Царьград. Трилогия
– Вот тебе – синенькое! На любой вкус!
Мужичок возмущенно хватал ртом воздух – даже уже не ругался. Наконец выдохнул:
– А ну тебя! К другому пойду…
И ушел.
И тут же к лавке подошел Лешка:
– Здоров будь, Мирон!
– Здоров… – Приказчик как раз убирал сукно. Убрал, повернулся… – Ха! Кого я вижу! Никак Алексей! Ну, здорово, друже. Как жизнь? Слушай, о жизни чуть позже, а? Мы тут с ребятами одного скупердяя зеленим…
– Что делаете?
– Ты смотри, смотри! Видишь во-он того хмыря, что только что от меня отошел?
Лешка кивнул:
– Ну.
– Видишь, он к Мишке Два Аршина подходит, во-он его рядок… Смотри, Мишка что делает…
А Мишка делал то же самое, что – вот сейчас недавно – и сам Мирон. С ходу расстелил по прилавку… зеленую ткань… Потом, вроде как извинившись, потянулся к другой… тоже к зеленой…
Мужичок в изнеможении прислонился к росшей неподалеку березе. Снял с головы шапку, вытер рукавом потную лысину… постоял немного и, пошатываясь, пошел прочь.
– Видать, надоел он вам крепко! – засмеялся Алексей.
Мирон махнул рукой:
– Не то слово! Пошли в лавку, кваску глотнем. Хороший квасок, ядреный!
Там, в лавке, и переговорили.
– Девку увезти подальше? Гм… Можно. – Приказчик вытер усы. – Она тебе кто, родственница?
– Нет. Так просто… Жалко… Пропадет она здесь, не дадут жизни… Если уж есть возможность…
– Да найдем, не переживай, эко дело! – усмехнувшись, утешил Мирон. – Мишка Два Аршина как раз скоро в Елец едет…
– В Елец! – Лешка ахнул. – Так ведь это здорово просто! И часто он туда ездит?
– Да уж не редко…
– Ой, как славно-то! – Юноша потер руки. – Будет у меня разговор к Мишке…
– Так сейчас кликнем, поговоришь…
С рынка Лешка уходил в приподнятом настроении. Одна часть дела, важная часть, вроде бы сладилась. Осталась мелочь – вытащить у Ваньки ключи и незаметно вывести со двора Ульянку. Всего-то… Как только это все спроворить?
Лешка по пути все и придумал. Придумал надежно и просто – а чего мудрствовать-то?
Придя в усадьбу, еле дождался, когда явился Иван. Вечерело уже, и бледно-голубое небо быстро становилось синим. Тем и лучше…
Прежде чем зайти к «молодому хозяину», юноша поболтался по двору и в охотку покалякал со слугами, так, что все уже – даже, кажется, включая дворовых псов – знали, что ближе к ночи «молодой господин» и его гость – сиречь, Алексей – пойдут пройтись в… гм-гм… в одно интересное место с… тссс! веселыми девками!
Что ж, дело молодое. Кое-кто из слуг – из тех, что постарше, конечно, осуждал, но все остальные лишь завистливо ухмылялись.
Потрепав языком, Лешка быстро поднялся в покои Ивана и без стука толкнул дверь:
– Здорово, Ваня! Давно тебя жду. Слышь, дай ключи, а?
– Какие ключи? – удивился выглядевший каким-то весьма задумчивым отрок. – Не знаю никаких ключей.
– Ну, не от «Мерседеса» же! От амбара! Ну, где девка, Ульянка, сидит… – стараясь не расхохотаться, Лешка скорчил жутко сладострастную рожу. – Ну, с которой я… Ты ж сам ее ко мне ночью посылал, помнишь? Короче, она такое умеет, такое…
– А! – Иван засмеялся. – Вот ты про что… черт похотливый! Извини, вырвалось… Вогнал, можно сказать, в краску бедного непорочного отрока… А… Что она там такое умеет?
– Ну-у-у… – ухмыльнулся юноша. – Так сразу и не расскажешь… Вот к примеру…
Он быстро изложил развесившему уши отроку краткое содержание нескольких порнографических фильмов, которые смотрел как-то вместе с приятелями-пэтэушниками на квартире у одного пацана…
Иван даже сконфузился – святая простота, а еще умником себя считает!
– Ну, так дашь ключ?
Отрок отвязал связку от пояса:
– Лови! Я, правда, поговорить с тобой хотел кой о чем… Ну, раз тебе так приспичило, черт с ним, поговорим и завтра… Самому, что ль, потом Ульянку позвать? Ой, что я такое говорю, Господи!
Повернувшись к иконам, Иван принялся креститься.
Лешка с ухмылкой подкинул на ладони ключи:
– Ну, я пошел тогда…
– Изыди… Утром загляни – расскажешь!
На ощупь отперев тяжелый замок, юноша вошел в амбар и, бросив на земляной пол принесенную с собою одежду, коротко сказал в темноту:
– Переодевайся. Быстро!
– Господине! – узнала Ульянка. – Но…
– Все вопросы потом. Давай, поторапливайся… ту одежку, что сейчас на себе, спрячь в мешок. Заберем с собой… Да, косу под кафтан убери. Готова?
– Сейчас… Готова, господин.
Лешка ухмыльнулся:
– Тогда идем. Помоги нам, Господь, как говорится.
Взяв узницу за руку, он вывел ее из амбара и тщательно запер замок. На дворе усадьбы было темно, в черном небе тускло мерцали звезды, лишь у самых ворот, разгоняя тьму, пылали факелы.
Оставив девушку, Лешка подошел к будке привратника:
– Эй, Бронислав! Спишь, что ли? Отворяй!
Вместо Бронислава из будки выглянул испуганный служка:
– Бронислав спать ушел. Посейчас я за него.
– Ну, так отворяй! – Юноша повысил голос и кивнул на замаскированную Ульянку. – Не видишь, господин ждет! Что, Бронислав про нас не предупреждал, что ли?
– Предупреждал.
Служка опрометью бросился к воротам, на бегу посетовал:
– Что ж вы без лошадей-то…
– Не нужны они нам… топочут только…
Еще не была, собственно, ночь, так, поздний вечер. Где-то рядом слышались крики гуляк, в соседнем доме, закрывая ставни, бранились, где-то истошно лаял пес.
Лешка с Ульянкой быстро шагали по улице, шли молча – некогда было говорить, следовало поторапливаться. Идущий чуть впереди юноша пристально всматривался в темноту… И все же не он заметил парней первым. Остановился, когда окликнули:
– Эй, Алексей! Ты ли?
– Мирон!
– Идемте. – Приказчик махнул рукой. – У меня за углом телега.
– А я никуда не иду, – усмехнувшись, возразил юноша. – Вот она. – Он подвел Ульянку поближе. – Та девчонка, о которой я говорил. Мишка когда уезжает, завтра?
– Послезавтра… Не весь еще товар загрузил.
– Плохо, – посетовал Лешка. – Лишний день девку прятать…
– Да в лавке у меня посидит – ничего!
– Ну… ладно. С другой стороны, хоть и сам загляну попрощаться. Ульяна, ты сейчас пойдешь с моими друзьями. Потом уедешь из города с купеческим караваном, поняла?
– Поняла, господин, – тихо отозвалась девчонка. – Век за тебя Господа молить буду!
– Подожди. – Лешка скривился. – Еще пока не сладилось все…
Простившись до вечера, он быстро вернулся обратно. Подойдя к воротам, зашумел:
– Открывай! Мы вернулись!
Заспанный служка, выскочив, завозился с воротами… Горел уже один факел, да и тот словно бы невзначай Алексей уронил на землю. И нарочно повысил голос, обращаясь в темноту к никому:
– Завтра снова пойдем, Ваня? Нет? А что так? Устал? Ну, и я тоже! А все ж таки хорошо погуляли, жаль только – мало.
Не дожидаясь, пока служка закроет ворота, Юноша свернул на задний двор, к амбару. Псы у забора даже не дернулись лаять – видать, привыкли. Лишь поворчали глухо да чуть громыхнули цепями.
Отперев замок, Лешка оставил дверь амбара распахнутой и, подстелив соломки, завалился спать до утра… Улыбался, представив вытянувшуюся рожу Бронислава!
Бронислав и в самом деле выглядел злобным, но ругаться побаивался – кто он такой-то, в конце концов? Всего-навсего привратник, слуга. Не ему высказывать претензии хозяйскому гостю!
Иван в этот раз поднялся рано… Приоткрыв левый глаз, Лешка увидал его у ворот и улыбнулся.
– Спишь? – хохотнул отрок. – А забава-то твоя убежала! Ворона ты, Алексей, вот что.
– Не знаю, не знаю… – Отряхивая солому, юноша поднялся на ноги и потянулся. – Это еще как посмотреть – кто ворона? Девка-то от тебя сбежала, не от меня. Я ведь ее под замок не прятал!
– Вообще, да, – согласно кивнул Иван. – Ну, пошли в дом, расскажешь… Что голову трешь – болит?
– Болит, Ваня!