка быстро оказался рядом – намереваясь свернуть разбойнику шею.
– У-у-у! – завыл, заверещал тот, силясь вырваться.
Как видно, он очень хотел жить, этот юный разбойник, да и кто не хочет? Вертелся, кусался – яростно, словно дикий зверь. И все же не устоял… Нет, не от Лешкиного удара – свернуть башибузуку шею молодой человек так и не успел. Просто, в какой-то момент парень дернулся, захрипел, и на губах его выступила кровавая пена… В последний раз вытянувшись, Юшка затих навсегда – пленница умиротворила его навек одним тычком подобранного ятагана. И ловко так – прямо под третье ребро!
– Как тебе удалось развязаться? – подивился Лешка.
– Я не развязывалась, разрезалась, – с улыбкой пояснила девчонка. – Дай… Помогу.
Вжик!
И перерезанные веревки сами собой соскользнули с освобожденных рук. А затем – с ног.
– Быстрее…
– Постой… ты знаешь тропу?
– Нет… А что?
Молодой человек молча смотрел на пламя. Ну, да – его явно тянуло куда-то в глубину пещеры.
– Идем, – кивнув туда же и Лешка. – Кажется, это единственный на путь.
Взяв горящую головню, он быстро зашагал в темноту, пригибая голову, чтобы не удариться о свисающие сверху камни. Потолок пещеры делался все ниже, ниже, ниже… Неужели… Нет! Вот явно повеяло свежестью! Алексей обернулся:
– Тут придется ползти… Но, думаю, что немного.
– Постой… Кажется, здесь есть обход. Вон там, слева…
Они шли не так уж и долго, вряд ли больше часа, но казалось – прошли дни. Слава Богу, хотя бы пока не было слышно погони, и слава Богу, где-то впереди вдруг засверкали звезды.
– Высоковато, черт, – Лешка подпрыгнул, подтянулся и, выбравшись, протянул руку своей спутнице. – Хватайся! Лезь… Ого! Ты не забыла ятаган!
– Негоже пропадать доброму оружию, – усмехнулась девушка.
Она говорила по-гречески с некоторым едва уловимым акцентом…
– Кто ты? – отдышавшись, поинтересовался молодой человек. – Откуда?
– Меня зовут Фекла, я сербка…
– То-то я и смотрю, ты как-то странно говоришь…
– …паломница. Иду поклониться в храм Святой Софии. Ты там был?
– О, да.
– Завидую тебе, парень!
– Моя имя – Алексей, Алекс, Алексий… Не знаю, как будет лучше по-сербски…
– Алексий… Алексей, нам нужно поднять наверх вот эти камни.
– Куда – наверх? – Леша с удивлением осмотрелся. – Не лучше ли бежать… вон, хоть по той тропе?
– Бежать – хуже, – негромко промолвила Фекла. – Башибузуки знают эти места гораздо лучше нас. Значит, нам надо сделать так, чтобы погони за нами не было.
– И как так сделать?
– Убить! – криво усмехнулась девушка. – Всех… Или – сколок у сможем. Что стоишь? Давай, таскай камни!
Они сложили из камней целую пирамиду. Прямо на карнизе у узкого выхода из пещеры, не выхода даже – лаза. И дождались-таки погони, уже ближе к утру. Двоих забросали камнями, а одного Лешка заколол ятаганом. Остался один – главарь. Но он, как видно, все таки решил не испытывать судьбу.
  
Багровый рассвет обливал кровью угрюмые вершины сиреневых гор. У ног беглецов лежали трупы разбойников, а впереди вилась уходящая в долину тропа, наполовину скрытая густым желтым туманом.