Царьград. Трилогия
– Агамне…ме… – Лешка запнулся.
– Не трудитесь, – негромко засмеялся лавочник. – Зовите просто – Ласкар. Обождите…
Он исчез за дверью, и в лавке повисла гнетущая тишина томительного ожидания. Феодор, нервно теребя рыжую бороду, нащупывал под плащом кинжал. Переживает, ага… А вдруг вместо хозяина в лавку сейчас ворвутся стражники? Может, явка давно провалена? Хотя… отзыв вроде бы Ласкар сказал правильный.
Скрипнул дверь, и оба – Алексей и Феодор – облегченно перевели дух. Вернувшийся лавочник принес небольшой звенящий мешочек, который и протянул Лешке:
– Вот ваши деньги. Надеюсь, эфенди не откажется потом оплатить счет?
Юноша скривил губы:
– Он что, когда-то отказывался?
– О, нет, нет, – испуганно замахал руками Ласкар. – Это, конечно же, шутка. Но все же, позже напишете мне расписку…
– У меня сейчас еще есть дела, – поблагодарив, Лешка спрятал мешочек с деньгами под складки плаща. – Когда…
– Встретимся через три дня, в пятницу, – понятливо продолжил лавочник. – В день мученика Каллистрата. В лавку больше без особой надобности не приходите, будем видеться у церкви Иоанна Студита, знаете, там есть такой притвор?
Алексей кивнул. Церковь Иоанна Студита, расположенную на юго-западной окраине города неподалеку от Золотых ворот, он хорошо знал – дом монаха Григория находился не так уж и далеко от этого храма.
– Вот и славно, – лавочник потер руки. – К нашей встрече я подготовлю для вас поручение. Славно, славно! – Он лично проводил гостей до порога. – Знаете, молодой человек, как мне не хватало толковых и умных помощников?! Кстати, как вас зовут?
– Алексей.
– Хорошее имя… Так значит, до пятницы, Алексей!
– До пятницы.
Покинув лавку, оба – Лешка и Феодор – деловито зашагали к бане.
– Э, нет, не туда, – на полпути придержал юношу тюремщик. – Не туда, и не так быстро. Помнишь, где нас ждет повозка?
– Вроде там. – Лешка махнул рукой. – За развалинами.
– Вот туда и идем… Только не главной улицей – ни к чему, чтоб нас сейчас видели стражники. Рано! Кстати – перебрось-ка деньги!
– На. – Остановившись, Лешка отсчитал восемь золотых монет. – Два иперпира, извини, оставлю себе на первое время. Не в обиде?
Феодор нахмурился.
– Получишь задание – заработаешь еще, – обнадежил его юноша. – В пятницу. Или – сразу после. И, пожалуйста, не думай, что я от тебя скроюсь – ты мне очень нужен.
– Надеюсь, задание не будет слишком опасным, – убирая монеты, пробурчал тюремщик.
Лешка в ответ хохотнул:
– А это уж не от меня зависит – от лавочника! Ну, не переживай – ты же всегда можешь отказаться!
– Это уж точно! – повеселел Феодор.
– Только тогда, естественно, не получишь денег.
Тюремщик скривился.
– Пригнись, – вдруг прошептал он. – Как бы не заметили!
Юноша послушно пригнулся и вслед за своим спутником юркнул в густые кусты. Утро уже раздобрелось осенним, но все еще по южному жарким солнцем, однако здесь, в зарослях, царил зябкий полумрак. От расположенных рядом развалин какого-то дома сильно несло сыростью и дерьмом.
– А вот и наша телега! – воскликнул Лешка, увидев неподалеку давешнего оборванца с повозкой.
Подойдя ближе, тюремщик отсчитал деньги:
– Вот тебе еще две аспры, как и договаривались.
– Благослови вас Бог, господин! – оборванец благодарно перекрестился и скрылся в развалинах. Наверное, отправился прятать заработанное.
– Хорошее местечко, – осматриваясь, ухмыльнулся Феодор. – Укромное, и лишних людей нет!
– Похоже, тут вообще, кроме нас, никого нет.
– Ну да, ну да… Помоги-ка!
Лешка помог тюремщику откинуть с воза рогожу… И замер! Так вот отчего был такой запах. И в самом деле – запах крови…
В телеге, лицом кверху, лежал свежий труп!
Труп недавно умершего – или убитого – молодого человека очень похожего на Алексея! Да-а… почти одно лицо! И такой же светловолосый… И одежда… Плащ, по крайней мере, точно такой…
– Что смотришь? – довольно ухмыльнулся Феодор. – Думаешь, легко было отыскать подобного красавца? Не одну трупную яму объехал!
Лешка с уважением посмотрел на тюремщика, юноша уже догадался – зачем труп. И впрямь…
– Помоги вытащить… Оп… Тяжелый, гад!
– Черт! Кровью измазался!
– А ты думал – он своей смертью помер? Так нет – порезал кто-то в ночной драке. Давай его сюда, во-он к той лестнице, за кусточки… Опускай… во-от… Теперь подожди-ка!
Феодор живо сбегал к телеге и вернулся уже с арбалетом. Уперев ногу в стремя взвел тетиву, наложив короткую стрелу… Похвастал:
– Такая же, как и у Арминия-стражника.
Прицелился, и – оп! – ловко всадил стрелу в сердце трупа.
Посмотрел и, видимо, оставшись вполне доволен делом своих рук, повернулся к Лешке:
– А теперь слушай, что будешь делать…
* * *Пройдя мимо бушующей у бани толпы – а дело там явно шло к хорошей драке, только вот – кого бить – пока не знали – Алексей оказался как раз напротив стражников – тех самых, что привел с собой тюремщик. Немного помаячив, прошел чуть вперед, так, чтоб можно было ринуться в кусты, и застыл в ожидании. Где ж, черт побери, Феодор? Ага, вон он, едет! Вот поставил повозку рядом с воинами, соскочил, крича и размахивая руками… Пора!
Лешка выбрался на открытое место.
– Вон он, вон! – показав на него пальцем, что есть мочи заорал тюремщик. – Стреляйте в него парни, стреляйте! Уйдет!
Не дожидаясь дальнейших событий, юноша резво бросился бежать. Над самым ухом просвистела арбалетная стрела – болт – и озлобленно задрожала, воткнувшись в толстый ствол дерева. Лешка со всех ног помчался к развалинам – этак и в самом деле убить могут! Промчался мимо лежащего трупа, зашвырнул в кусты плащ и, обогнув заброшенное здание, выбежал прямиком к бане, где уже шла хорошая свалка. Досталось и Лешке – тут, кого молотить, не разбирали!
– Дай ему, дай, Никомед! Пусть знает, как воровать воду!
– Отойди, гад проклятущий!
– Кто – гад? Я – гад?! Люди – слышали?! Н‑на!
– А-а-а! А-а-а! Помогите!
– Пни его, Никомед, пни!
– Да бей сильнее!
– А-а-а!
– Ах, ты кусаться?!!!
Юноша вырвался из толпы немного помятым и поцарапанным, но все же весьма довольным. Ну, Феодор! Кто бы мог подумать?
Через пару десятков минут молодой человек, весело насвистывая песню группы «Ария» «Я свободен», деловито шагал в сторону Пятибашенных ворот по людной и широкой улице. Именно там, у ворот, и находился дом Георгия. Родной…
Глава 16
Сентябрь – октябрь 1441 г. Константинополь
Скиталец
Все мы умрем, человеки, и нету такого, кто жребий
Знает свой смертный и то, будет ли завтра он жив.
…дом.
Да, родной, ибо больше никакого другого у Лешки не было.
Вот она, знакомая ограда. Вот сад – такой же запущенный, как и год назад – вот крытая черепицей крыша.
Подойдя ближе, юноша замедлил шаг, охваченный нехорошим предчувствием. Что-то было не так! Распахнутые настежь ворота, левая створка висит на одной петле и, раскачиваясь на ветру, жалобно поскрипывает… Ага! Вон оно что! Сразу-то и не заметил, а вот сейчас разглядел – «Продается» – надпись небрежными красными буквами у самых ворот, на ограде. Продается? Интересные дела… Что, коммерческие дела Владоса пошли прахом? Так дом-то не его, Георгия. А Георгий – монах, у него-то какие могут быть трудности?
Зайти! Вот прямо сейчас зайти и узнать. Жаль только, одежонка не ахти, ну да черт с ней.
– Будьте здоровы! – войдя во двор, громко произнес юноша.
Ему повезло – входная дверь сразу же приоткрылась, и на улицу выглянул заспанный парень в короткой летней тунике и куцем плащике, судя по одежке – мелкий служащий какого-нибудь имущественного ведомства.
– Интересуюсь, за сколько продается дом? – слегка поклонился Лешка.